Теперь он отвернулся к окну, потому что смотреть в лицо Инге было выше его сил.
– Я не понимаю, к чему это, но думаю, что сейчас…
– …не самое подходяшее время для этой темы? – закончила за него Инге с вопросительной интонацией.
Она встала у Винцера на пути, потому что он явно собирался покинуть приемную.
– Вы и Манди Луппа хорошо знаете друг друга, у вас были интимные отношения.
– Вы заблуждаетесь…
– И знаете что? Я все время спрашивала себя, почему фрау Луппа утверждает, будто Лилиана ее родная дочь? Теперь я понимаю.
Винцер сделала шаг в ее сторону, выражение его лица стало жестче. Он поднял указательный палец:
– Осторожнее. Советую хорошенько подумать, прежде чем решитесь продолжить.
Инге была застигнута врасплох этой внезапной переменой настроения, но сразу взяла себя в руки. Эта работа была ее последним шансом, поэтому отступить сейчас означало потерять все.
– Что вы скажете на то, что у вас был роман с Манди Луппа и что она впала в глубокую депрессию, как только поняла, что вы не воспринимаете эти отношения всерьез?
Отчаяние Хольгера Винцера рассеялось в мгновение ока. Он заскрежетал зубами, как голодный волк.
– Вы… рехнулись… – процедил репортер сквозь зубы и вытянул руку в сторону. – Здесь, в пяти комнатах отсюда, умирает моя дочь. И вы смеете утверждать, что я изменял жене…
– Мало того, – продолжала Инге, – Манди Луппа была беременна от вас и сделала аборт по вашему настоянию.
Агрессия сошла с лица Винцера. Рука, только что поднятая в угрожающем жесте, безвольно упала, и он отступил на шаг, как будто чего-то испугался.
Но Инге и не думала его щадить.
– Манди Луппа потеряда рассудок, когда узнала, что ваша жена ждет ребенка. С тех пор вы утратили всякий интерес к ветеринарной клинике, потому что семья стала для вас важнее. Вы бросили Манди Луппа, чего она так и не смогла принять.
– Я… – пробормотал Винцер и прикрыл ладонью глаза, как будто застыдившись.
Его поведение полностью подтвердило правоту предположений Инге. Однако копнуть глубже не получилось, потому что в приемную вошла лечащий врач Лилианы.
– Господин Винцер, мне нужно с вами поговорить.
Как ни старалась доктор сохранять нейтральное выражение лица, Инге сразу поняла, что произошло нечто очень плохое. Очевидно, Винцер тоже это почувствовал, потому что его глаза наполнились слезами.
– Что с Лили?
– Пройдемте в мой кабинет.
– Нет, я хочу узнать об этом здесь и сейчас.
– Лилиана умерла двадцать минут назад.
На следующие несколько мгновений Инге выпала из реальности. Винцер в панике побежал прочь, но рухнул на пол в нескольких метрах. Пока им занимались медсестры, доктор что-то говорили Инге.
– …личные вещи, которые запросила полиция…
– Что?
Инге с недоумением уставилась на таз с несколькими предметами одежды.
– Один из ваших коллег сказал, что полиции срочно нужны вещи Лилианы. Я прикасалась к ним только в перчатках. Возьмите, пожалуйста. Мне нужно заняться ее отцом.
– Да, но… Хорошо.
Взгляд Инге упал на вещи, которые вернули ее к реальности.
Глава 56
Среда, 14:20
В тот день удача если и улыбалась Арне, то весьма сдержанно.
Комиссар не застал Деллуччи ни в Опере, ни в роскошном особняке в Старом городе посреди таких же роскошных исторических зданий. По телефону директор тоже не отвечал, что не смутило Арне. Комиссар умел быть упрямым. Или твердолобым, как выражался о нем кое-кто из знакомых.
К вечернему спектаклю Деллуччи точно будет в Земперопер, и тогда ему придется уделить время полиции. А до тех пор у Арне и без того много работы. Нужно нанести визит Кристиану Хусу, который, несмотря на обещание быть на связи, также не реагирует на звонки.
– Еще один долгий день, милый Арне, – сказал себе комиссар и в последний раз позвонил в дверь Деллуччи. Потом оглянулся в сторону «Альтмаркт-галери», где начиналась эта история, встряхнулся и вернулся к своей машине. – Что за отборнейшее дерьмо, милый Арне…
«Милый Арне» – так называла его мать. Комиссар и сам не знал, с чего вдруг ему пришло это на ум. Похоже, судьба Лилианы задела его больше, нежели он сам мог это допустить. Определенно, эта девочка была ангелом для своих родителей. Как, впрочем, и любой ребенок.
Как только Арне открыл дверцу машины, зазвонил смартфон.
– Да, – коротко ответил комиссар.
– Это опять Самуэль из лаборатории.
– Что случилось, Самуэль? Есть что-то новое для меня?
– В общем, да, – пробормотал специалист по компьютерной технике. – Наверное, будет лучше, если мы послушаем это вместе.
– Что послушаем?
– Вторую дорожку.
Арне потребовалось несколько секунд, чтобы понять, о чем говорит коллега.
– Ты имеешь в виду флешку, которую мы нашли в теле мертвой женщины?
