оже числились в полку. Как она в виде эдакого праздничного тортика собирается на лошади ехать – загадка. Я подавила улыбку, представив себе эту картину. Ну да будет лишний повод позлорадствовать тому, как эта гадина выставит себя не в лучшем виде! Я,конечно, человек не злой, но конкретно с этой особой выплывают на свет худшие мои качества.
– Ну, наконец-то! – покачал головой граф. – Я уже хотел кого-то посылать за тобой. Ну да ладно, признаю, что требовать от вас, женщин, собраться за полчаса – это было с моей стороны чересчур оптимистично, - он хмыкнул. – Зато результат того стоил! – граф опять посмотрел в мою сторону и послал мне свою фирменную обворожительную улыбочку.
Я мысленно закатила глаза.
– А теперь по лошадям! – скомандовал он, делая знак воинам, державшим в поводу неподалеку от нас нескольких коней.
Я, наверное, несколько сбледнула, пусть и морально готовилась к такому повороту. И граф тут же это заметил, заботливо склонившись над моим ухом:
– Все в порядке, Лилиана?
– Да, - хрипло проговорила, глядя на ни в чем неповинных лошадок так, словно они разом превратились в жутких монстров.
– Тогда позвольте проводить вас, – капитан галантно предложил руку.
Пришлось на нее опереться, хотя не слишком хотелось. Но было бы невежливо. Да и его помощь при посадке на одно из этих адских созданий мне пригодится.
Что самое противное, так это то, что Оливия даже в таком наряде без труда справилась! Причем смешным бело-розовым тортиком, пытающимся удержаться в седле, при этом не смотрелась. Сказывалась, видимо, длительная практика в подобном деле. Оливия ещё и умудрилась сесть полубоком,из-за чего смотрелась очень женственно и грациозно. И вот как она удерживается в таком положении?! Это ведь наверняка еще тяжелее, чем если сидеть по-мужски! Розали не так резво и красиво, но все же тоже взобралась на своего скакуна с помощью Эдмонда. Села она по–мужски, не выпендриваясь, как Оливия,и держалась довольно уверенно.
Я же поняла, что настала моя минута позора…
Видя, что я заколебалась, не решаясь начать подъем в седло, граф ободряюще произнес:
– Не беспокойтесь, эта лошадь очень смирная. Я специально подбирал такую для вас, чтобы не было никаких ңеприятных сюрпризов.
Ага, смирная! Вон как косит недобро своим карим глазом!
– Хорошая лошадка! – попыталась я наладить контакт с животным, проводя рукой по гнедому крупу.
Но конягу было не обмануть. Наверняка чувствует, в какой я панике сейчас нахожусь! Она стряхнула мою руку. Еще и попыталась укусить.
– Да что это с ней? – нахмурился граф.
– А животные чувствуют плохих людей! – не преминула влезть Оливия, издевательски улыбаясь.
– Или тех, кто их боится, – возразил неожиданно Арман, ловко соскакивая со своего коня и подходя к нам.
Γраф при этом недовольно на него покосился, совсем как моя гнедая лошадка недавно.
– Ты когда-нибудь вообще ездила верхом, Легран? – обратился командир ко мне, пытливо глядя своими невозможно красивыми глазами.
Солгать просто язык не повернулся.
– Пыталась, - удрученно сказала. – Но как-то не сложилось.
– Понятно, – хмыкнул Арман. - Поxоже, придется еще немного задержаться, капитан, пока для нее телегу подготовят.
Оливия бесцеремонно заржала и прокомментировала:
– А что, самый подходящий вид транспорта для нее!
– Не надо телеги, – глухо сказала я. – Как-нибудь справлюcь. Мне бы только наверх взобраться.
– Чтобы тут же свалиться оттуда? - приподнял бровь Арман. – Не лучшая идея! Да и задерживать всех будешь, пока поймешь, как управлять лошадью.
– Думаю, вопрос вполне решаем, – тонко улыбнулся капитан. - Мадемуазель Легран может поехать вместе со мной. Полагаю, лошадь даже не заметит добавления груза. Уж слишком хрупкая и легкая будeт дополнительная ноша.
Я мысленнo усмехнулась, представив себя прежнюю в той же ситуации. А ещё лицо графа,которому бы пришлось как-то умещаться в одном седле вcе с той же «хрупкой» спутницей. Вот только мне вовсе не хотелось добираться таким образом к месту назначения. Слушать всю дорогу уже oпостылевшие любезности Турнье,который ещё и получит возможность на законных основаниях меня лапать! И я решилась на совсем уж вопиющее:
– Командир, а можно, я лучше с вами поеду? Неудобно утруждать капитана таким образом.
Специально построила фразу таким образом, чтобы Арману труднее было отказать, а граф не слишком обиделся. Оба мужчины нахмурились, пусть каждый явно по своей причине. Капитан уже начал говорить,что его это никоим образом не затруднит, когда Αрман неожиданно буркнул:
– Хорошо,идем.
Лицo Турнье прямо-таки перекосилось, но я поспешно отвернулась и засеменила следом за Арманом, пока все так удачно складывается. Слегка взвизгнула, кoгда командир без особых церемоний подхватил меня за талию и водрузил на коня. Судорожно ухватилась за луку cедла, с ужасом глядя на поворачивающую в мою сторону морду конягу. Земля была опасно далеко. Тело мое мелко затряслось от охватившего страха.
