– Тило Вальтер? Сотрудник водоотводной компании, который нашел тело?
– Именно, но до того он сидел в тюрьме.
– Он мне об этом рассказывал.
– А-а-а… Ну, тогда ты, конечно, знаешь, как он преследовал бывшую одноклассницу, пока не избил ее в душевой кабине в павильоне бассейна. Женщина десять минут пролежала в собственной крови и до сих пор не может нормально есть, потому что он повредил ей нижнюю челюсть.
Арне был потрясен услышанным. Со всем этим вчерашним хаосом он так и не удосужился всерьез заняться Тило Вальтером.
– Он арестован?
– Пока нет. Мы нажмем на него во время допроса. Если повезет, добьемся признания до начала пресс-конференции. Для этого мы перенесли ее на более поздний срок.
– Ага, – кивнул Арне, оглядывая подземную парковку. Потом тряхнул головой и поспешил наверх.
– Как понимать твое «ага»?
– У Тило Вальтера были причины сводить счеты с семьей Винцер?
– Это старая история, – ответил Бернхард. – В одной из статей Хольгер Винцер выдвигал серьезные обвинения в коррупции против его бывшего работодателя, муниципальной аварийной службы. Клиенты бросились расторгать договоры. Фирма несла убытки и была вынуждена уволить несколько сотрудников, в их числе Тило Вальтера.
– Представляю, как это его взбесило, – заметил Арне, который как раз наткнулся на аварийную дверь в подземном лабиринте и по бетонной лестнице начал подъем на первый этаж.
– Любопытный факт, не более того, – продолжал Бернхард. – Гораздо интереснее, что Хольгер Винцер использовал для своего расследования осведомителей – сотрудников службы. И ты нипочем не догадаешься, чье имя значится в этом списке.
Вероятно, Тило Вальтера.
– Ну хорошо. На поверхности просматриваются кое-какие связи. Но был ли у Тило Вальтера личный контакт с Винцерами? И если да, то было ли ему известно, что Анналена Винцер собиралась за покупками именно в тот день? Наконец, не менее интересный вопрос: насколько Тило Вальтер дружен с математикой?
На какой-то момент Бернхард как будто растерялся, но быстро взял себя в руки:
– Если ты такой умный, то почему не здесь и не допрашиваешь Вальтера?
– Я же сказал, что веду расследование.
– Не в том месте, похоже… Арне, немедленно возвращайся в отдел.
Бернхард дал отбой. Некоторое время Штиллер смотрел на смолкнувший телефон в своей руке и думал о последнем разговоре. Потом, покачав головой, объяснил настроение Бернхарда всеобщей суматохой, охватившей вдруг все полицейское начальство. Если у кого здесь и были основания для недовольства, то это у Арне, которого, словно старую метлу, заперли в темном чулане.
В этот момент Штиллер вдруг осознал, где находится, – что-то вроде склада, куда доставляют товары для торгового центра. Здесь было темно и безлюдно. Вокруг стояли контейнеры, от которых исходил тяжелый запах. Арне оглянулся. Если он правильно сориентировался, там Мариенштрассе. Значит, и магазин игрушек недалеко.
Арне опустился на колени и вгляделся в отпечатки шин на полу. Погладил пальцем, понюхал – старое машинное масло. Чем дольше Арне здесь находился, тем больше убеждался, что это место идеально приспособлено для похищения людей. Ни один из тех, кто сновал по тротуару, так и не удосужился заглянуть в темный коридор. Но даже если кто и сделал бы это, человеческому зрачку требуется время, чтобы переключиться от дневного света в режим ночного видения.
Когда глаза Штиллера привыкли к темноте, он огляделся. С другого конца коридор заканчивался решеткой, в которой была дверь. Арне подергал ручку – заперто.
– Черт…
Охваченный внезапным чувством беспомощности, комиссар огляделся в последний раз и уже собирался уйти, как вдруг заметил под решеткой блестящий предмет. В первый момент он принял его за крышку от бутылки, но при более близком рассмотрении это оказался именной бейджик с булавкой, с которой свисало несколько ниток, предположительно от верхней одежды. На золотистом щитке была даже фамилия. Арне склонил голову набок.
– Смотри-ка…
Все, что теперь оставалось, – связаться с охранным бюро.
Глава 24
Понедельник, 11:40
На столе Марио Деллуччи лежала набитая бумагами папка. В обязанности директора театра входило рассмотрение заявлений, жалоб и прошений. В целом корреспонденции было больше, чем в прошлом месяце, когда первые нарушители спокойствия протестовали против новой версии «Огненного ангела». Но Деллуччи никогда не терял самообладания. Приняв очередную порцию обвинений, он отправлялся в долгую прогулку по театру, на ходу обдумывая свою стратегию.
Премьера, по крайней мере, удалась. Критики «Моргенпост» и «Закзонише цайтунг» высказались вполне благосклонно. Хвалили исполнителей, особенно Ренату – «новый голос Земперопер». Ложкой дегтя оказался исполнитель партии рыцаря Рупрехта, не сумевший произвести должного впечатления. Его певческие возможности оценивались как «весьма посредственные».
