– Бладклоу! – сказала я более уверенно, потрепав его по щеке. – Просыпайся!
Теперь дрогнула одна из его задних лап. Лучше не буду думать, что именно он мне щекотал.
– Бладклоу! – Татуировка начала принюхиваться. – Бладклоу! Сейчас! – строго приказала я.
Глаза пса открылись. Они были такими же лиловыми, как и мои. Еще некоторое время мы смотрели друг на друга. Собака оскалилась, потянулась и в буквальном смысле спрыгнула с моей кожи. От прыжка меня откинуло в песок.
– Госпожа Ворриор? С вами все в порядке? – Гигантская слюнявая морда беспокойно дрогнула передо мной.
– Все в порядке, но ты стоишь на моем животе, – прохрипела я.
– Ой! Извините, госпожа Ворриор.
Я с облегчением вдохнула воздух и снова уселась на песке. Цербер размером с половину лошади стоял передо мной и любопытно оглядывался. Его уши нервно дрожали.
– Как твои дела? – спросила я его, неуверенно поднимая руку. Пес тут же опустил голову и с наслаждением позволил мне почесать его за ухом. – Я хочу поблагодарить тебя за… за твою помощь. Даже если у тебя и не было другого выбора. Мне так жаль. – Я печально улыбнулась и теперь почесала его под подбородком.
Он радостно фыркнул и открыл свои яркие фиолетовые глаза.
– У меня всегда был выбор, госпожа Ворриор. Для меня было честью отдать за вас свою жизнь. Кроме того, меня щедро наградили новой.
Я сглотнула и посмотрела на красное небо. С каждой минутой жара становилась все неприятнее.
– Да, к слову об этом… мы теперь… я не знаю, связаны, что ли?
Пес кивнул:
– Ваш отец сделал меня вашим защитником. Пока вы нуждаетесь в моей помощи, я буду рядом.
– А ты сам-то этого хочешь?
Я готова была поклясться, что пес поднял бровь.
– Спешу убедить вас в том, что, если я почувствую потребность в уходе на пенсию, вы будете первой, кто узнает об этом. Но до этого момента я буду вас защищать. Думаю, здесь, внизу, вам точно пригодится моя помощь.
– Ого! Я и не знала, что церберы могут быть такими саркастичными.
Он ухмыльнулся, и его язык высунулся из пасти.
– Очевидно, вы не так много времени проводили с церберами, госпожа Ворриор.
– Судя по всему, да. Значит, церберы – саркастичные комики. Есть ли еще что-то, о чем мне стоит знать?
– Мы потрясающе играем в покер.
– Ясно. Понятно. Значит, гоняться за брошенной палкой теперь не в моде.
– Я бы не был так категоричен. – Бладклоу посмотрел на меня из-под полузакрытых век. – Ничего не имею против хорошей палки.
Я не совсем понимала, подшучивает он надо мной или нет.
– Лааадно… – Пока я не задела собачьи чувства, я решила сменить тему: – Тогда… – Я убрала прядь с лица. Бладклоу встал рядом со мной, чтобы я могла уцепиться за его шею и встать на ноги. – Ты не знаешь, где мы сейчас?
– М-м-м… да. Я думаю, что знаю.
– Правда? – Я удивленно посмотрела на пса, который изучал окружение с серьезным видом. Его нос дрогнул.
– Боюсь, мы находимся в Тартаре, госпожа Ворриор.
Я побледнела:
– Мы в Тартаре?
– Да, госпожа Ворриор.
– В тюрьме?
– Да, госпожа Ворриор.
– Но нас же сожрали! Там был монстр, я висела на его увуле, черт возьми!
Он сострадательно положил лапу на мою руку. Если быть точнее, он ее практически раздавил. Лапы были просто гигантскими, но я все равно оценила этот жест.
– Если вас это утешит, вы героически держались за этот язычок. Я не помню никого, кто смог бы так же. Вы – настоящая воительница.
Я фыркнула:
– Спасибо. Меня все равно сожрали.
Бладклоу пожал своими широкими плечами:
– Было бы чудом, если бы не сожрали. Тартар – это не место, а животное, и достаточно могущественное. Последнее из существ хаоса.
– Существ хаоса? Я никогда о таких не слышала. Так… Боги что, заперли титанов здесь? Просто скормили их этому чудищу?
Цербер кивнул.
– Существа хаоса, согласно легенде, были созданы первым богом – Хаосом. Самой Вселенной. Здесь держатся под замком титаны, валькирии, гиганты, а с недавнего времени еще и боги вроде вас. За последние годы я присутствовал при нескольких арестах. И все арестанты были отданы Тартару. Это единственное творение, способное сдерживать таких существ, как вы.
Бладклоу замолчал. Мы оба оглядели унылую пустошь. За холмами я не видела ничего, кроме красно-золотого песка.
– Тут все так выглядит?
– Я не знаю, госпожа Ворриор. Это мой первый визит сюда.
– Визит? Ты думаешь, что мы отсюда выберемся?
– Без сомнений. Никто не может остановить судьбу, даже боги.
– Если ты так уверен, тогда я, пожалуй, отложу свою паническую атаку на другой день, – пошутила я. – Что мы будем делать? Мы же не можем стоять здесь вечно и жариться на солнце, не так ли?
– Хм… – Бладклоу хмыкнул и почесал ухо задней левой лапой. – Предлагаю поискать других богов. Они, наверное, знают, что делать. Кстати, вы найдете среди них парочку союзников, если повезет.
