- Ничуть, - довольно любезно откликнулся тот, и по его равнодушному тону было ясно, что это его нисколько не волнует. - Судя по всему, сэр, ваша супруга немного успокоилась. Может быть теперь, она расскажет нам, наконец, что же все-таки произошло?
Всхлипнув, миссис Опалсен бросила на Пуаро умоляющий взгляд. Маленький бельгиец усадил ее обратно в кресло.
- Прошу вас, присядьте, мадам. Успокойтесь и расскажите нам как можно подробнее, что случилось.
Миссис Опалсен осушила платком слезы и приступила к рассказу.
- После обеда я поднялась к себе наверх, чтобы взять жемчуга, которые перед этим пообещала показать мсье Пуаро. Горничная и Селестина были, как всегда, в этой комнате.
- Простите, мадам, а что вы подразумеваете под словами "как всегда"?
В разговор вмешался мистер Опалсен
- Я завел такое правило - никто из служащих отеля не должен входить в эту комнату без Селестины. Горничная убирается здесь по утрам, при этом неотлучно присутствует Селестина, личная служанка моей жены. Вечером она приходит еще раз, чтобы приготовить постели - и тоже в ее присутствии. Иначе она в комнату не заходит.
- Итак, как я уже сказала, - продолжала миссис Опалсен, - я поднялась наверх в номер. Открыла дверь, подошла к туалетному столику и выдвинула вот этот ящик, - Кивком головы она указала на нижний правый ящик туалетного столика с двумя тумбами. - Потом достала оттуда шкатулку с драгоценностями и отперла ее. Мне показалось, все на месте...только жемчуга! Они исчезли!
Инспектор поспешно строчил в своем блокноте.
- Когда вы видели жемчуга в последний раз? - оторвавшись от этого занятия, спросил он.
- Когда я переодевалась, чтобы спуститься к обеду. Готова поклясться, жемчуга еще были тут.
- Вы в этом уверены?
- Абсолютно! Я еще помню, как колебалась, надевать их или нет. В конце концов, решила надеть свои изумруды - подумала, что вечером они будут смотреться лучше. А жемчуг убрала обратно в шкатулку.
- И кто ее запер?
- Я сама. А ключ от шкатулки всегда при мне. Вот он - висит на цепочке у меня на шее, - и с этим словами она показала нам ключ.
Инспектор внимательно осмотрел его и пожал плечами.
- Вор без труда мог заказать себе второй. Ничего сложного, поверьте, мадам! Да и замок на шкатулке самый простой. Ладно, оставим это. Теперь скажите, что вы делали после того, как заперли шкатулку?
- Убрала ее обратно в нижний ящик, как всегда. Она всегда там стоит.
- А ящик вы тоже заперли?
- Нет, я никогда этого не делаю. Поскольку здесь всегда безотлучно находится моя горничная, которой запрещено уходить до моего возвращения, в этом нет никакой необходимости.
Лицо инспектора стало суровым.
- Если я правильно понял вас, мадам, вы утверждаете, что видели драгоценности до того, как спустились к обеду? А с тех пор, по вашим словам, ваша горничная не покидала эту комнату ни на минуту?
Казалось, весь ужас ситуации, в которой она неожиданно оказалась, только сейчас дошел до сознания бедняжки. С пронзительным воплем Селестина повисла на шее Пуаро, бессвязно лопоча что-то по-французски.
Я едва успевал разбирать поток бессвязных жалоб и причитаний несчастной француженки. Какая ужасающая несправедливость, вопила она. Чтобы она, Селестина, могла ограбить свою дорогую хозяйку! Нужно быть круглым идиотом, чтобы вообразить такое! Впрочем, всем давным-давно известно, что в полиции все дураки. Но мсье француз...
- Бельгиец, мадам, - поправил ее Пуаро. Однако Селестина, как мне показалось, не обратила на это ни малейшего внимания.
...а француз просто не сможет остаться в стороне и смотреть, как на бедную женщину возводят это ужасное, нелепое, несправедливое обвинение, в то время, как эту нахалку отпустят на все четыре стороны!
- Я никогда не ей доверяла! - вопила она. - Нет, вы только посмотрите на нее - по глазам видно, что прирожденная воровка! Я сразу же сказала, что за ней нужен глаз да глаз. И смотрела за ней в оба, когда совала всюду нос, и при этом делала вид, что убирается в спальне у мадам! Пусть эти дураки обыщут ее, и если они не найдут у нее жемчуга мадам, то я съем собственную шляпу! - с вызовом бросила Селестина.
Вся эта было сказано на быстром и почти неразборчивом французском, но взбешенная Селестина сопровождала свою обвинительную речь столь выразительной мимикой и жестами, что до горничной наконец дошло, в чем ее обвиняют. От злости лицо ее стало багровым, как спелый помидор.
- Если эта иностранка утверждает, что это я украла жемчуга, то она врет! - вспыхнула она, бросив в нашу сторону вызывающий взгляд. - Я и в глаза их никогда не видела!
- Обыщите ее! - взвизгнула француженка. - Сами убедитесь, что я права!
- Ах ты, наглая врунья! - сжав кулаки и наступая на Селестину, гаркнула вторая горничная. - Сама, небось, стибрила их, вот теперь и стараешься повесить это на меня! Я и комнате-то пробыла минуты три, не больше, а потом вернулась леди. А ты, между прочим, сидела тут все время, как обычно - будто кошка, караулящая мышь!
