[324]. Хотя при Дориа Генуя стала более аристократической республикой, чем раньше, эта система не была закрытой, и многие семьи могли достичь знатности и заняться государственной службой, несмотря на ограниченность возможностей[325]. С этого момента независимость Генуи стала неразрывно связана с Испанией. И не только Генуи. Впрочем, состояния, полученные генуэзскими банкирами на службе Испании, были достаточно убедительным утешением.
Расположенная западнее Флоренции Лукка тоже сохранила независимость, несмотря на вторжение французской армии. Как и Генуя, Лукка прошла путь к более узкому и аристократическому правящему совету. Республика возникла в 1430 году. Основой процветания города было производство шелка – сырье поставляли генуэзские купцы, которые занимались снабжением многих итальянских государств, а шелка покупали многие, в том числе и французские короли. Лукка располагалась на главной дороге из Парижа в Рим, Виа Франсижена, и здесь всегда останавливались путешественники, торговцы и паломники[326]. Многие купцы из Лукки, как Джованни Арнольфини, добились успеха за рубежом. Так, Бенедетто Буонвизи обосновался в Лондоне. Его семейство несколько десятилетий занималось торговлей тканями и квасцами. У Буонвизи были значительные интересы в Италии, они обеспечивали банковские услуги английской короне[327]. Члены семьи Буонвизи жили в Кросби-Холл близ Бишопсгейта, но позже перебрались на Чейн-Уок в Челси. Члены другого купеческого семейства из Лукки, Джильи, на рубеже XV–XVI веков занимали посты епископов английской епархии Вустера. Они жили в другом месте, но получали доходы от епархии и были дипломатическими агентами английской короны в Риме[328]. Знакомства среди папской курии, в силу ее международной роли, были ценным активом итальянцев, живущих за рубежом. Лукка сохраняла независимость до 1799 года, на два года дольше, чем Венеция.
Еще один независимый город-государство, Сиена, как и Лукка, располагался на Виа Франсижена, только к югу от Флоренции. Этот город традиционно был союзником императоров Священной Римской империи, а не пап, хотя некоторые сиенцы сделали блестящую церковную карьеру – в том числе папа Пий II. Сиена была крупным средневековым центром, но с конца XIV века в городе начался экономический спад. После 1455 года Сиеной управляли не традиционные общинные институты, а специальный комитет Балья, который постепенно стал постоянным органом. Здесь тоже прослеживалась тенденция к правлению узкого круга политической элиты[329]. Высокие требования города всегда не нравились имперским союзникам.
Интересный гибрид представляла собой Венеция. Городом управлял выборный правитель, дож. По итальянским меркам Венецию можно было бы считать герцогством (в мире дипломатических церемоний республики занимали самую низкую ступень). Венецией управляли различные советы: Сенат (120 постоянных членов) принимал большинство законов, но был также и Большой совет, состоявший из всех аристократов, достигших определенного возраста, и Малый совет (избранная группа советников дожа). Еще в Венеции были два юридических совета по сорок членов в каждом (тоже аристократы), которые рассматривали гражданские и уголовные дела соответственно. Магистраты занимались вопросами общественного порядка и налогов. Хотя покупка и продажа мест в этих институтах официально была запрещена, это правило часто игнорировалось[330].
Италия была не единственным регионом Европы, где сосуществовали разные формы управления. Сходная ситуация сложилась в Священной Римской империи, которая протянулась от северных границ Италии через Австрию и Германию до Нидерландов. Здесь тоже существовали разнообразные графства и герцогства, а также множество свободных имперских городов на самоуправлении. Но, если говорить о борьбе за господство в Европе, ни одно из малых государств не могло соперничать ни с богатством Франции, ни с растущими колониальными доходами из Нового Света, получаемыми Испанией.
Именно на фоне такой Италии со множеством государств, систем управления и споров об их успешности писал и продолжал писать свои труды изгнанный из Флоренции Никколо Макиавелли. Самая знаменитая его книга «Государь», менее известны, но гораздо более важны исследования республик «Рассуждения о первой декаде Тита Ливия» (римский историк), «История Флоренции», три комические пьесы и множество небольших работ, в том числе «Искусство войны». «Государь» получил печальную известность, но эта книга была всего лишь одним из множества текстов, посвященных обсуждению проблем управления и политики, которые велись в Италии в XVI веке и в будущем. Идея республики стала определяющей для Запада, а сформировалась она именно в период Итальянских войн.
