– Я сделала все, о чем ты просил, – ответила она, намекая тем самым, что не прохлаждалась на диване. – Бернхард задействовал старые связи в дорожной инспекции, чтобы мы могли получить безупречный во всех отношениях протокол вчерашнего происшествия. Там всё, включая показания пожилого мужчины, который окликнул одинокую девочку. Он божится, что Лилиана двигалась с востока в направлении центра. Он прошел за ней не меньше сотни метров, но девочка так и не остановилась.
– Ну, хоть что-то… – пробормотал Арне, возвращаясь к своему обычному тону. – Но, может, Лилиана расскажет нам об этом сама? Собственно, за этим я и звоню. Она как будто вышла из комы.
– Тебе сообщили из клиники?
– Ну, не то чтобы… Информация от коллеги, который стережет Лилиану со вчерашнего дня. И я хочу предложить тебе встретиться со мной в клинике.
– Но почему именно я?
– Потому что крайне маловероятно, чтобы меня, мужчину, врачи пустили к девочке, только что прошедшей через ад. Я, во всяком случае, плохо себе такое представляю. Совсем другое дело, если с коллегой-женщиной. Я буду там через пятнадцать минут.
– Неужели тебе некого больше командировать в клинику?
Инге не стала дожидаться ответа, потому что в общем и целом радовалась, что оказалась нужна. Разве что манера Арне общаться немного коробила.
– И как, думаешь, я туда попаду? У меня ведь нет водительских прав.
– Так возьми вертолет, я не возражаю… Но ты нужна мне в клинике. Полагаю, ее отца уже уведомили. Если он окажется первым, сомневаюсь, что у нас будет шанс побеседовать с Лилианой наедине. Ты знаешь, какими неадекватными бывают родители в таких ситуациях. Я не хочу рисковать. Лилиана – единственная, кто видел убийцу.
Разумеется, Инге не хуже комиссара понимала, как много зависит от показаний малолетней жертвы, поэтому быстро собрала вещи.
– Не могу похвастать богатым опытом по части бесед с детьми, – предупредила она.
– Предоставь это мне, – успокоил коллегу Арне. – Твоя задача – удерживать на расстоянии докторов и отца. – Он оказался достаточно проницателен, чтобы понять, как это его заявление подействует на Инге, поэтому поспешил добавить: – Не волнуйся. Я ни на секунду не забываю, что речь идет о восьмилетнем ребенке, на долю котрого выпало слишком многое.
– Арне, – одернула комиссара Инге.
– Что такое?
– Ты только что упомянул отца Лилианы, а я ведь опрашивала бывших сотрудников Манди Луппа…
– Это так важно сейчас?
– Я просто подумала, что тебе будет интересно узнать: Хольгер Винцер и Манди Луппа одно время общались. У нее была частная ветеринарная практика, а у Винцеров – шпиц, который болел панкреатитом.
– Когда это было?
– Примерно в то время, когда фрау Винцер ходила на консультации к доктору Цайзигу.
На несколько мгновений все стихло.
– Хорошо, – сказал Арне. – Давай поговорим об этом позже.
– И еще: одна из сотрудниц ветеринарной клиники уверена, что связь между Луппа и Винцером не ограничивалась лечением шпица.
Глава 50
Среда, 9:40
– Здравствуйте, фрау Луппа!
Мужчина закричал откуда-то сзади, когда она обходила собачьи клетки.
Манди вздрогнула и обернулась.
– Боже, как вы меня напугали!
– Это не входило в мои намерения, извините. Так приятно сегодня снова с вами увидеться…
Манди поставила на пол ведро с костями и обрезками мяса. Рыжий ирландский сеттер завыл и ударил лбом в прутья клетки.
– Что-то не так с Феей?
Манди спрашивала о кошке, которую мужчина взял полторы недели назад. Как зовут мужчину, она не могла припомнить так сразу, но фамилия и имя, конечно, значились в документах.
– С Феей все отлично! – заверил он. – Вот, убедитесь.
Открыл фотографию в смартфоне, на которой Луппа узнала полосатого котенка, брошенного кем-то пару недель тому назад под дверью приюта в картонной коробке. На снимке кошка сидела на коленях у девочки. Головы ребенка не было видно, только кончики длинных черных волос.
– Моя племянница от нее без ума.
– Видно, что Фее хорошо с ней, – кивнула Манди.
– Я же говорил, что умею обращаться с животными. У моих родителей на ферме была такая же полосатая кошка.
– Да, вы говорили об этом в прошлый раз… И что же привело вас ко мне сегодня?
Иногда он казался Манди строгим до неприступности. Особенно когда дергал воротник пальто, как будто поправлял то, что и без того сидело безупречно. Поначалу Манди думала, что мужчина робеет перед ней, но в остальном он как будто был вполне уверен в себе и даже напорист. Об этом говорила и его улыбка – широкая и открытая, как у истинного любителя животных.
– Мне хотелось бы взять еще одного котенка. Фее нужна компания.
– Признаюсь, не ожидала так скоро…
– У вас есть похожей масти?
– Конечно, могу показать.
– Отлично. Я хотел бы забрать его прямо сейчас. – Мужчина показал рукой на припаркованную возле приюта машину. – Там у меня переноска.
– Вам не кажется, что вы несколько торопитесь?
