Если вы скажете «нет», ваши шансы будут чуть выше 50/50, поскольку в 1933 г. нацисты получили 43,9 % голосов. При этом вам разрешено задать один вопрос типа «да – нет».
Что вы спросите? Может быть, попытаетесь уточнить возраст, сословие, пол, образование, профессию?
Изучив огромный объем фактических сведений и статистических данных, крупнейший немецкий политолог Юрген Фальтер пришел к выводу, что здесь может действительно помочь лишь один вопрос. И он на удивление прост.
Журнал Der Spiegel выразил эту мысль еще короче:
«В июле 1932 г. нацисты получили всего 17 % голосов в регионах, где большинство населения составляли католики».
Не помешает повторить еще раз, что, если вы хотите узнать, стал ли тот или иной немец сторонником Гитлера, нет смысла выяснять, богат он или беден, образован или неграмотен, горожанин или сельский житель, мужчина или женщина. Достаточно спросить, католик он или протестант.
Вот почему прусский миф об объединении Германии в 1871 г. не имеет ничего общего с реальностью. Католики и протестанты не были равномерно распределены по территории страны. Религия в Германии – это не только вопрос убеждений или личных предпочтений. Она тесно связана с вашим происхождением. Так что понять причины успеха нацистов поможет лишь географическая карта.
Число голосов, полученных нацистами в 1930 г., в масштабе страны неожиданно выросло с 2,8 % до 18,3 %. Так они превратились во вторую по величине партию, что широко освещалось в прессе. Но какие же регионы обеспечили столь резкий рост? Если на карту, на которой отмечено число голосов, полученных нацистами, нанести римский лимес и Эльбу, станет очевидно, что на территории Римской империи в границах 100 г. практически нет земель, где нацисты преодолели 20 %-й барьер, и есть регионы, где они не получили и 15 % (вот вам и Бавария – родина нацистов). Если расширить зону интереса до границ империи Оттона I Великого в 940 г., добавив так называемую Среднюю Германию (Mitteldeutschland), вы увидите, что кое-где нацисты добились серьезных успехов, однако остается немало мест, в которых они не получили почти ничего. При этом в Ост-Эльбии уже в 1930 г. находились избирательные округа, где им было отдано более 30 % голосов. Именно жители этих земель обеспечили нацистам блестящие результаты в масштабе страны.
Та же история повторилась два года спустя, в июле 1932 г., когда нацисты получили максимум голосов на свободных выборах и стали самой крупной партией в рейхстаге (хотя и не получили абсолютного большинства). «По данным Федерального центра политического образования (BPB) от 24 мая 2012 г., с 1928 по 1933 г. НСДАП добилась колоссальных успехов в сельских округах, где большинство населения составляли протестанты».
В июле 1932 г. почти во всех избирательных округах Ост-Эльбии Гитлер получил более 40 % голосов, при этом значительная часть региона отдала за него свыше 50 % голосов. Если наложить эти результаты на конфессиональную карту, мы увидим, что там, где проживали католики, наблюдается совсем другая картина.
А затем состоялись роковые выборы 1933 г. Гитлер уже был у власти. Он стал рейхсканцлером 30 января 1933 г. после скандала вокруг имения президента Гинденбурга в Восточной Пруссии. Формально он входил в коалицию с НННП. Ее возглавлял вице-канцлер фон Папен, который пообещал, что сможет контролировать Гитлера. Между тем головорезы из штурмовых отрядов – 50 000 коричневорубашечников теперь находились на государственном обеспечении – сделали предвыборную агитацию за левых и либералов практически невозможной. Нацистская пропаганда и стоящий за ней государственный аппарат взялись за тех, кто еще не определился со своей позицией.
Предвыборные плакаты нацистов, 1933 г. Слева: «Рейх несокрушим, пока вы верны ему и едины» (надпись на памятнике Вильгельму I, воздвигнутом в 1897 г.). Справа: «Фельдмаршал и капрал: сражайся вместе с нами за мир и равноправие»
Предвыборные плакаты нацистов, 1933 г. Слева: «Рейх несокрушим, пока вы верны ему и едины» (надпись на памятнике Вильгельму I, воздвигнутом в 1897 г.). Справа: «Фельдмаршал и капрал: сражайся вместе с нами за мир и равноправие»
Новой темой в стране стал авторитет Гитлера. Как-никак, народный любимец Гинденбург, старый воин, закаленный в боях, обратился к нему в трудную для Германии минуту.
В разгар кампании, 27 февраля, голландский коммунист Маринус ван дер Люббе поджег здание Рейхстага. Историки по сей день спорят, был ли он радикалом-одиночкой с психическим расстройством личности, действующим по указке голландских коммунистов, или стал жертвой заговора нацистов. Как бы то ни было, этот пожар сыграл важную роль в укреплении власти Гитлера.