– Да, речь идет об аудиофайле. Сам не пойму, почему не заметил этого сразу. Главная мелодия – только часть ее содержимого. Есть еще одна дорожка, как я уже сказал, – с фоновыми шумами.
– Почему это не пришло тебе в голову два часа тому назад? – спросил Арне, который уже намекал коллеге на фоновые шумы в первой половине дня, на Нойштрассе.
– Что? – донеслось из динамиков.
– Ничего. Я уже еду.
На этом Арне завершил разговор, чтобы спустя двадцать минут войти в двери 31-го сектора, где его ждал Самуэль и включенная техника.
– Это так называемая многоканальная аудиозапись, – пояснил коллега.
– Ага. – Арне уселся за компьютер. Он мог только догадываться, что имеет в виду компьютерщик. – Несколько дорожек – несколько каналов. И что это нам дает?
– Вот, послушай.
Самуэль настроил динамики и включил воспроизведение. Арне узнал звуки «Ангельской симфонии».
– Да, это я уже слышал.
– Ты имеешь в виду главную мелодию. Сосредоточься на фоновых шумах.
Пожалуй, Арне мог различить звуки на заднем плане, но не был уверен, что это не работа его воображения.
– Что-то не очень получается, признаюсь.
– Раньше аудиофайлы записывались либо в моно-, либо стереофоническом режиме. Современные технологии позволяют записывать и воспроизводить гораздо больше каналов. Погоди, я убавлю громкость на основной дорожке, и ты все поймешь.
Самуэль остановил воспроизведение, изменил кое-какие параметры в компьютерной программе и снова запустил файл. Теперь главную мелодию почти не было слышно, в лучшем случае она звучала как шипение в динамиках. Зато куда отчетливее воспринимались фоновые шумы, хотя Арне все еще не мог разобрать, что они значат. Он прикрыл глаза и попробовал сосредоточиться еще больше.
– Какофония какая-то…
– Ну, кое-какой ритм все же улавливается, – возразил Самуэль, качая головой.
Арне похлопал себя по правому уху.
– Надо бы хорошенько промыть; может, тогда что-нибудь услышу… Для меня это как сигналы из космоса.
– Посмотрим, можно ли еще что-нибудь сделать… – Самуэль снова поправил несколько настроек в программе. – Будь у меня больше времени, я, наверное, смог бы полностью отделить эту дорожку и отфильтровать все лишнее. Но я решил сразу поставить тебя в известность, чтобы ты смог с этим работать. В конце концов, кто из нас криптолог?
Арне знал, что сообщения можно передавать и при помощи акустических сигналов, но эта область криптологии требовала специальных знаний. Комиссар не успел сказать об этом Самуэлю, потому что в этот момент позвонила Инге, и не ответить ей Арне не мог. Он поднялся со стула.
– Отдели эту дорожку и пришли мне файл. Я прослушаю при первой же возможности.
– Думаю, смогу выжать из этого еще хоть немного, – кивнул Самуэль.
– У нас проблема, – сказала Инге. – Лилиана умерла.
– Что?!
– Чуть больше часа назад, сердечная недостаточность.
Арне устремился к выходу, на свежий воздух, одновременно нащупывая в кармане пачку сигарет.
– Но врачи…
– Врачи не смогли ее спасти. Все произошло быстро. Ее организм был слишком ослаблен.
– Проклятье… Но почему?
Инге сразу взяла холодный, рассудительный тон.
– Это не всё.
– Что еще? – раздраженно спросил Арне.
– На Лилиане были наручные часы.
– Ну и что?
– Они не ее. Если подробнее, это старая модель. Синий ремешок, на циферблате изображен пингвин.
Арне тут же вспомнилась запись в деле Мануэлы Хус. Инге тоже о ней знала, поэтому и рассказала комиссару о часах.
– Пришли мне фотографию. А сами часы – срочно на экспертизу.
– Все уже сделано. С тебя «спасибо».
Но Арне дал отбой, не сказав больше ни слова. Он не смог спасти ребенка – и теперь чувствовал, как где-то внутри разверзается пустота.
Глава 57
Среда, 17:55
Вечером в среду Арне снова появился в Опере. На этот раз у него не было билета, и он предъявил на входе служебное удостоверение.
– Только ничего от него не отрывайте, пожалуйста, – пошутил комиссар, после чего его лицо приняло самое серьезное выражение. – Господин Деллуччи ждет меня.
Это была ложь, но растерявшийся контролер тут же пригласил его к своему начальнику. При этом с подозрением косился на костюм Арне. Возможно, в этом и заключалась причина поспешности, с которой служитель пытался провести странного посетителя мимо разряженной в пух и прах публики.
– Спасибо, остальное я сделаю сам, – сказал Арне, когда в поле его зрения появился и сам Деллуччи.
Господин директор оживленно беседовал с тремя мужчинами и дамой. Они пили шампанское, смеялись и похлопывали друг друга по плечу.
– Добрый вечер, господин Деллуччи, – сказал Арне, вторгаясь в тесный круг.
– Господин Штиллер? Что привело вас ко мне?
– Я искал вас весь день, разве вам не сказали?
– Извините, но не помню, чтобы кто-то уведомлял меня об этом.
– А я подумал было, что вы скрываетесь от полиции…
– Позвольте вас представить, – Деллуччи повернулся к своим собеседникам, – комиссар Штиллер.