Люди, о которых идет речь выше, – не евреи, погибшие в Освенциме, а физически неполноценные немцы, которых уничтожали в Германии в рамках так называемой программы умерщвления T4, которая действовала с конца 1939 г. до августа 1941-го.
В этот период, несмотря на кровопролитные бои в Польше, а с июня 1941 г. – и на оккупированной территории России, систематическое уничтожение евреев в Германии еще не началось, еще не были построены фабрики смерти, где убийство поставили на поток. Методы Холокоста отрабатывались в ходе очищения Германии от немцев, «недостойных жизни».
Этот приквел Освенцима был остановлен благодаря последнему оплоту западной цивилизации в нацистской Германии. Гиммлер сетовал, что трудно держать убийства в секрете. 6 июня 1939 г. глава СС писал: «Можно со всей определенностью утверждать, что лютеранская часть населения лучше понимает задачи и трудности СС, чем католики». Для католической церкви все еще существовала грань, которую она не могла переступить.
3 августа 1941 г. епископ Мюнстера фон Гален выступил против программы T4 с пламенной речью, столь убедительной, что позднее она была отпечатана и разбрасывалась над немецкими городами с британских самолетов.
«Есть священные обязательства совести, от которых нас не может освободить никто, которые мы обязаны выполнять во что бы то ни стало, даже ценой собственной жизни… А сейчас применяется доктрина, которая позволяет уничтожать так называемую “бесполезную жизнь”, то есть убивать невинных людей, если кто-то считает, что их жизнь больше не представляет ценности для нации и государства».
Это был чрезвычайно смелый шаг. До конца войны фон Гален находился под домашним арестом, но ему удалось остаться в живых – в отличие от трех священников его епархии, которых казнили. Даже в такое время нацистам приходилось действовать с оглядкой, нельзя было просто так убить популярного представителя католического истеблишмента, за которым стояли люди с иными убеждениями.
Мужество Галена и настрой в католических регионах сделали свое дело: массовое умерщвление «неполноценных» прекратилось в августе 1941-го.
«“Если принять меры против епископа, – вероятно, сказал Геббельс, – мы потеряем население Мюнстера, да и всей Вестфалии, на период войны”. Гитлер согласился, что самое мудрое решение – воздержаться от каких-либо действий, но в глубине души поклялся разделаться с Галеном после войны».
Дом тьмы: вилла «Марлир», где участники Ванзейской конференции обсуждали программу геноцида евреев. Выходя из этого музея, чувствуешь облегчение, словно только что очнулся от кошмарного сна. А затем понимаешь, что все это было на самом деле
К этому времени было убито от 100 000 до 200 000 мужчин, женщин и детей, – многие из них умерли в газовых камерах, а затем их тела сожгли в крематориях, построенных специально для этой цели. Все было готово к уничтожению евреев. Тем не менее программа T4 показала нацистам, что даже в военное время в Германии не так-то просто организовать массовое убийство людей.
Эсэсовцам требовалось место, где им не помешают непокорные священники, где можно действовать тайно, где европейская цивилизация уже прекратила свое существование. В конце 1941 г., захватив Польшу и часть запада России, они заполучили то, что хотели. 20 января 1942 г. состоялась Ванзейская конференция, где правительство и лидеры нацистской партии обсудили стратегию «окончательного решения еврейского вопроса». Там выступил Рейнхард Гейдрих, второе лицо СС, который обрисовал собравшимся «перспективы на Востоке». Он считал, что на завоеванных территориях, среди разрухи и запустения, никто не помешает нацистам воплотить в жизнь свои планы.
Гейдрих знал, о чем говорит, – к концу 1941 г. на оккупированных территориях уже происходили массовые убийства евреев при полной поддержке со стороны армии. Ниже приведен приказ, отданный не функционером СС, а прусским аристократом, фельдмаршалом Рейхенау:
«В восточном театре военных действий… солдат должен полностью осознать необходимость жестокого, но справедливого возмездия, которого заслуживают недочеловеки еврейского происхождения… Только так мы можем сохранить верность своей исторической миссии – раз и навсегда освободить немецкий народ от еврейско-азиатской угрозы».
Прусские милитаристы десятки лет рассматривали этот регион как будущую колонию. Добавьте сюда радикальный нацизм, и вы получите самоисполняющееся пророчество. Сперва вы утверждаете, что Восток не имеет ни культуры, ни государственности, предпочитая не вспоминать о том, что Пруссия была рождена и взращена под властью Польского королевства и лишь Россия спасла ее от Наполеона в 1807 г. Потом вы систематически уничтожаете все местные органы власти, убиваете потенциальных лидеров и правите самыми жесткими методами, чиня произвол и насилие. Таким образом, вы создаете подлый колониальный режим, при котором на поверхность выходит местное отребье. Только тогда складываются благоприятные условия для нацистского радикализма.