Деллуччи размышлял, не ошибся ли он, заменив опытного Рубена Менассе на молодого Леннарда Юхансона. Это его решение возмутило всю труппу. Но Деллуччи действительно верил в талант Леннарда, даже после того, как стал избегать с ним личных контактов. При этом он не мог отрицать перед самим собой, что до сих пор влюблен в пронзительные голубые глаза баритона.
За закрытой дверью два голоса, Юхансона и Рубена, спорили на повышенных тонах. Их было слышно в коридоре.
– Всё в порядке? – спросил Деллуччи, входя в комнату.
– Этот сумасшедший ударил меня, – пожаловался Рубен.
Крупный мужчина, он держался за щеку и показывал на тщедушного противника, что, конечно, выглядело несколько глупо.
– Потому что он положил в мой шкафчик использованный женский тампон, – объяснил Леннард и встал рядом с Деллуччи, будто не сомневался, что тот примет его сторону.
– Это правда?
Деллуччи так разъярился, что Леннард вздрогнул, а Андреа Кривицки от страха выронила косметичку. Марио возмутило поведение его артистов. Ни в одном оперном театре он не видел ничего подобного.
– Чушь, – ответил Рубен. – Откуда у меня ключ от твоего шкафчика?
– Все знают, что ты завидуешь мне из-за партии Рупрехта.
Те из певцов, кто в этот момент не сидел, отошли в сторону или сделали вид, что заняты. Никто не хотел принимать сторону кого-либо из скандалистов. В конечном итоге все они были индивидуалисты и эгоисты, которым приходилось в одиночку бороться за место под солнцем. Взаимовыручка, чувство локтя – это точно не про них. Об этом говорил Деллуччи весь его многолетний опыт работы в театре.
Но он знал прошлое Рубена, который не только бросил семью, но и хорошо подставил бывшего директора, не выполнив обещание. Фактически нарушил контракт. Деллуччи был предупрежден о его интригах.
Разумеется, Рубен завидовал Леннарду. Но и у того не было особых оснований распускать хвост. Рубен был старше его на восемь лет и превосходил не только габаритами, но и качеством сценической речи, и пластикой. Наконец, голосом.
– Продолжайте репетировать и ведите себя как взрослые люди, – строго заметил Деллуччи.
– Лично у меня с этим никаких проблем, – отозвался Рубен, подхватывая черный бархатный плащ, необходимый ему для роли Фауста.
Когда несколько секунд спустя жизнь снова вошла в более-менее привычное русло, Юхансон увлек Деллуччи в сторону и встал на цыпочки, как будто хотел что-то шепнуть ему на ухо.
Деллуччи испугался было, что Леннард поцелует его на глазах у всей труппы, но вместо этого услышал:
– Я скучаю. Можно навестить тебя дома сегодня вечером?
Не успел Деллуччи сказать «нет», как за его спиной кто-то откашлялся. Это был его ассистент, незаметно пробравшийся в комнату.
– Мы можем переговорить? – спросил Ханс Лео, в очередной раз избавляя начальника от неприятных объяснений.
Директор коротко распрощался с Леннардом, не ответив на его вопрос. Разочарованный певец опрокинул пудреницу Рубена. Деллуччи проигнорировал эту выходку, как и злобную ухмылку пострадавшего, и вышел вместе с ассистентом в фойе.
– Люди массово возвращают билеты, – сообщил Лео голосом тайного осведомителя. – Похоже, этот сумасшедший действительно нагнал на всех страху.
– Что за чушь! То, что произошло, ужасно, но при чем здесь Земперопер?
– Между тем стало известно, что у Анналены Винцер и ее мужа были эксклюзивные билеты на премьеру. И что на момент убийства на ней было красно-черное платье, которое, как выяснилось впоследствии, ей не принадлежало.
– Dannazione![12] Черт бы их подрал! Только закончилась история с дирижером, и вот новые неприятности… Серьезная угроза нашему «Огненному ангелу». Откуда такие сведения?
– От некоторых хорошо осведомленных полицейских, скажем так. Не волнуйся, эту деталь я оставил без комментариев.
Деллуччи кое-что знал о предыдущих постановках «Огненного ангела» и о том, в каком платье выходила на сцену Рената. Рано или поздно это должно было привести следствие непосредственно под своды Земперопер.
– Поддерживай связь с полицией, – проинструктировал директор Лео. – Это тот комиссар…
– Господин Арне Штиллер.
– Именно. Что мы знаем о нем?
– Имеет репутацию гениального чудака. Помните миллениум-шантажиста?
– Это он требовал миллион долларов от города и угрожал взорвать Фрауэнкирхе? Лет двадцать тому назад…
– Штиллер расшифровал его код и предотвратил взрыв.
– Tutta attenzione![13] Да он сущий дьявол!
Деллуччи знал об этой истории только по рассказам коллег. Защитные мероприятия косвенным образом задели и Земперопер, существенно ограничив внешние деловые контакты. Деллуччи не хотел, чтобы и на этот раз зашло так далеко.
– Мне нравятся такие люди, как Штиллер, – сказал он. – Но они опасны. Тем более важно для нас сотрудничать с ним и направлять его действия в наших интересах. Он, конечно, совершал какие-нибудь ошибки в прошлом?