Ее закрутил и потащил ветер. Лиза испугалась, что он может разорвать ее в клочья и разнести их в стороны, и она никогда больше не станет целой. Девушка влетела в крону дерева и зацепилась за ветки. Собрала себя в шар и вылетела из кроны, услышав чей-то крик «какая большая шаровая молния!».
Лиза летела по воздуху, видоизменяясь, как облако, интуитивно ища для полета наиболее удобную форму. Наконец, она приняла вид яйца и поплыла, похожая на небольшой дирижабль. Девушка упивалась ощущением легкости и свободы. Ее пронизывали солнечные лучи, обтекал ветер. Освоившись, она стала видеть все сразу: небо и землю во всех направлениях.
Синим шелком под ней появилась река. Внимание Лизы привлекли кричащие на мосту люди. В воде что-то яркое то появлялось, то исчезало. Лиза начала снижаться и увидела, что это голова девочки с красным бантом в волосах. Яркий цвет стал тускнеть в воде и пропал. К берегу, что-то хрипло крича, бежала женщина.
Лиза дождем пролилась вниз и, войдя в воду, увидела опускающееся тельце ребенка. Девушка подхватила его, даже не поняв, как у нее выросли руки, и, стремительно поднявшись из воды, полетела с ношей к берегу, шепча: «Все хорошо, все хорошо, малышка!».
Положила девочку на траву и взмыла вверх. Внизу загалдели сбежавшиеся люди:
— Вы видели? Ангел спас ребенка!
А Лиза думала о сделанном открытии: в минуту шока ее тело может инстинктивно вернуть свою человеческую форму, а так можно и разбиться. Зато она сделала доброе дело, а разве не для добра живет человек? И может именно для этого так исказилась ее жизнь?
Девушка взяла направление к Ново-Тихвинскому монастырю, подстраиваясь к ветру и учась лавировать, как это делают корабли.
Букинист посмотрел на результаты поисков: кучкой лежали позеленевшие старинные монеты, сломанный черный крест, ржавый образок.
— Черт возьми! Я был уверен, что мы узнаем с помощью современной техники то, что не смогли выбить из монахинь чекисты! А тут… — он пнул монетки, и они рассыпались. — Ну, не дураки были большевики, — сказал он убежденно. — Если они считали, что тайна в монастыре есть, значит, есть! А тайной могут быть только сокровища монастыря.
— Ну, я и не знаю, где еще искать, — пожал плечами мужчина с металлоискателем в руках. — Мы же обшарили все стены и полы.
— Может, ты и прав, — нехотя согласился Букинист, оглядываясь вокруг. — Не удивлюсь, если здесь побывал Белосельский. Да, поменьше здесь стало лесов, и река обмелела, — неожиданно мужчина встрепенулся: — Тут есть могилы! Может там зарыли? Нет, пока мы их не перекопаем, я отсюда ни ногой.
И он вперевалку пошел к монастырскому кладбищу, но у порушенной ограды испуганно застыл: у крайней могилы стояла нагая фигура тонкой девушки с длинным каскадом светлым волос, похожих на сложенные за спиной крылья, в руках у нее были цветы.
— Ангел! — услышал Букинист дрожащий голос своего напарника.
Девушка медленно повернула голову, и ее строгое лицо осуждающе посмотрело на мужчин.
— Ведьма! Зелье варит, — хрипло пробормотал толстяк. — Бежим!
Он развернулся и тяжело затопал, боясь того, что ноги ему откажут, и тогда сердце лопнет от залившего его ужаса, и он останется лежать здесь под холодными облаками.
Но мужчины сумели добежать до машины и, оставив валяться на земле свою мелкую добычу и металлоискатель, рванули прочь тем же путем, которым когда-то скакали на лошадях чекисты.
Лиза с любовью украсила могилы цветами.
«Ну, вот, я стала и защитницей мертвых, — тихо улыбнулась она покосившимся деревянным крестам. — Хотя каждый человек может стать спасателем и защитником».
И девушка с навернувшимися на глаза слезами вспомнила Александра Ежова.
Май 2012