– Я ничего не говорила! – сказала она.
– Она богиня хаоса, – повторил голос. Мы с недоверием посмотрели на растение, стоящее рядом с Чармингом.
– Это что, куст сказал? – скептически спросила Лост. Куст задрожал. Его веточки, кажется, дергались, словно он пытался вырваться из своей деревянной тюрьмы.
Брейв вздохнул:
– Кто-то может уже превратить меня обратно? Меня уже утомил весть этот фотосинтез.
– Ты уверен? Из тебя получился такой очаровательный куст, – пропел Чарминг.
– Ты можешь говорить? – обвинительным тоном спросила я у Брейва. – Ты можешь говорить и все это время ничего не сказал, хотя я два раза чуть не забыла о тебе во всем этом хаосе? И все это время ты просто качал ветками? Ты что, придурок?
Куст снова вздохнул.
– Превратите меня обратно, пожалуйста, – сказал он тревожно.
Чарминг заворчал, убрал прядь с лица и замахал руками. Магия на его пальцах заискрилась. Она кружила вокруг растения, которое тянулось вверх. Листья опали, дерево треснуло, и уже через секунду сбитый с толку Брейв сидел на полу.
– Господи! С тобой все хорошо? – Я подбежала к своему другу и упала на пол рядом с ним. – Сколько пальцев я тебе показываю?
– Шесть?
– Нет, но близко. Четыре.
Брейв застонал:
– Мой череп сейчас треснет!
– Да, это побочный эффект магии. Через пару часов все снова будет нормально, – убедил его Чарминг. Он потрепал Брейва по плечу: – Все будет хорошо! Дыши глубоко!
– А это еще кто? Еще одна твоя вторая половина? – резко спросила Шейм.
– Это Брейв, – объяснил Пиас остальным. – Он тоже сын Зевса.
Боги заинтересованно на него посмотрели.
– Какие же силы он унаследовал?
– Силу очаровать меня, – вздохнул Чарминг, наклоняясь к Брейву и хлопая своими накрашенными ресницами. Брейв отшатнулся от него. Я помогла ему подняться. Он дрожал и виновато смотрел на меня.
– Что ты имел в виду, когда сказал, что Ворриор – богиня хаоса? – снова спросила Лост. Ее красные глаза заинтересованно смотрели на бога. – Ты хоть понимаешь, что с момента возникновения мира не существовало никакого бога хаоса? С чего ты вдруг взял, что она должна им стать?
Брейв сглотнул. Мы напряженно уставились на него.
– Я слышал, как они говорят об этом.
– Кто – они?
Брейв снова сглотнул.
– Старые боги.
– Когда? – спросил Пиас. В комнате тут же стало холодно. Я увидела облако пара от своего дыхания перед своими глазами. Брейв стал трястись еще сильнее.
– В последние дни, когда я был растением. У меня было не так-то много развлечений. Вообще-то я всегда слушал, о чем говорили боги. Во-первых, потому, что отец брал меня с собой на заседания, а во-вторых, потому, что я правда внимательный или же у меня просто хороший слух, ну я не знаю, в общем. Но однажды я начал слышать ваши голоса. Но это не прекращалось, как у Ворриор. Она уже не слышала вас, когда оказалась в Тартаре. Но я слышал.
– Ближе к делу! – нервно застонала Джендер.
Брейв кивнул. На его лбу проступал пот.
– Да, конечно, извините. Короче, когда я был растением, я начал слышать и другие голоса. Сначала я не знал, чьи голоса это были, но они стали более отчетливыми в последнее время. Я начал снова узнавать голос своего отца.
– Оракул, – сказала Лост.
– С радиоприемником, – засмеялся Бизар.
– И о чем говорили боги? – Пиас уставился на Брейва.
– Они долго обсуждали гольф, как, впрочем, и всегда. А еще они обсуждали встречу G11, которая состоится через три недели. Там они должны решить, что произойдет с пленниками Тартара. Они говорили о том, что надо убить существо.
Боги напряженно затаили дыхание.
– Они не могут этого сделать, – фыркнул Онор.
– Он говорит правду? – спросил Коул у Лост.
– Пока что да, – подтвердила она.
Брейв пожал широкими плечами:
– Они сказали, что, если Тартар умрет, мы перестанем представлять опасность. Некоторые боги думают, что мы и так будем слабы без души Пиаса и не будем опасны. Но потом Аид сказал, что Ворриор – богиня хаоса и она точно может быть опасной.
Он замолчал. Стало так тихо, что, наверное, было бы слышно, если бы на пол упала булавка. Все посмотрели на Лост.
– Он говорит правду, – трезво сказала она.
– Говорили ли боги еще что-то об этом? – Молнии Пиаса судорожно прыгали по комнате. Я чувствовала покалывание на коже. Я чувствовала его беспокойство, будто все происходило внутри меня. Я бы так хотела ринуться к нему и обнять его, но не рисковала.
Брейв покачал головой:
– Даже если и говорили, я этого не слышал.
Пиас заскрипел зубами:
– Значит, у нас не так много времени. Судя по всему, Ворриор в состоянии поглощать богов и других существ, обладающих невероятной силой. Если она богиня хаоса, то это действительно многое объясняет. Также теперь понятно, почему люди в ее присутствии сходят с ума. Я предлагаю скорее начать ловить богов и приносить их сюда как можно более незаметно.
Остальные боги скептически на нас посмотрели.
