«А, может, это был человек – такой же, как и я, только менее везучий… или, наоборот, более?»
Танг поморщился. К чему теперь эти мысли? Так ли важно, что за мясо ему досталось – человечье или звериное – если кусок уже отрублен, и назад к телу его не пришьешь?
«Хотя Угрюм, наверное, мог бы…» – грустно усмехнулся про себя Танг.
Итак, происхождение мяса уже не слишком его интересовало. Но что же тогда в действительности останавливало Танга от трапезы? Брезгливость? А, может, то самое пресловутое нежелание уподобляться нео – этим низшим существам, готовым жрать, что попало? Но чем взаправду хомо лучше своих уродливых лохматых собратьев? В конечном счете все жители современной Москвы работают на желудок, тупо выживают. Просто раньше можно было делать это со вкусом, как кому нравится, а теперь ему не оставили иного выбора…
«Так и есть. Угрюм не оставил мне выбора, значит, можно есть».
Осознав это, Танг с облегчением поднял кусок мяса с груди и попытался осторожно откусить от него кусок. Осторожно не получилось – человечьими зубами оказалось не так просто разгрызть жилы. Однако кровь попала на вкусовые рецепторы, и Танг, опьяненный ее вкусом, с яростью набросился на мясо. Пленник жрал его, будто настоящий хищник – отрывал куски зубами и глотал, практически не жуя.
К тому моменту, как Агап наконец достал свой обед и втянул его в камеру, Танг уже слизывал с губ осевшую на них кровь.
Он больше не думал о том, что за мясо только что съел.
Скорей, Танга волновало, когда принесут добавку.
Удивительно, но Фред услышал подозрительный звук намного раньше, чем Кира, хотя обычно получалось наоборот. Именно поэтому, видя, что спутницы идут, как шли, вдоль заброшенного трёхэтажного здания и даже в лицах не меняются, вояка неуверенно спросил:
– Вы это слышали?
– Что – «это»? – не поняла Кира.
Обе девушки остановились и, обернувшись, недоуменно уставились на Фреда.
– Ну… звук новый… странный, – попытался объяснить он. – Такой… на мычанье похож. Или на трубу.
– На какую трубу? – ещё больше запуталась Кира. – На печную?
– Да нет… Ладно, неважно, – махнул рукой Фред. – Важно, что он, этот звук, вроде как… приближается…
Мужчина запнулся и снова навострил уши: показалось, что мычание прервалось.
«Неужто пронесло?» – с облегчением подумал Фред, но в следующий миг гул снова возобновился.
Одна радость – теперь Кира и Рена тоже услышали его.
– Ты про это, да? Про этот звук? – уточнила дикарка.
Фред молча кивнул.
– Похоже на тура, – подумав, сказала Кира.
– Плохо, – скривившись, пробормотал вояка. – Очень плохо…
Приговаривая это, он пытался одновременно представить себе, как выглядит упомянутый Кирой тур.
«Кажется, это что-то вроде большого быка, – с трудом припомнил Фред. – Нечто рогатое, здоровое… и злое, как и все в московской Зоне!..»
– Да вот же… – шумно выпустив воздух через стиснутые зубы, протянула Кира. – Пулями из пистолей его не одолеешь. Если и помрет, то уже потом, от потери крови, но от нас к тому времени не останется и мокрого места. Получается, надо прятаться. Опять.
– Давайте тогда как-то… побыстрей, что ли, это делать, – неуверенно предложила Рена, опасливо озираясь по сторонам. – Пока тур не пришел.
Ее слова вернули спутников к реальности. Увлекшись анализом странного звука, Фред и Кира напрочь позабыли, что по-прежнему стоят рядом с трехэтажным домом, у всех на виду.
– Пошли, – быстро сказал вояка и первым устремился к дверному проему, ведущему внутрь.
Когда Фред был уже на полпути, его нагнал голос Киры:
– Поздно. Он уже тут.
Вояка вздрогнул и замер на месте.
– Заметил нас? – спросил, не оборачиваясь.
– Пока что вроде бы нет, – помедлив, отозвалась девушка. – Но скоро заметит.
– Почему ты так решила?
– А он идет в нашу сторону.
Вояка тихо чертыхнулся. Угораздило же их встретить этого проклятого тура!.. И ведь ничего не предвещало беды… но нет – забрел, рогатый, именно на ту улицу, по которой они шли.
– Ну и еще у него две головы, – добавила Кира.
– В смысле? – ушам своим не поверил Фред. – Как это – две?
– Да вот так. Ты только не вертись! Ничего… такого в этой второй голове нет. Обычная… но вторая, черт ее дери…
– Ничего такого… – буркнул вояка, с трудом сдерживая любопытство. – То, что их две – это уже не «ничего такого»…
Хотя на самом деле Фред не хотел смотреть на двуглавого тура. Более того – он бы предпочел никогда его не видеть, – как и большинство других мутантов, обитающих в московской Зоне.
– Давайте все же за мной, – подумав недолго, сказал вояка. – Если он нас все равно заметит, я предпочту находиться в здании, а не снаружи.
– Как будто в здании он до нас не доберется!.. – фыркнула Кира.
– Ну, на это ему, по крайней мере, потребуется время. В обычный дверной проем он, я подозреваю, все-таки не пройдет.
