К: Ага.
Х: У нас пока нет информации о том, что Сианук согласился поехать в Пномпень.
К: О, нет.
Х: Я думаю, это может быть следующее сообщение Сиануку.
К: Вы можете это тоже отправить?
Х: Мы скажем [главе пекинской миссии связи Джорджу Г. У.] Бушу, чтобы он имел в виду, что, когда Сианук вернется к нему и скажет: «Хорошо, я готов отправиться в то время», он должен спросить его…
К: Нет, он должен спросить его раньше.
Х: Раньше?
К: Он должен сообщить ему, что мы думаем о выводе оттуда нашего посольства.
Х: Что ж, если мы сделаем так, – я откладывал разъяснение ему этого, потому что это могло бы подтолкнуть Сианука к тому, что он ни черта не станет делать. Потому что он подумает: а) если нас не будет там, у него не будет никакой защиты, и б) …что все кончено, так зачем на что-то соглашаться? К черту это.
К: Хорошо. Он узнает до завтрашнего утра.
Х: Да, к тому времени нас, конечно, не будет.
К: Но тогда и сделки не будет.
Х: Сделка все еще существует, потому что сделка больше не зависит от нас. Она зависит от того, объявят ли камбоджийцы публично то, что он хочет, чтобы они объявили, то есть…
К: Послушай, тебе лучше придумать средство связи – с Сиануком в Пномпене – и сообщить ему об этом за два часа до выполнения нами операции по эвакуации «Орлиная тяга».
Х: Хорошо.
К: Сказать, что мы уходим, но мы хотим, чтобы он знал, что это средство, с помощью которого он может связаться с нами, и, как только он сможет обеспечить безопасность персонала посольства, мы вернем их.
Х: Хорошо.
К: Ты понимаешь, о чем я?
Х: Ага. Ага. Пусть Дин ждет в Бангкоке, рядом, наготове.
К: Совершенно верно. И Дин тоже должен сказать об этом остальным.
ПОСОЛ ХАБИБ – КИССИНДЖЕР
Пятница, 11 апреля 1975 года
10:25 утра
…
К: Извини, что снова беспокою тебя. Еще один вопрос: я пытаюсь освежить свою память, потому что я собираюсь снова увидеться с президентом через несколько минут, – мы разрешили нашему посольству обратиться к Сиануку много недель назад, не так ли?
Х: О да.
К: Каков был его ответ?
Х: Ответ был такой – помните, когда он попросил нас вернуть ему культурные ценности. Мы вернулись к этой теме и сказали, что готовы обсудить любые политические вопросы. Он ответил, что для него неуместно обсуждать политические вопросы.
К: Нет-нет, это я помню. Но разве мы не раньше в какой-то момент…
Х: Да, мы отправили сообщение через китайцев – это было в феврале или позднее; минутку, г-н Миллер [референт] в моем кабинете. ([Миллеру] Когда мы обратились к китайцам и сказали им – передайте сообщение Сиануку, что мы хотели бы встретиться с ним или одним из его представителей, помните, что Вы это готовили – это было в феврале.) В феврале Вы лично – я сделал это, а затем Вы лично сказали Хань Сюю [главе Миссии связи Китая в Вашингтоне] передать сообщение, что мы будем готовы встретиться с Сиануком или его уполномоченным представителем.
К: У нас так и не было ответа.
Х: Мы так и не получили ответа.
К: Как ты думаешь, они это передали?
Х: Я уверен, что это так. […]
К: Значит, мы не упустили возможности вернуть его раньше?
Х: Нет, сэр.
К: Хорошо.
Х: Конечно, в январе у нас была французская инициатива.
К: Ага.
Х: В декабре.
К: Конечно, ты не знаешь, что [они] передали.
Х: О, они передали это, потому что, помните, тогда мы передавали то же самое.
К: О, верно. Как мы это передавали?
Х: Через китайцев.
К: Ага. Хорошо. Отлично.
Х: Все в порядке.
К: Теперь моя совесть чиста.
Х: Нет, недостатка в усилиях нет.
К: Верно. Если бы твоя компетентность соответствовала твоей лояльности, мы, возможно, не потеряли бы так много стран.
Х: Ага. Спасибо.
…
К: Послушай, ты проделал героическую работу, и президент полностью поддерживает тебя. Я объяснил ему операцию по эвакуации под кодовым названием «Орлиная тяга» сегодня утром. Он полностью поддерживает ее. Так что не волнуйся по поводу каких-то там утечек.
Проведение эвакуации
ТЕД КОППЕЛ, ЭЙ-БИ-СИ НЬЮЗ, – КИССИНДЖЕР
Пятница, 11 апреля 1975 года
13:04
ТК: Я разведал об эвакуации из Камбоджи, я знаю о критических аспектах следующих нескольких часов, и я не буду использовать эту историю до сегодняшнего вечера, до 18:00. Но мне нужно знать масштабы и о том, кто вовлечен. Вы хоть представляете количество?
К: Это несколько сотен. Остававшиеся американцы и некоторые камбоджийцы, численность которых нам пока неизвестна.