– Она что, действительно на такое способна? – с недоверием в голосе спросила Джендер. – Просто поглотить бога? Держать божественную душу в себе – это не какая-то там мелочь.
– Она провернула такое с Шейм, – объяснил Пиас. – А еще с василиском и цербером. Она может их поглощать.
– А может ли она это контролировать? – спросил доктор.
Пиас сжал челюсти.
– Это мы проверим. Сейчас. Не так ли, Ворриор? – Он строго посмотрел на меня.
Я тяжело сглотнула слова сопротивления, которые застряли у меня в горле. Я не особенно хотела снова глотать Шейм. Змеиная богиня тоже не особенно радовалась этой перспективе.
– Только через мой труп! – тут же прошипела она. – Найдите себе другого подопытного кролика для этого фрика!
Пиас смерил ее холодным взглядом:
– Это не тебе решать.
– Тогда тебе придется перед этим вырубить меня.
– Это я могу устроить.
Шейм так выругалась, что у меня уши завяли.
– Если эта девка подойдет ко мне ближе положенного, я вырву ей язык! – торжественно поклялась она.
– Что за королева драмы, – пробормотала О.
– Шейм!
Пиаса прервала поднятая кем-то рука.
– Эм-м… – Все взгляды обратились на Чарминга, который уставился на свою руку, будто удивляясь тому, что она поднялась.
– Да? – спросил Пиас.
– В общем… эм-м… – Чарминг откашлялся. – Прежде чем здесь начнется война, я заявляюсь подопытным кроликом. Добровольно.
Я удивленно уставилась на него:
– Почему, черт подери?
– Да, почему? – недоверчиво спросил Пиас.
– Ну… – Чарминг ухмыльнулся и стыдливо почесал затылок. – Кто-то ведь должен это сделать, не так ли? Я пожертвую собой ради команды.
– Что за умник, – закашлял в кулак Бизар.
– Ты правда этого хочешь, Чарминг? – спросила я. – Я даже не знаю, получится ли это у меня и что произойдет.
Он одарил меня странной улыбкой:
– Похоже, меня ждет новый и очень ценный жизненный опыт.
– Да… ну, тогда… – Я смущенно смотрела на Пиаса, который лишь пожал плечами:
– Я за.
– Хорошо. – Я беспокойно сглотнула и подошла к Чармингу, который, как и все остальные, выжидающе смотрел на меня. Я почувствовала, как по моей спине стекает холодный пот. Пресвятые небеса! Это было еще хуже, чем театральная постановка, в которой я участвовала в третьем классе. А тогда я все же всего лишь играла дерево.
– Ладно. – Я сделала глубокий вдох, подняла руки и положила их на щеки Чарминга. Я посмотрела в его глаза. Моя кожа нервно засветилась, а я утопала в холодных голубых глазах Чарминга. Богиня во мне искала искру, веревку, которая может указать мне на его душу. Мои пальцы напряглись, а костяшки побелели. Я сосредоточилась. Искала, сконцентрировалась на своих чувствах и ощутила… ничего.
– Вот что я называю полнейшим крахом! – мерзко смеялась Шейм из монитора. Я сердито посмотрела на нее.
– Может, хоть что-то произойдет?
– Оставьте ее, – огрызнулся Пиас. – Ворриор, сосредоточься!
Я кивнула и снова посмотрела на Чарминга. Его дыхание щекотало мой подбородок. Я снова искала хоть что-то, но опять ничего не происходило. Как будто я пыталась уловить дым голыми руками.
– Это просто бесполезная трата времени! – фыркнула Джендер. – Богиня хаоса или чего там еще… она бесполезна!
– Позвольте ей сделать свое дело! – вставила О свои пять копеек. – Это непросто!
Все снова наблюдали за моими жалкими попытками хоть что-то сделать. Мои пальцы стали дрожать. Мне стало так стыдно, что…
– Эй, малыш!
Я посмотрела в лицо Чарминга. Его пальцы удивительно мягко обхватили мои.
– Расслабься. Не думай об этом. Ты точно не сделаешь мне больно.
– Откуда ты можешь это знать?
– Я тебе доверяю. Просто забудь обо всех этих идиотах и делай то, что кажется тебе естественным. Так и работает магия.
– Что кажется мне естественным, – прошептала я, пытаясь найти в его лице… я не знаю, что я там искала. Но тут я это нашла. Какую-то связь, которая схватила меня и больше не отпускала. Мой взгляд переплелся со взглядом Чарминга, и я чувствовала его душу под поверхностью из плоти, силы и магии. Словно второе сердцебиение. У меня перехватило дыхание, и весь мир отошел на второй план. Вокруг нас повисла гробовая тишина, когда я медленно наклонилась вперед и поднесла свои губы к губам бога.
– Ты принадлежишь мне, – прошептала я и вдохнула. Все было совсем просто. Словно дыхание, душа мужчины устремилась в меня. Взрыв вкуса заставил меня непроизвольно застонать. Я вцепилась пальцами в его светлые волосы и взяла в себя все, что только можно было. Чарминг не сопротивлялся. Буквально через пару секунд он превратился в пыль, которая опустилась на мою кожу, оставляя колкие следы. Я, шатаясь, глотала воздух ртом. После этого я подняла взгляд на окаменевшие лица богов. И только О восхищенно хлопала.
– Это сработало, – пробормотал Пиас. Его глаза светились.
– Невероятно, – прошептала Лост.