Инспектор бросил вопросительный взгляд на Селестину.
- Это правда? Выходит, вы ни разу не покидали эту комнату?
- Я действительно не оставляла ее одну, - без особой охоты призналась француженка. - Правда, пару раз за это время я выходила к себе...вот через эту дверь, за ней моя комната. Один раз, чтобы принести клубок шерсти, а другой - за ножницами. Тогда-то она, наверное, и стащила жемчуга.
- Да ты и выходила-то разве что на минуту! - сердито отрезала горничная. - Прошмыгнула туда, как крыса, и тут же назад. Что ж, пусть тогда меня обыщут! Я только рада буду! Мне нечего бояться.
В эту минуту кто-то постучал в дверь. Инспектор подошел к выходу, приоткрыл ее и выглянул в коридор. Когда он увидел, кто это, лицо его сразу прояснилось.
- Слава Богу! - обрадовался он. - Вот, наконец, и наша сотрудница, которая обычно обыскивает женщин! Надеюсь, вы не станете возражать, мисс, обратился он к горничной, - если я попрошу вас пройти в соседнюю комнату вместе с ней?
Он дал знак горничной, и та, вызывающе вскинув подбородок, вышла за дверь. Женщина-инспектор последовала за ней.
Француженка, жалобно всхлипывая, сжалась в комочек на стуле. Пуаро внимательно разглядывал комнату. Я вслед за ним изо всех сил старался запомнить, что в ней было.
Р и с у н о к
1. Гардероб
2. Туалетный столик
3. Комод
4. Кровать
5. Комната горничной
6. Коридор
- Куда ведет эта дверь? - полюбопытствовал Пуаро, кивком указав на дверь возле окна.
- Наверное, в соседний номер, - предположил инспектор. - Впрочем, какая разница все равно ведь она заперта с этой стороны.
Подойдя к двери, Пуаро пару раз повернул ручку, отодвинул задвижку и снова попробовал подергать.
- Похоже, с той стороны то же заперта, - проворчал он. - Ну что ж, неплохо. По крайней мере, этот вариант можно исключить.
Потом он так же тщательно осмотрел одно за другим оба окна, даже выглянул наружу.
- То же самое - ничего! Даже балкона и то нет.
- А пусть бы и был, - не выдержал инспектор, у которого, похоже, лопнуло терпение. - Не вижу, чем бы это могло нам помочь. Вы забыли, что горничная ни на минуту не покидала комнату.
- Да, да, конечно, - ничуть не смутившись, торопливо закивал Пуаро. Раз уж мадемуазель определенно утверждает, что не уходила из комнаты, тогда, конечно...
Появление горничной в сопровождении женщины-инспектора помешало Пуаро договорить.
- Абсолютно ничего, - коротко бросила инспекторша.
- Само собой разумеется, - презрительно фыркнула горничная. - А этой французской шлюхе должно быть стыдно, что она старалась опозорить честную девушку! - с видом оскорбленной добродетели бросила она.
- Ладно, ладно, крошка, хватит! - открыв дверь, примирительно прогудел инспектор и подтолкнул ее к ней. - Никто тебя больше не подозревает. Иди, иди, занимайся своим делом.
Горничная неохотно вышла.
- А ее вы не собираетесь обыскать? - злорадно бросила она через плечо, ткнув в Селестину пальцем.
- Непременно, - и захлопнув дверь перед ее носом, он повернул в замке ключ.
И вот уже Селестина в свою очередь отправилась в соседнюю комнату в сопровождении женщины-инспектора. Через пару минут обе вернулись. Выразительно пожав плечами, сотрудница полиции дала нам понять, что у нее тоже ничего не нашли.
Лицо полицейского потемнело, как грозовая туча.
- Боюсь, мисс, мне придется так или иначе просить вас поехать со мной в участок, - Инспектор повернулся к миссис Опалсен. - Прошу прощения. Мне очень жаль, мадам, но все говорит о том, что тут замешана ваша горничная. И если жемчугов не нашли при ней, вполне возможно, они спрятаны где-то в ее комнате.
Селестина пронзительно завопила и, залившись слезами, снова повисла на шее у Пуаро. И тут у меня едва глаза не вылезли на лоб от удивления склонившись к ее уху, мой маленький друг что-то едва слышно прошептал. Селестина, разом перестав рыдать, в замешательстве смотрела на него, словно не зная, можно ли ему верить.
- Да, да, дитя мое...поверьте мне, так будет лучше, - Пуаро повернулся к инспектору. - Вы позволите, мсье? Маленький эксперимент...просто, чтобы удовлетворить мое любопытство.
- Смотря что вы имеете в виду, - поколебавшись, отозвался полицейский офицер. Было заметно, что все это ему не по душе
Пуаро снова повернулся к заплаканной Селестине.
- Вы сказали нам, что на минутку выходили в свою комнату взять клубок шерсти. А где он лежал, вы помните?
- На комоде, мсье.
- А ножницы?
- И они тоже.
- Если это вас не затруднит, мадемуазель, не могли бы вы проделать тоже самое еще раз? Вы сидели за шитьем вот тут, не так ли?
Селестина уселась в кресло. Потом, повинуясь едва заметному знаку Пуаро, девушка встала, быстро прошла в соседнюю комнату, взяла с комода клубок шерсти и поспешно вернулась.