ТК: Есть идеи? Десятки? Сотни?
К: Сотни.
ТК: По воздуху?
К: Все по воздуху.
ТК: Другой вопрос, который касается вьетнамской эвакуации: есть ли у Вас какое-либо представление о том, какие американские вооруженные силы потребуются? Сколько дивизий? Потребуются дивизии.
К: Я этого пока еще не знаю.
ТК: Вы думаете о масштабах на уровне дивизий? Это должна быть довольно крупная сила.
К: Мы еще не продумали это.
ТК: Спасибо.
ДОНАЛЬД РАМСФЕЛД – КИССИНДЖЕР
Пятница, 11 апреля 1975 года
13:12
Р: Я только что прослушал короткий брифинг Нессена. Он использует то заявление о секретных делах. Мы добавили кое-что с тем, чтобы, если кто-то предполагает, что поскольку были частные беседы, то были и секретные обязательства, должен указать, на каком основании они это говорят. Это вроде как преследовать Джексона по одному и тому же поводу. Я только что послушал примерно половину.
К: Я пригласил его [Нессена] на одну [из] бесед с людьми сегодня утром.
Р: Он так и сказал.
К: Я подумываю делать это на регулярной основе.
Р: Я думаю, он хорошо с этим справляется. Надеюсь, они хорошо отработают.
К: Дон имеет в виду поступать правильно.
Р: Вы имеете в виду Рона.
К: Рон хочет поступать правильно. Дон – нет.
Р: Как Вы относитесь к прошлой ночи?
К: Я думаю, это было превосходно.
Р: Он произнес эту вещь так хорошо, как это и могло быть сделано.
К: Я думаю, что вчера вечером он стал президентом. Сегодня утром я завтракал с Хьюбертом Хамфри.
Р: Вчера вечером он похлопал меня по плечу и сказал, что, по его мнению, это было хорошо.
К: Он сказал мне, что вчера вечером он горд быть американцем. Возможно, он не сможет нас поддержать, но он действительно действовал как президент. У меня были [Ли] Гамильтон, [Клемент] Заблоки, [Джон] Бьюкенен и [Сэмюэл] Страттон [члены палаты представителей], чтобы по-настоящему поговорить о Ближнем Востоке, и, пока они все говорят, что мы не смогли получить семьсот двадцать два, все они весьма лестно отзывались о речи. Тогда я сказал, что президент собирается делать, и не было ничего похожего, как он мог сделать это с нами. Я думаю, он должен продолжать это делать. Ему следовало бы объехать страну и несколько раз произнести вторую часть этой речи.
Р: Согласен.
К: Я хотел уточнить у Вас.
Р: Вы имеете в виду часть о Юго-Восточной Азии.
К: И достаточно о вьетнамской части. Он будет хорошо выглядеть на этом. Через год люди не будут так уставать от Вьетнама. Людям надоело видеть беженцев по телевизору. Судя по почте в департаменте, которая не имеет решающего значения, на прошлой неделе восемнадцать процентов поддержали помощь Вьетнаму, а на этой неделе, перед выступлением, сорок процентов уже поддержали. Это не большинство, но это интересно.
Р: Еще одна вещь, которую он сделал вчера вечером, – это проявление лидерства. Самое замечательное в этом то, что главное в речи то, что президент прямо сказал, во что он глубоко верит. Он нормально все это воспринимает. Вот во что он верит. С этим не поспоришь.
…
Р: Я хотел поговорить с Вами по той причине, что в 16:15 президент надумал, что он хотел бы собрать небольшую группу, чтобы, во‑первых, получить хорошее представление о том, что произойдет в следующие три или четыре часа в Камбодже.
К: А мы можем сделать это в 16:30?
Р: Четыре тридцать – это хорошо, но потом у него есть мероприятие в 17:00, которое мы можем немного отодвинуть.
К: Ему не нужно много времени.
Р: Второе дело, которое, как он сказал, он хоче[т] сделать, – это проинформировать его о политической позиции Камбоджи и о том, что происходит с Сиануком, и, что самое важное, третье дело, это потому, что я дал…
К: Вы не можете переехать в этот офис, пока не будете приведены к присяге.
Р: Третье дело, посол обычно занимается эвакуацией. У вас есть там Дин. Проблема в том, что все, что он делает, является правильным и неправильным, предстоят [слушания] в конгрессе, пресса и общественность – все создает прецедент того, что может произойти во Вьетнаме. Поэтому такие вопросы, как последствия использования Вооруженных сил США, авиации США [неясно], вопрос [неясно] Камбоджи по отношению к Соединенным Штатам и их судьба, пути дальнейшего развития. Что надо делать: в какой-то момент нужно сесть и посмотреть, что произойдет дальше. Какие выводы сделают люди…
К: Чего мы не делали, так это не продумали, куда идут вьетнамцы.
Р: В этом есть смысл.
К: Шлезингер позиционирует себя так, чтобы получить заслуги за эвакуацию.
Р: Я сказал Бренту поговорить, и Вы должны решить, хотите ли Вы, чтобы Шлезингер был там.