Макиавелли родился во Флоренции в 1469 году. Ранее его кузены противостояли правлению Медичи, кого-то казнили, кого-то изгнали из города. Отец Никколо из-за своих долгов (по-видимому, унаследованных) на место чиновника рассчитывать не мог, поэтому в политику не вмешивался. Хотя он был законником, но жил преимущественно на доходы от нескольких ферм и таверны. Юный Никколо получил приличное образование. В возрасте семи лет он изучил латинскую грамматику и познакомился с трудами классиков, хотя основные свои труды писал по-итальянски. Все, что мы знаем о юности Макиавелли, проистекает из дневника его отца, ricordi, где он фиксировал покупки, контракты и важные семейные события. Дневник этот заканчивается в 1487 году, и детали жизни Макиавелли с восемнадцати до двадцати восьми лет остаются неизвестными. Учился ли он в университете Флоренции? Работал ли? Если да, то чем он занимался?
В городских записях Макиавелли появляется в 1497 году во времена правления Савонаролы. В начале 1498 года он баллотировался на пост первого секретаря Синьории (городского совета Флоренции). Он не был сторонником Савонаролы, и, по-видимому, это стоило ему избрания. Но после казни Савонаролы Макиавелли стал секретарем второй канцелярии республики. Именно в этой роли он получил наибольшую известность. Он выполнял множество дипломатических миссий. После возвращения в 1512 году Медичи ему пришлось покинуть город, но впоследствии он стал работать на Медичи и их союзников. В период финансовых трудностей покровительство родичей Медичи, семейства Строцци, помогло убедить их воспользоваться услугами Макиавелли[331]. Папы Лев X и Клемент VII (главы семейства) заказали Макиавелли труд об управлении Флоренцией и об истории города. Клемент после смерти Макиавелли первым напечатал его труды. Печальную известность они получили позже, а в 1559 году их включили в список запрещенных книг. Макиавелли разделял гуманистические убеждения. Политические советы и занятия политикой он считал гражданскими добродетелями: долг человека – способствовать совершенствованию управления. Если единственный путь к этому – советы семейству Медичи (а, учитывая недопущение к чиновнической службе, так оно и было), значит, он будет давать такие советы.
Смысл работы Макиавелли и развитие его карьеры долгое время вызывали споры среди ученых. Текст «Государя» толковали по-разному. Слава и популярность этой книги в разные исторические периоды и в разном контексте объясняется ее двусмысленностью. Некоторые считали Макиавелли убежденным республиканцем, а его книгу сатирой. Как можно всерьез писать о «выдающейся добродетели» Чезаре Борджиа и одновременно восхищаться его жестокостью? (Добродетель – главная концепция «Государя», но в этой книге основной смысл термина – «навык», «умение» или «власть», а также мужественность, а не только добродетель нравственная.) В последнее время в «Государе» стали видеть не откровенную сатиру, а иронию, поскольку в книге даются тактические советы правителя и сразу же описываются возможные промахи и ошибки: возможно, это рассказ о правителях-неудачниках (примером чего может быть сам Борджиа)[332]. Все сходятся в том, что «Государь» – не набор советов по превращению Флоренции в княжество. Флоренция – город с богатой историей республиканского правления, пусть даже и не самого удачного и закончившегося формированием несбалансированного режима, склонившегося к интересам одного социального класса[333]. В тот момент почти никто не считал перемены хорошей идеей (хотя мнения об улучшении ситуации разнились). Другие толкователи «Государя» считали, что Макиавелли хотел видеть в правителе спасителя (ему самому нужно было спасение после изгнания). Многие сосредоточивались на риторической ценности его труда: его тексты должны читаться в свете того, кого они были призваны убедить. Макиавелли стремился установить и сохранить верховенство закона, а для этого в разных условиях требовались разные действующие лица: государь может сформировать систему законов, но поддерживать их должен народ[334].
«Государь» был написан во время изгнания Макиавелли из Флоренции, после попыток вернуть себе место в системе управления – и после пыток, о влиянии которых на него многие до сих пор спорят[335]. Возможно, это была попытка заработать на жизнь (заработка у Макиавелли больше не было). Его книгу следует рассматривать в контексте продолжающихся войн и, в частности, в свете поражения французов при Новаре (об этом мы поговорим позже) и других конфликтов в Средиземноморье. Ранее Макиавелли видел во французах потенциальных спасителей Италии (не как завоевателей, а как союзников в борьбе с Испанией). Но к 1510-м годам его мнение изменилось. Теперь свои надежды он возлагал на государя, о котором писал в своей книге