— Тогда придется тебе вернуться на автобусе. Я не могу ждать, у меня еще дела.
— Да ради бога! — обрадовался Володя. — Отлично доберусь на автобусе!
— А деньги-то у тебя есть на дорогу? — волновалась Таша.
— Уж как-нибудь! — передернул плечами он.
— Девчонки, вы на меня не обидитесь? Столько всего вам наобещала, а слово сдержать не смогла. И на Мертвое море вас не свозила…
— Ничего, в другой раз! — утешила ее Матильда.
Мы еще пообнимались с Ташей, и она наконец ушла, к великой нашей радости.
Да, все складывается идеально. Даже слишком. Может, это уже дурной знак?
Неподалеку от входа я приметила Ар-кашку, который медленно прогуливал на поводке Марата в наморднике. С ним рядом шел его товарищ, Рома. Мы еще вчера с ним познакомились. Нам нужен был кто-то, кого Вальчик с Томкой ни разу не видели.
— Я сейчас узнаю, регистрируют ли уже ваш рейс, — сказал Володя. — Если да, то лучше пройти регистрацию и таможню уже сейчас, потом может быть очередь.
Он отошел куда-то и быстро вернулся.
— Пошли скорее, регистрация только начинается, мигом пройдете!
Действительно, через 10 минут мы уже были свободны от сумок. А за нами мало-помалу скапливалась очередь. Отлично! Чем дольше Курица простоит в очереди, тем лучше.
Мы заняли заранее облюбованные позиции у дверей, чтобы не проворонить действующих лиц предстоящей комедии. А может, и драмы.
— Фельдманы приехали! — подбежал ко мне Володька.
— Сколько их?
— Все, кроме Шуры.
А вот и они. Вошли, поставили чемодан и сумку Риммы Львовны, и Давид Львович подошел к справочной. А Курица то и дело вертела головой, кого-то высматривая. Ясно кого, нас! И хотя вся операция была задумана ради спасения Курицы, сейчас нам было не до нее. А главные действующие лица пока не появлялись. Я только очень боялась, что не успею увидеть финал драмы или комедии. Но вот Фельдманы встали в очередь.
— Аська, подойди к ней, а то ока изведется, — шепнул мне Володя.
— Но они же сейчас в меня вцепятся! Лучше ты подойди и скажи…
— Нет, она только тебе доверяет.
— Ладно!
Я пробралась к Фельдманам.
— Аська! А где Матильда? Вы уже сдали вещи? — накинулась на меня с вопросами Мура.
— С ума сойти! Пигалицы одни по миру путешествуют! — умилялся Давид Львович, а Мария Валерьевна судорожно дописывала какое-то письмо, которое не успела дописать дома.
— Асечка, — прошептала Римма Львовна, отведя меня в сторонку. — Как дела?
— Римма Львовна, думаю, еще полчаса, и вы вообще избавитесь от ваших мучителей.
— Как? — разинула рот Курица.
— Увидите!
— Опять вы секретничаете! — возмущенно воскликнула Мура.
— Асечка, а ты хотела передать мне… какие-то сладости? — дрожащим голосом проговорила Курица.
Тоже мне конспираторша!
— Какие сладости? Зачем? Кому? — пиявила нас Мура.
— Да это Женя, Володина мама, ее подруга живет в одном доме с Риммой Львовной, — на ходу придумывала я. — Они у Володи, он вам их потом отдаст.
— Спасибо, деточка!
— Римма Львовна, я сейчас отойду, встретимся попозже. — И я стала выбираться из загородки для пассажиров московского рейса. Но Мура увязалась за мной.
— Аська, подожди, куда ты бежишь?
— Надо!
— В уборную, что ли?
— Да нет, надо Мотьку найти! — ляпнула я первое, что пришло в голову.
— Я с тобой!
Вот липучка! Но спорить мне было некогда. Я побежала к Володьке, Мурка за мной.
— Погоди! Куда ты так несешься?
— Сбавь обороты! — посоветовал мне Володька. — Их пока нет.
— Кого нет? Что тут у вас происходит? — приставала Мура.
— Операция по пресечению! — таинственно прошептал Володя.
— Чего? По пресечению чего? — недоумевала Мура.
— Контрабанды! — тем же таинственным шепотом разъяснил он.
— Да ладно вам! — обиделась Мура.
— Мурка! Он не шутит! Умоляю, не мешай!
— Подумаешь, я вообще могу уйти! Тоже мне! А вы кого представляете? Моссад? КГБ? ЦРУ?
— Интерпол!
— Правда, что ль?
Но в этот момент сквозь стеклянные двери я увидела, как подъехало такси и оттуда вылезла Томка, а за нею Нальчик с дорожной сумкой и пластиковым мешком, в котором, я знала, лежал пакет с кокаином. Точно такой же мешок был и в руках Курицы.
Пока Вальчик расплачивался с таксистом, на авансцене появился Ромка. Он медленно шел мимо с открытой банкой пива и, поравнявшись со сладкой парочкой, вдруг споткнулся, и пиво выплеснулось на Томку и Вальчика.
— Хулиган! — взвизгнула Томка, а Вальчик занес руку, чтобы влепить затрещину Ромке, но не тут-то было! Ромка ловко увернулся и бросился наутек. Свою роль он сыграл отлично. Спектакль начался!
Кое-как отряхнувшись, Вальчик с Томкой направились в здание аэропорта.
— Ух, какая очередища! — простонала Томка и тут же встала в хвост, а Вальчик стоял, прощупывая взглядом пассажиров. Искал Римму Львовну. Ага, вот он ее приметил, она была уже близко к таможенникам.
— Аська! Аська! — зашептала вдруг мне на ухо Мура, о которой я начисто забыла. — Аська! Вон тот тип приходил к тете Римме! Да! Это он!