В апокалиптическом мире, созданном нацистами за пределами Восточной Пруссии, не было сдерживающего начала. Программа T4, уже обкатанная в Германии, пошла на экспорт: то же руководство, те же методы убийства, те же бюрократические эвфемизмы, та же секретность и даже те же способы сколотить состояние. В Освенциме, Треблинке, Майданеке и Собиборе евреи, подобно «неполноценным» немцам, рассматривались как отбросы эволюции, которые подлежат истреблению во имя Прогресса.
«Лишь с завоеванием Восточной Европы Гитлер получил возможность создать по-настоящему анархическое общество, где ничто не мешает экспроприации, убийствам и истреблению людей… Результаты нацистской оккупации в разных странах напрямую зависели от сохранности государства и его институтов. В Бельгии и Дании, где государственные структуры во главе с монархией продолжали действовать, большая часть евреев избежала уничтожения… Подобным образом, несмотря на антисемитизм режима Виши, большинству французских евреев удалось пережить войну».
Холокост – это незамутненное проявление того мрачного модернизма, что видел в людях серую массу, а Прогресс считал единственным мерилом ценности. Он сметал все тщательно возведенные барьеры, с помощью которых западная цивилизация ограничивала и вытесняла индивидуальную жестокость. Холокост не требовал сфабрикованных обвинений и не допускал смягчения приговора. Целый народ был объявлен паразитом – не из-за того, что совершил, а из-за того, на что якобы был способен. Какие бы преступления ни совершили Сталин и Мао, Холокост не имеет параллелей в истории человечества.
Мемориал жертвам Холокоста в центре Берлина
Почему нацисты потерпели поражение
В июне 1940 г. у Гитлера не осталось соперников ни в Европе, ни в Германии. Сталин считался его союзником, а Великобритания, казалось, готова сдать свои позиции. Хотя с англичанами не удалось договориться, их наступательный потенциал был невелик. Гитлер мог без труда упрочить свои позиции в Европе, не встречая серьезного сопротивления. Но вместо этого он напал на Россию.
К этому шагу его побудил ряд причин: так он лишал последней надежды Великобританию, получал доступ к нефтяным ресурсам и наносил упреждающий удар России. Но, скорее всего, он сделал это, поскольку верил, что сумеет повторить бросок Людендорфа на восток в 1918 г. – на сей раз без Западного фронта, который мог бы испортить дело. Подобно прусским лидерам 1914–1918 гг., Гитлер считал, что основная задача войны – раз и навсегда урегулировать ситуацию на востоке. Таким образом, решение напасть на Россию имело глубокие прусские корни.
В июне 1941 г. мало кто из немецких генералов сомневался в победе Германии, – надо сказать, что почти все они прошли Первую мировую войну младшими офицерами или служили в подразделениях добровольческого корпуса.
В результате к концу 1941 г. вермахт был втянут в гибельную войну с огромной и потому практически непобедимой Красной армией, тогда как Африканский корпус один на один сражался с силами Британской империи в Египте. 11 декабря 1941 г. Гитлер без особых на то причин объявил войну США. Его логика выглядит вполне узнаваемой:
С 1941 г. группа офицеров во главе с Хеннингом фон Тресковом планировала убийство Гитлера. Тресков организовал покушение на фюрера в марте 1943 г., но бомба, заложенная в самолет, не взорвалась. Заговор против Гитлера, который находился в зените власти, был подлинным актом героизма.
Впрочем, вскоре стало казаться, что противостоять Гитлеру требует элементарный здравый смысл. После разгрома немецких войск под Сталинградом в январе 1943 г. Гитлеру как воздух нужна была большая победа. Презирая англосаксонскую демократию, он надеялся получить желаемое, воюя с Великобританией и США в Северной Африке. Проигнорировав доводы умного и опытного генерала Эрвина Роммеля, он отправил в Тунис отборные войска. В мае 1943 г. они потерпели поражение, почти столь же позорное, как капитуляция под Сталинградом.[30] Когда в июле 1943 г. русские победили в крупнейшем танковом сражении под Курском, все поняли, что дело идет к развязке. Тайная оппозиция Гитлеру во главе с харизматичным Клаусом фон Штауффенбергом начала стремительно расти.