[1072]. (Нелишним будет отметить, что численность личного состава КБФ, который также принимал участие в оборонном строительстве в Прибалтике, была действительно невелика. К примеру, на 15 апреля 1940 г. береговые части КБФ на территории Эстонии насчитывали всего 8406 военнослужащих и 198 вольнонаемных[1073].)
Значительно хуже обстояло дело с базовым строительством в Латвии. 28 мая 1940 г. состоялось совместное совещание командования Особого корпуса (комдив Н. С. Морозов) и военно-морской базы Либава (флагман 2-го ранга П. А. Трайнин) с полпредом В. К. Деревянским и торгпредом В. Я. Терентьевым по вопросам, связанным с пребыванием в Латвии советских военных гарнизонов. В ходе совещания было высказано мнение, что «несмотря на заключение всех основных соглашений о сдаче строительных работ подрядчикам, строительство всё же ещё не развернуто». Основными причинами, из-за которых были сорваны сроки оборонного и капитального строительства, были отсутствие строительных материалов и недопоставка рабочей силы для строительства. В связи с этим, было решено поставить вопрос перед Правительством о срочном оформлении и отправке в Латвию строителей военных объектов и выполнении заявок на материалы[1074].
Таким образом, Правительство СССР стремилось действовать в рамках тех соглашений, которые были заключены между Советским Союзом и республиками Прибалтики осенью 1939 года. Как мы видели, на этом пути возникали сложности, которые удавалось разрешать в пользу СССР, без сильного сопротивления правительств Эстонии и Латвии. Впрочем, подобное положение дел имело место лишь до июньских событий 1940 г. в Прибалтике, когда военно-политическая ситуация в регионе изменилась кардинальным образом. После этого, советскому руководству уже не надо было соблюдать какие-либо формальности в межгосударственных отношениях (которые и до этого не были особенно обязательными и утомительными). Отныне, военно-политическое руководство СССР могло распоряжаться в Эстонии и Латвии на правах полноправного хозяина и уже не спрашивать местные власти о разрешении на свои действия.
Весной 1940 г. у командования ВМФ стал возникать план по реформированию системы базирования Краснознаменного Балтийского флота, в связи с получением новых военно-морских баз в Прибалтике и на Ханко. 5 апреля 1940 г. нарком ВМФ флагман флота 2-го ранга Н. Г. Кузнецов направил в СНК СССР директиву № 1374сс, где предложил осуществить коренную реорганизацию существующей системы базирования КБФ. Нарком ВМФ мотивировал свое предложение тем, что принципиально изменившаяся на Балтийском море обстановка требует пересмотра организации Краснознаменного Балтийского флота, «который должен быть проведен под углом зрения смещения центра тяжести оперативных задач КБФ на запад к устью Финского залива и в Балтийском море».
Данное смещение, по словам Н. Г. Кузнецова, уже нашло свое выражение в создании военно-морских баз Балтийской, Либавской и Ханко «с вхождением в них кораблей и частей флота, авиации и Береговой обороны, имеющих задачи обороны самих баз и действий в районах, непосредственно к этим базам прилегающих». Как результат, нарком ВМФ предлагал дополнить данные оргмероприятия созданием в восточной части Финского залива «такой организации, которая смогла бы выполнить задачи охраны и обороны района Финского залива от Ленинграда до Гогланда…»[1075]. Наиболее удобной формой этой организации, как полагал нарком ВМФ Кузнецов, станет уже проверенная и оправдавшая себя военно-морская база.
В связи с этим, Н. Г. Кузнецов поставил перед СНК вопрос о необходимости перемещения постоянного местопребывания Военного совета КБФ в западную часть Балтийского театра. Наиболее приемлемым местом его нахождения, по мнению наркома, являлась военно-морская база Палдиски. Но уход Военного совета КБФ из Кронштадта, в связи с нахождением в восточной части Финского залива значительной Береговой обороны, ряда важных морских соединений и наличие в районе Кронштадта крупных тыловых органов общефлотского значения требовал оформления этой новой организации «в виде Главной базы флота с присвоением ее командиру функций заместителя командующего и начальника тыла флота». Поэтому нарком ВМФ ходатайствовал перед СНК о разрешении сформировать Главную военно-морскую базу КБФ, включающую в себя весь восточный район Финского залива до острова Готланд включительно[1076].