— Знаю! — сквозь зубы ответила я. — Стой тихо, не мешай!
— А кто он такой?
— Отвяжись! — гаркнула я.
— Подумаешь, строит из себя! — пожала плечами Мура, но все-таки осталась стоять рядом.
— Мурка! Смотри, что сейчас будет!
На сцену вышел Аркашка. На нем была низко надвинутая на глаза кепка с длинным козырьком, а на поводке он вел Марата. Они медленно двинулись в сторону Вальчика, и вдруг, когда они были уже совсем близко, Марат рванулся к Вальчику с такой силой, что Аркашка едва его удержал, и громко залаял. Вальчик небрежно отмахнулся. Мол, собака лает, ветер носит. Тем более, собака в наморднике! Хотя нет, намордник свалился с собачьего носа и теперь болтался на одном ремешке. А Марат продолжал громко лаять и устрашающе скалить белоснежные острые зубы. Вальчик испуганно замер. Пес бесновался, Аркашка делал вид, что пытается его усмирить. Эта сцена привлекла всеобщее внимание.
— Убери собаку, чертов сын! — заорал Вальчик, судорожно прижимаясь спиной к стене. — Убери, я кому сказал!
— Не могу, дяденька, у меня сил не хватает с ним справиться! — жалобно отвечал Аркашка.
А Марат уже прыгал на Вальчика, заливаясь истошным лаем.
— Помогите! — крикнул Вальчик. — Уберите этого окаянного пса! Безобразие! Ой!
Марат тем временем вцепился зубами в пластиковый мешок, а Аркашка сказал что-то на иврите охранникам.
Вальчик непроизвольно рванул мешок, и оттуда посыпалось что-то белое. Охранник коршуном кинулся к Нальчику, а Аркашка вдруг разом справился с остервеневшим Маратом. Вальчик побелел как полотно. Один из охранников сел на корточки, послюнил палец, обмакнул его в белый порошок, понюхал… Вальчик дернулся было, но второй охранник схватил его за руку, а Марат зарычал. Первый охранник аккуратно смел порошок на кусочек бумаги, выпрямился и посмотрел на Вальчика. Ничего хорошего этот взгляд не предвещал! Они вдвоем взяли Вальчика под руки. Он от страха совсем сомлел.
— Смотри! — толкнул меня в бок Володя, указывая на очередь пассажиров нашего рейса. Оттуда, расталкивая народ, выбиралась Тамара. Но, вопреки ожиданию, она кинулась не к мужу, а к выходу и быстро скрылась из виду. Крыса бежала с тонущего корабля. — Да, хоть и считается, что декабристы «страшно далеки от народа», но жены у них были куда порядочнее. Впрочем, и сами они — тоже, — задумчиво проговорил у меня над ухом Володя.
Вальчика тем временем увели, и он не видел бегства жены.
Спектакль был окончен. Все произошло в считанные минуты. Курица спасена! Я вдруг ощутила, что у меня дрожат ноги. И тут же ко мне подбежал Аркашка с уже вполне спокойным Маратом.
— Ну, Аська, я считал, что я гений, но настоящий гений — ты! Дай пять!
Я протянула ему руку, и он крепко пожал ее.
— Почему это ты гений? — раздался Мурин голос. — И вообще, я ничего не поняла. Что тут произошло?
Никто не успел и рта раскрыть, как в мои объятия бросилась Мотька, дежурившая в другом конце зала.
— Аська! Ура! Ты просто гений! Если бы не ты…
— Да скажет мне кто-нибудь наконец, что все это значит? — капризно потребовала Мура.
— Мурка, не надо дуться! Все хоккей! — воскликнула Мотька. — Видела этого типа? Он торговец наркотиками и вообще жуткая сволочь, а мы его разоблачили!
— А какое отношение он имеет к тете Римме? — вдруг вполне нормальным голосом задала вопрос Мура.
Мы переглянулись.
— Ты тайны хранить умеешь? — спросил Володя.
— Умею! Ей-богу, умею! Честное слово!
— Тогда слушай: этот тип одолжил деньги твоей тете, а потом стал ее шантажировать и требовать, чтобы она провезла через границу кокаин. Ясно тебе?
— Тетя Римма? Кокаин? — в ужасе прошептала Мура.
— Да! Она просила нас помочь ей, и мы, как видишь, справились с этой задачей! — гордо произнес Володя и хлопнул меня по плечу.
— А почему Аська гений?
— Потому что весь этот план с собакой придумала Аська! Только запомни: родителям ни слова. Шурке можешь сказать, но родителям ни-ни.
— Ладно, я и сама понимаю, нечего их зря волновать! Эх, дурак Шурка, остался смотреть футбол и такое прозевал!
— Ну, что, сработало? — крикнул вдруг невесть откуда взявшийся Рома.
— Ты что, все проворонил? — накинулся на него Аркашка.
— Да я там ребят знакомых встретил… Но я ведь свою роль сыграл, облил их пивом!
— Зачем? — удивилась Мура.
— Марат не выносит запах пива, сразу стервенеет, а я еще ему тихонько шептал — «фас, фас»! — объяснил Аркашка.
— Наконец-то, вот они! — раздался голос Давида Львовича. — А мы вас ищем, скоро посадку объявят, а вас нет! О, сколько народу наших пигалиц провожает, и все молодые люди, выходит, они уже далеко не пигалицы!
Римма Львовна, белая как снег, стояла и обреченно смотрела на меня. Она, наверное, пропустила весь спектакль. Я подошла к ней и шепнула:
— Все в порядке, Римма Львовна! Вальчика арестовали, а Тамара сбежала. Вы свободны!