И вот наступил день выборов, 5 марта 1933 г. Это был отличный момент, чтобы внушить избирателям, что нацисты представляют собой всего лишь более жесткую версию традиционного правого крыла и сейчас главное – проявить твердость, чтобы не дать коммунистам одержать верх. До сих пор за каждыми выборами в веймарский рейхстаг следовали переговоры и создание коалиции, но события 5 марта 1933 г. больше напоминают референдум или выборы президента, когда каждый сразу понимает, за что отдает свой голос. Крестик за нацистов или НННП означал «да, я хочу, чтобы Гитлер остался у власти», а крестик на любой другой строке – «нет, я хочу, чтобы Гитлер ушел». Пришла пора сделать выбор.
Во многих регионах, ограниченных римским лимесом 100 г., Гитлер даже на этот раз не преодолел 35 %-й барьер. В среднем на этой территории он получил менее 40 % голосов. Несмотря на поддержку государственного аппарата, благословение Гинденбурга, попытки запугать население и кампанию, призванную представить его нормальным человеком, Гитлер не сумел покорить юг и запад Германии. Он получил большинство голосов лишь в двух избирательных округах в пределах империи Оттона I Великого в 940 г. (в Восточном Ганновере и Хемниц-Цвиккау), и оба они находятся у восточной границы, на западном берегу Эльбы.
Эта река, как и прежде, разделяет территорию страны на две части. К востоку от нее идет совершенно иная жизнь – так было на протяжении тысячи лет. Здесь Гитлер добивается колоссального успеха – за исключением Берлина, который, как всегда, держится особняком. Именно в Ост-Эльбии нацисты получают свыше 55 % голосов – всего в трех избирательных округах на целую страну, – и, хотя Гитлер не набирает большинства голосов на западе, этого оказывается достаточно, чтобы выйти на 43,9 % в национальном масштабе.
НННП, партия юнкеров, по-прежнему нужна Гитлеру. Она дает ему еще 7,9 %. И конечно же эти голоса тоже из Ост-Эльбии. Если сложить результаты нацистов и НННП, Ост-Эльбия за вычетом Берлина приносит гитлеровской коалиции около 60 % голосов. Таким образом, этот регион обеспечивает коалиции нацистов и НННП большинство в рейхстаге – 51,9 %.
Одержав победу на выборах, Гитлер требует немедленно принять Закон о чрезвычайных полномочиях (Ermächtigungsgesetz). Согласно Веймарской конституции, такой закон предоставляет рейхсканцлеру особые полномочия в период кризиса, позволяя управлять страной без участия парламента. Чтобы придать своим действиям видимость законности, Гитлеру нужно заручиться поддержкой абсолютного большинства (66 %) в рейхстаге. Представители оппозиции, явившись 23 марта 1933 г. на заседание рейхстага, видят, что здание окружено отрядами штурмовиков. Социал-демократы отважно голосуют против. Члены партии католического Центра после мучительных метаний решают, что, если они пойдут против коалиции, католиков вновь выставят предателями воли народа и им придется пережить очередной «культуркампф». Так Гитлер получает две трети голосов, и демократии в Германии приходит конец.
Кто же уничтожил демократию? Если бы вся Германия в 1928–1933 гг. голосовала, как Рейнланд, Швабия и Бавария, Гитлер не стал бы рейхсканцлером и не смог установить диктатуру. Избиратели Ост-Эльбии помогли ему сделать рывок в 1930 г. и закрепить свой успех в 1933-м. Все очень просто: если бы не Ост-Эльбия, не было бы фюрера.
С тех пор как Британия в 1814 г. отдала Пруссии Рейнланд, Ост-Эльбия медленно, но верно тянула одеяло на себя. И в 1933 г., поверженная, искалеченная, но все еще живая, она в конце концов рухнула в бездну, увлекая за собой Германию.
Гитлер проявляет осмотрительность
Поначалу Гитлер вел себя очень сдержанно, чтобы показать себя нормальным лидером – разумеется, в прусском понимании.
Теперь основная опасность исходила от радикального крыла его собственной партии. Эрнст Рём, его старый друг и руководитель штурмовых отрядов, численность которых уже достигла нескольких миллионов, жаждал немедленной нацистской революции. В первую очередь он хотел реформировать армию – в соответствии с 22 пунктом партийной программы, принятой в 1920 г.
«То, что завоевал Король, объединил Князь, оборонял Фельдмаршал, – сохранил и упрочил Солдат»
Армия была недовольна Рёмом. Министр обороны юнкер Вернер фон Бломберг активно поддерживал Гитлера. В феврале 1934 г. он лично уволил всех офицеров вермахта, в жилах которых текла еврейская кровь (их были единицы, и все они – христиане). Но он считал, что юнкерская армия не может подчиняться головорезам СА.
Гитлер пытался воздействовать на обе стороны, однако ни одна из них не желала идти на уступки. В итоге он приказал уладить дело президенту Гинденбургу. Тот был уже стар и немощен, но по конституции по-прежнему имел право снять рейхсканцлера с должности. 9 апреля 1934 г. на борту крейсера «Дойчланд» Гитлер заключил сделку с Бломбергом: Гитлер пресекает попытки СА подчинить вооруженные силы и содействует возрождению армии, если генералитет выступит в поддержку его кандидатуры на пост президента после смерти Гинденбурга. Чтобы выполнить свои обязательства, 30 июня 1934 г. он расправился с Рёмом, уничтожив его и