К этому важному вопросу Н. Г. Кузнецов вновь вернулся 20 апреля, когда направил на имя Совета народных комиссаров СССР директиву за № 1591 ее. В этой директиве, во многом повторявшей предыдущий документ, нарком ВМФ представил уже конкретные предложения по поводу перевода органов управления КБФ на запад и реформирования системы базирования флота. Как считал Кузнецов, перевод Военного совета флота в базу Палдиски целесообразно будет произвести в течение ближайших трех месяцев, с частью Штаба флота и Политуправления. Дальнейший перевод в Палдиски органов управления флота можно было производить лишь по мере завершения там соответствующего строительства. В связи с этим, Кузнецов просил СНК дать разрешение на перевод Военного совета КБФ в течение ближайших трех месяцев в Палдиски «с размещением в подготавливаемых помещениях и на теплоходе “Сибирь” с перспективой перевода в Палдиски всех органов управления флота»[1077].
Далее Кузнецов перешел ко второму вопросу, связанному с созданием новой военно-морской базы. Он ходатайствовал перед СНК СССР о разрешении сформировать Кронштадтскую военно-морскую базу, включающую в себя весь восточный район Финского залива до острова Готланд включительно. В состав Кронштадтской базы предполагалось включить Охрану водного района, 2-ю бригаду торпедных катеров, Шхерный отряд, 15-й авиаполк ближних разведчиков, Береговую оборону в составе секторов – Кронштадтского, Лужского, Выборгского и Готландского, Противовоздушную оборону в составе 61-й авиабригады и трех зенитных артиллерийских полков, Отдельную специальную стрелковую бригаду и Учебный отряд КБФ. Нарком ВМФ предлагал подчинить командиру Кронштадтской базы во всех отношениях Ленинградскую военно-морскую базу с входящими в её состав отрядами строящихся кораблей и Балтийским флотским экипажем[1078].
Однако реализация обоснованных и вполне реальных предложений наркома ВМФ была отложена Правительством на некоторое время, вплоть до окончательного выяснения прибалтийской проблемы. Удобный момент для реорганизации наступил летом 1940-го года, когда на территорию всех республик Прибалтики был осуществлен массированный ввод войск РККА, а в этих странах были распущены прежние правительства и сформированы новые, уже просоветские правительства. А вскоре новые республики были включены в состав СССР.
Тем временем, командованием ВМФ предпринимались меры по ускорению строительства имеющихся береговых батарей в Эстонии и Латвии. 19 мая нарком ВМФ Н. Г. Кузнецов направил Военному совету КБФ директиву № 2152сс. В целях всемерного форсирования строительства в Эстонии, Латвии и на Ханко, Кузнецов приказывал командованию Балтфлота принять следующие меры: 1) по получении из военкоматов контингента весеннего призыва, немедленно доукомплектовать 36-й инженерный батальон и отправить его к месту назначения; 2) использовать на строительстве железнодорожных позиций в Палдиски железнодорожно-восстановительный батальон; 3) личный состав консервируемых батарей обратить на формирование вновь строящихся батарей, доведя их до штатной численности по получении контингентов весеннего призыва, а также использовать на строительстве[1079].
Опираясь на решение Военного совета флота, 22 мая 1940 г. Штаб КБФ издал несколько организационных приказов, направленных на создание новой системы Береговой обороны в Прибалтике. Одновременно приказом Штаба КБФ № 41/793сс было решено законсервировать целый ряд береговых батарей, входивших в состав Северного укрепрайона КБФ[1080]. Наконец, 29 мая Штаб флота своим приказом № 41/837сс предписал приступить к формированию для Береговой обороны Балтийской базы новых тяжелых батарей: 1) трех 180-мм четырехорудийных башенных батарей, с присвоением им порядковых №№ 314, 315и316и указанием дислокации (№ 314 – будет дана дополнительно, № 315 – на полуострове Симпернес, № 316 – на полуострове Сворбе); 2) одной 180-мм четырехорудийной открытой батареи, с присвоением порядкового номера № 317 (в районе Кюбоссаар). В своем законченном виде, данные переформирования Береговой обороны КБФ нашли отражение в «Плане формирования частей КБФ» от 5 июня 1940 г., составленном Штабом флота[1081].
А в это время полным ходом пошла переброска и сформирование новых береговых батарей флота в Прибалтике. В соответствии с приказом командующего КБФ В. Ф. Трибуца № 00218 от 7 мая 1940 г., Штабом флота было объявлено о сформировании с 22 апреля двух трехорудийных 130-мм береговых батарей (№№ 24 и 25), а приказом № 00286 от 16 июня – о передислокации указанных батарей из состава Южного укрепрайона в Кюбассаар и Палдиски. Батареи требовалось зачислить в состав БО Балтийской военно-морской базы[1082]. В приказе командующего Балтфлотом от 20 июня 1940 г. говорилось о сформировании и передислокации из состава Северного укрепрайона с 11 июня четырехорудийной 100-мм береговой батареи № 149 на полуостров Дагерорт (на мыс Палли). Батарею было приказано также зачислить в состав Береговой обороны Балтийской военно-морской базы