Девушка на миг задумалась, после чего на выдохе произнесла:
– Ну пошли…
Фред по-прежнему не оглядывался, но по звуку шагов понял, что его спутницы шустро приближаются к нему. Тогда он и сам пошёл вперёд, стремясь поскорей добраться до входа в дом.
Гневное мычание застало Фреда на пороге. От этого гулкого звука у мужчины похолодело внутри, но он не сбавил темпа – напротив, ускорился и поспешно скрылся внутри. Шаги позади стали чаще: напуганные рёвом тура, девушки сорвались в бег. Бояться было уже нечего: самое страшное случилось, и теперь оставалось просто действовать, стремясь обмануть коварную судьбу.
– Сюда! – воскликнул Фред и первым ринулся в узкий коридор.
О том, что в царящей там мгле может скрываться напасть похлеще любого тура, никто в те мгновения не думал. Все мысли путников были заняты только двуглавым быком, несущимся следом за ними.
Фред первым нырнул в это чёрное сумеречное море и моментально сгинул в нем, как будто перестав существовать для окружающего мира. Следом за боевым товарищем во мглу ворвались и девушки. Их торопливые шаги моментально стихли, и Фред услышал тяжёлое дыхание Рены и Киры.
Осторожно глядя из темноты коридора на оконный проем, вояка вытащил из кармана пистолет и передернул затвор.
– Что это было? – тут же обеспокоенно спросила Кира.
– Это я, – шепотом отозвался Фред. – Заряжаю огнестрел.
– Я же говорила: пистоль против тура бесполезен, – с долей обиды в голосе сказала девушка.
– У тебя есть идеи получше? – спросил Фред, продолжая сжимать рукоять пистолета. – Или мне на него с мечом идти прикажешь?
– Лучше затаиться и не шуметь, – буркнула Кира. – Может, мимо пройдёт…
В этот момент здание содрогнулось, будто в стену на полной скорости врезался грузовик. С потолка на голову Фреда посыпалась крошка, и он заморгал, часто-часто, потому что пыль попала в глаза. Когда зрение вернулось, вояка увидел, что тур ломится в здание через дверной проем. Две рогатые бычьи головы с налитыми кровью глазами и огромными раздувающимися ноздрями выглядели угрожающе. Ещё больший ужас вызывал сам дверной проем, через который мутант ломился внутрь: Фред не мог сказать определённо, но было очень похоже, что кирпичная кладка под натиском быка крошится, и с каждой секундой гигант все дальше продвигался внутрь.
Но даже не это было самое жуткое.
– Он что, нас видит? – пробормотала Кира.
И вправду – казалось, что тур не просто бесцельно пялится во тьму; судя по его пристальному озлобленному взгляду, он смотрел прямо на ненавистных хомо.
– Брат говорил, многие туры могут видеть ночью, – сказала Рена.
Кирпич продолжал крошиться, и рогатый мутант, чувствуя, как кладка безропотно разрушается под его натиском, уверенно пёр вперёд.
– Надо уходить, – пожевав губу, произнес Фред. – Пока он к нам не пробился.
Он повернул голову и уставился в кромешную мглу. Не похоже было, что в той стороне есть какой-то лаз, ведущий на свободу.
«Тупик, что ли? Но… откуда? И зачем? Видимо, просто часть перекрытий рухнула и завалила все ходы. Вот ведь невезение!..»
По всему получалось, что единственный их шанс – пробежать мимо рвущегося внутрь тура и попытать счастья в левом крыле.
«Или остаться тут. Забиться поглубже и ждать, пока он не уйдёт. Но он, сволочь такая, может ведь просто запереть нас внутри, если перегородит проход!»
– Похоже, придётся мимо него идти, – сказала Рена, невольно озвучивая мысли Фреда.
– Тогда надо бежать прямо сейчас, пока стены его ещё держат, – заметила Кира.
Голос её дрожал от волнения: коридор, в котором они находились, казался таким безопасным в сравнении с «прихожей», что покидать его совершенно не хотелось. Другое дело, что оставаться в нем было бессмысленно – по причинам, понятным не только Фреду.
– Что ж, я пошёл, – прочистив горло, сказал вояка. – Старайтесь не отставать.
И, не дожидаясь ответа, он первым устремился вперед.
Обе головы тура разом повернулись на звук шагов и уставились на Фреда налитыми кровью глазами. Вояке тут же захотелось вернуться назад, в успокаивающую мглу, но он моментально одернул себя, напомнив, что тьма никак не защитит его от диковинного рогатого мутанта.
«Вперед… Только вперед… Назад пути уже нет», – мысленно убеждал себя Фред.
Не успел он пробежать и трех метров, как сзади послышались торопливые шаги – то ли Рена, то ли Кира бросились следом за мужчиной навстречу неизвестности, в левый коридор. Тур тоже отреагировал на новый звук – повернул левую голову и одарил девушку испепеляющим взглядом. При этом правая башка продолжала угрюмо взирать на вояку.
«Ну и жуть…»
Поняв, что его обед рискует сбежать, тур с утроенным рвением попер вперед. Рыжая кирпичная крошка полетела во все стороны, будто кто-то врезался в стену мощным отбойным молотком.
«Можем и не успеть», – вдруг подумал Фред.
Самой широкой частью тура были, разумеется, его плечи. Когда они пройдут внутрь, «корма» туда залетит без проблем, и мутант с ходу ринется в бой.