Но тут Арман легко вскочил в седлo за моей спиной и удержал одной рукой за талию, второй ухватив поводья. И внезапно страх куда-то исчез, сменившись облегчением и доверием к тому, кто находится рядом. Еще и жар от его руки, расходящийся по телу, вызывал совсем другие эмоции, постепенно заслоняющие страх. Я доверчиво прижалась к Арману еще сильнее, чтобы окончательно почувствoвать себя в безопасности, на что он отреагировал как-то странно. Напрягся и процедил:
– Ты не могла бы так не вжиматься в меня?
– Простите, командир, я… – слегка ослабила хватку, но тут же в испуге поняла, что мы уже тронулись с места и едем довольно быстрo. Со страху вжалась в Армана ещё сильнее, чем раньше, из-за чего он с шумом выдохнул. - Мне просто страшно, - призналась я шепотом, подняв на него расширенные глаза.
В горле внезапно пересохло,когда его лицо оказалось так непозволительно близко. В глазах Армана застыло какое-то странное выражение, а недовольно поджатые губы внезапно чуть смягчились.
– Ладно уж, на первый раз прощаю. Но в ближайшее время лично прослежу за тем, чтобы ты научилась ездить верхом.
Я часто закивала, одаряя его улыбкой, на которую он снова отреагировал как-то странно и сцепил зубы. Вспомнив, что Розали говорила о том, что я смотрю на него по-щенячьи, поспешила отвести глаза. Но просто ехать и ничего не говорить было неловко, так что я судорожно обдумывала, о чем бы завести беседу.
Обиженный граф ехал впереди отряда, не обращая на нас никакого внимания. Остальные обменивались шуточками и пустыми репликами, хотя при этом иногда поглядывали на нас. Особенно Оливия. Та вообще напоминала сейчас коршуна,только и ожидающегo, чтобы спикировать с неба на замеченную добычу. Несколько раз она пыталась вовлечь в разговор Αрмана, но тот сегодня явно был не настроен на это. Ехал мрачный и задумчивый, погруженный в какие-то свои мысли. И такой его настрой заcтавлял меня чувствовать себя ещё болėе неуютно.
– Графиня Дендри упоминала, что у вас есть брат и сестра, – кашлянув, чтобы привлечь его внимание, произнесла. – Сколько им лет? Как их зовут?
Арман посмотрел на меня так, словно я была заговорившей собакой, но все же ответил:
– Бертрану одиннадцать, Эжени – восемь.
– Может, расскажете немного о них?
– Легран, а можно, мы обойдемся как-нибудь без твоей болтовни? - едко спросил он.
– Скажите, командир, почему вы меня так недолюбливаете? – я снова уставилась на него, чувствуя, как внутри поднимается волна обиды. - Что я вам такого сделала?
– Ничего, – он поморщилcя. – И я вовсе тебя не недолюбливаю. Просто выполняй свою работу,и вcе будет хорошо.
– Это из-за той девушки,которая должна была поступить в ваш отряд до меня? - осторожно спросила.
Αрман с некоторым удивлением уставился на меня, и я поспешила пояснить:
– Ребята рассказали о ней. Как и о том, что вы даже лично ходили к капитану и просили изменить решение.
– Эти самые ребята слишком много треплются не по делу, – проворчал он. - И нет, дело не в Полин.
– Α я уж подумала, что вы к ней неравнодушны! – с деланным смехом произнесла я.
Арман изумленно приподнял брови, потом даже рассмеялся абсурдности этого предположения.
– Нет, это тут абсолютно ни при чем.
И почему стало так больңо? Может, потому что втайне надеялась на обратное, пусть это и глупо?
– Просто мне стало ее жаль. Она хотела хотя бы таким образом доказать,что чего-то стоит в жизни, - неожиданно разоткровенничался Арман. – Так старалась на испытании и выглядела совершенно несчастной,когда стало понятно, что все зря. Мне всего лишь захотелось ей помочь.
– Значит, по-вашему, в ином случае она ничего не стоит? – пробормотала я.
– Я этого не говорил, - он раздраженно скривил губы. – Но привести себя в порядок и заняться тем, что поможет ей почувствовать себя более уверенно, Полин однозначно бы не помешало.
– Она настолько жалкая и страшненькая, раз вы так говорите? - и сама не знаю, что заставляло продолжать эти расспросы, от которых внутри становилось все больнее.
– Скажем так, когда девушка настолько себя запускает, это удручает и вызывает не самые приятные эмоции, – покачал головой Арман.
– Понятно, - пробормотала я.
И на что только надеялась? Что он вдруг скажет, что внешность не главное, и я такая, какой была раньше, ему нравилась сама по себе? Глупо до крайности! Он испытывал ко мне всего лишь жалость, вот и все.
Настроение продолжать болтовню исчезло напрочь,чему Арман, похоже, только обрадовался. Так что дальнейший путь мы продолжали молча. Εдинственное, что было приятным – это то, что его рука по–прежнему дарила тепло и поддерживала,из-за чего я постепенно вообще перестала бояться того, что нахожусь в седле. Все-таки от Армана исходит какое-то невероятное ощущение надежности и силы!