– Нет, почему же? Мы с Феей уже поладили. Если с новым котенком какие-то проблемы, тем лучше. Я люблю животных с характером. Тем более что для них бывает трудно найти хозяина. Или что вы скажете как специалист?
Манди кивнула и повела мужчину в отсек, где тридцать шесть кошек ждали новых владельцев. Мужчина напевал какую-то мелодию, но осекся, когда Манди искоса на него посмотрела.
– Что-нибудь не так?
– Нет-нет, – Манди неуверенно улыбнулась. – Как насчет этой?
Кошка, на которую она показывала, была заметно старше Феи. Но мужчину как будто вполне устроило это предложение.
– Отлично, – сказал он. – Мне нравится ее улыбка. Почти как у Чеширского кота. Как ее зовут?
– Мона.
– Мона… Да это Мона Лиза. Какой глупостью с моей стороны было сравнить ее с Чеширским котом…
– Именно. В честь Моны Лизы ее и назвали.
Манди открыла клетку. Мона была очень ласковой, поэтому Манди не удивилась, когда кошка сразу прильнула к руке незнакомца и даже замурлыкала.
– Теперь вы должны приехать ко мне и лично убедиться, что с животными всё в порядке, – сказал он. – Таковы, если я не ошибаюсь, правила приюта?
– Не всегда получается сделать это вовремя. Моя коллега заболела.
– Ничего удивительного. В такую погоду легко простудиться. Дождемся ли мы снега в этом году?
Манди пожала плечами:
– Обещаю в ближайшее время навестить кошек.
Мужчина подмигнул.
– Подготовим, пожалуй, бумаги.
– Хорошо. Ваше имя…
– Теннерт. Ульрих Теннерт.
Обычно передача животного новому владельцу занимала несколько часов, иногда даже дней, но этот господин уехал с кошкой спустя двадцать минут. Манди думала о том, правильно ли поступила. Эта мелодия вызывала у нее странные чувства.
Не лучше ли позвонить комиссару и рассказать об этом человеке? Но Даниэль забрал у нее визитку господина Штиллера и проверил список контактов в телефоне, нет ли там полицейских номеров.
– Ни слова полиции, ты меня поняла? – строго предупредил он. – Или останешься без таблеток. Ты знаешь, о каких я говорю. О тех, от которых тебе становится лучше. Мы ведь с тобой оба заинтересованы, чтобы тебе было лучше?
Манди, конечно, согласилась. Без таблеток она, наверное, давно покончила бы с собой.
Глава 51
Среда, 10:15
С зажатой между пальцами сигаретой Арне мерил нервными шагами больничный двор. Время от времени оглядывался на автобусную остановку на Блазевицер-штрассе, где должна была сойти Инге.
– Похоже, дамочка лучше работает языком, чем ногами, – проворчал он.
И тут комиссара окликнули совсем с другой стороны:
– Вот ты где! А мы тебя обыскались…
Удивленный Арне обернулся. К нему приближалась Инге в компании их начальника.
– Что он здесь делает?
Арне намеренно адресовал вопрос Инге, потому что знал, как легко бывает вывести Бернхарда из себя.
– Ты позвал меня, и вот я приехала, – ответила Инге. – Господин Хоэнек любезно согласился поработать моим шофером.
– Когда фрау Альхаммер рассказала о твоем звонке, я просто не смог отпустить ее пешком, – объяснил Бернхард. – Поэтому и предложил свою машину и себя в качестве водителя. И не надо притворяться, будто меня здесь нет.
– Тебя не должно здесь быть, – уточнил Арне. – Не помню, чтобы расследования, где замешаны дети, тебя когда-нибудь беспокоили.
– Тебе пора понять, что за время твоего отсутствия многое изменилось, и не только в кадровом плане. – Бернхард перевел взгляд с Арне на Инге и обратно, потому что новая помощница комиссара могла не понять сути дискуссии. – Меня очень беспокоит судьба малышки… Кстати, она что-нибудь сказала?
– Только не мне, – сердито ответил Арне, который до сих пор не получил официального заявления врача об изменении ситуации. – Все же я знаю, что незадолго до меня здесь побывал Хольгер Винцер и, конечно, тут же был допущен к Лилиане. Это несколько усложняет нашу задачу, поэтому я раздражен.
– Насчет записки Марио Деллуччи, – вдруг вспомнила Инге. – В лаборатории действительно нашли неидентифицированные отпечатки. Так что работы не убавляется.
Заполняя форму на лабораторное исследование, Арне молился, чтобы эти отпечатки обнаружились в полицейских базах. На практике все, как всегда, оказалось сложнее, но комиссар не хотел показывать разочарования. Вместо этого вытащил из кармана пальто еще один прозрачный пакетик и помахал им перед носом Инге.
– Ну, в кои веки хорошие новости… Теперь я могу отдать им вот это.
– Новая музыка? – Инге разглядела сквозь полиэтилен флешку.
– На этот раз музыка интересует меня меньше всего, – ответил Арне. – Важен образец отпечатков Кристиана Хуса.
– Почему именно Кристиан Хус? – спросил Бернхард. – И как тебе вообще удалось раздобыть эту штуку?
– Стащил во время допроса.
– Арне, мы так не работаем.
– Ты – нет. Наверное, поэтому запутанные убийства тебе больше не по зубам.