Мой живот сжался. Я сразу поняла, куда мне надо идти. Или, если быть точнее, к кому мне идти. Я знала, что окажусь здесь, внизу.
Боги нашли тебя. Если бы ты сказала мне, где ты находишься, я бы смог предотвратить все это. А теперь тебе придется идти дальше самой. Если тебе удастся пережить следующие часы, мы встретимся.
– А зачем мне с тобой встречаться?
– Потому что только я в состоянии рассказать тебе, как ты сможешь выжить, будучи богиней.
– Пиас. Мне нужно найти Пиаса.
– Сына Зевса? Это разве не он скормил вас одному из моих людей?
Я стиснула зубы.
– Он.
– Но разумно ли тогда искать именно его?
– Нет, но я должна. Аид тоже послал меня к нему. Я доверяю своему отцу. Кроме того, Пиас – моя единственная зацепка.
– Если вы этого желаете, я доставлю вас к нему.
Я сглотнула, игнорируя снова зарождающийся во мне страх, и залезла на спину Бладклоу. Своей мордой он помог мне подняться, потому что я, все еще закованная в наручники, была не очень-то ловкой. Я посмотрела налево и направо. Песчаные дюны простирались до самого горизонта. Где, черт возьми, был Брейв? Он ведь тоже упал сюда! Или нет? Мой живот сжался от беспокойства. Мягкий порыв ветра заставлял песок клубиться.
– Ты знаешь, куда нам надо? – растерянно спросила я у своего спутника.
– Я надеялся, что вы знаете.
– Э-э-э… прямо?
– Прямо – звучит хорошо.
Пес неторопливо побежал вперед. Его лапы утопали глубоко в песке, с каждым шагом поднимая маленькие песчаные фонтаны, которые заставляли меня щуриться. Я зажмурилась и вцепилась в шерсть на шее Бладклоу. Мы прошли не больше десяти шагов, как вдруг цербер остановился на месте и стал беспокойно принюхиваться.
– Что… что случилось? – Я моментально задержала дыхание и осмотрелась. Я видела только наши следы, которые скоро скроются под слоем свежего песка. Мех под моими пальцами встал дыбом.
– Я чувствую запах божественной крови, – поделился со мной мой спутник.
– Что? Где?
– Прямо перед нами. Посмотрим?
Я нервно облизнула губы:
– Я не знаю…
Пес пожал плечами:
– Мы можем выбрать другое направление, если вы хотите. Правда, я чувствую много крови, которая где-то рядом, и я думаю, что ее обладатель не представляет для нас никакой опасности.
– Хм… Давай посмотрим. Если будет страшно, мы убежим, и только пятки будут сверкать.
Бладклоу весело посмотрел на меня, кивнул и побежал вперед, держа нос недалеко от земли. Его хвост нервно бился о песок. Чтобы не сидеть на собаке, как дура, и не оставлять на него всю работу, я тоже контролировала ситуацию, и… вот оно! Там была серебряная кровь, много крови. Она тянулась по песку, будто кто-то тащился по-пластунски. Спустя какое-то время я обнаружила ямку в песке, в которой тело, должно быть, лежало некоторое время. В мою голову закралось подозрение.
– Скорее! – поторопила я Бладклоу, который тут же последовал моему приказу и прошел последние несколько метров по серебристой тропе. И еще до того, как я увидела тело, я знала, кто лежал на дюне лицом в песок.
– Брейв! – Я слезла с Бладклоу и чуть не упала в песок от волнения. – Ох, Брейв! – Я с облегчением села рядом с парнем своей сестры. Он лишь застонал и продолжил лежать. Его зеленая ночнушка была широко распахнута, а голая задница блестела под палящим зноем красная как рак.
– Это вызовет болезненный солнечный ожог, – сухо прокомментировал Бладклоу.
– Не хотела бы я быть на его месте! – согласилась с ним я, поправляя ночнушку на заднице парня.
Бладклоу понюхал Брейва.
– Вся эта кровь однозначно принадлежит ему. Он ранен в плечо.
– Помоги мне перевернуть его! – Своими связанными руками я схватила его за запястья. Он взревел. Я услышала хлюпающий звук. Я испуганно замерла, но Бладклоу подтолкнул его головой так, чтобы тот перекатился на спину. Мы оба уставились на покрытое песком лицо… бога. Мне все еще сложно было использовать это слово, когда речь шла о Брейве. Сейчас он выглядел как шницель в панировке, впрочем, как и я. Вот только у него почти не осталось руки. Я в ужасе уставилась на эту часть тела, разорванную под мышкой. Мне стало тошно. Не самое приятное зрелище. Я видела хрящи и кости в открытой ране. Она была засыпана песком, который, с одной стороны, останавливал кровотечение, но с другой – грозил заражением крови. Интересно, а у богов оно может быть?
– Эй, красавчик! Просыпайся, – прошептала я Брейву, похлопав его по загорелым щекам. Он не двигался. Я беспомощно огляделась, думая, что бы бросить ему на лицо, чтобы он взбодрился. Но… мы были в пустыне, и вокруг был только песок. Я вздохнула, закрыла глаза и покачала головой. Иногда моя собственная глупость казалась мне просто невыносимой. В свою защиту я бы хотела сказать, что день был длинным и некоторые из моих извилин были выжжены адреналином.
– Что вы там делаете, госпожа Ворриор? – Пес казался таким же озадаченным, как и я, пока я пыталась вернуть рукам и ногам Брейва естественное положение.