Людей на этом сборище было видно сразу. Они не только сильно выделялись на фоне лощенных вампиров, но и издавали слишком много шума и ненужной суеты. Кто — то улыбался снисходительной улыбкой глядя на них, кто — то презрительной, а кто — то и откровенно хищной.
Вечеринка развивалась. Шампанское слегка ударило в голову. К нам постоянно кто — то подходил знакомится и пытался завести разговор.
— Как вам последняя работа Микаэля? — тихо спросила зеленоглазая брюнетка.
Я обратила внимание, что речь всех вампиров плавная, абсолютно, чистая и они всегда говорят вполголоса.
— Он заигрался, — просто ответил Бальтазар.
— Согласен, согласен, — сразу подхватил его какой — то желтоглазый рослый вампир. — Его первые фильмы были очень хороши. Яркие, живые, слегка эксцентричные, а сегодня откровенный перебор.
Некоторые вампиры беззастенчиво решили подкрепиться прямо на глазах окружающих. Я не могла оторваться от того, как вампирша с платиновыми волосами впилась в шею молодого парня. Вокруг витали эмоции веселья, радости и похоти. Всех устаивал такой формат развлечения.
Тогда же меня привлекла ширма в конце зала. В ту сторону как раз направился один из красноглазых политиков в компании сразу двух девушек. Ткань отъехала в сторону, и я увидела, что за ней.
Приглушенное красноватое освещение. Полностью обнаженные вампиры и люди занимались беспорядочным сексом друг с другом, на огромной круглой кровати, словно в порно. Эдвард Харрис стоял на руках возле стены пока рыжая девушка самозабвенно сосала его член. Рядом перекаченную силиконом блондинку ублажали сразу трое. Казалось, сантиметрах в трех от них занимались сексом два парня, параллельно делая куннилингус еще двум девушкам. Все это вперемешку с удовлетворением жажды. Так, что все участники были в добавок в крови.
Бальтазар, конечно, предупреждал о возможности подобного, но одно дело слышать или видеть на экране, а другое дело — вот так, вживую. Я оказалась не готова.
Прежде, чем шелковая шторка закрылась обратно, отсекая от меня оргию, я наткнулась на внимательный взгляд желтых глаз.
— Что уставилась, деревенщина? — нарочито громко, привлекая внимание сказала эффектная брюнетка.
Не утруждая себя одеждой, девушка модельной походкой направилась прямо ко мне. Меня же саму словно парализовало, я не могла ни двинуться, ни сказать и слово, ни даже вдохнуть.
— Думаешь, если у тебя разноцветные глаза и заявилась сюда в паре с князем, то можешь нос задирать? — противным тоном спросила она, подойдя, практически, вплотную.
— Моника, — рыкнул на нее Бальтазар, перекрывая ей дорогу.
— Что Моника? Ты посмотри у нее же в глазах презрение к нам, — огрызнулась она.
— Моника, я тебе голову проломлю, если ты не успокоишься, — натурально угрожал Бальтазар. — Тебе напомнить какой ты пришла впервые?
— Бальтазар, — шепнула я. — Бальтазар.
Из оцепенения меня вывели вовсе не наезды голой Моники. Сквозь приглушенную музыку, тихие разговоры и стоны, что теперь так ясно стали доноситься из — за ширмы, пробивались эмоции удивления, страха и злобы, направленные на меня.
— Уходим, — только и сказал Бальтазар.
ГЛАВА 39
АВРОРА
Следующим же днем Бальтазар собрал несколько чемоданов одежды, все семейство Элфорд, посадил в машину и не сказав ни слова, повез в неизвестном направлении.
— Куда мы едем? — тут же спросила я.
— Это сюрприз. Хочу показать место, — уклончиво ответил Бальтазар.
— Не смотри так. Мы тоже ничего не знаем, — ответила Дженни с заднего сидения на мой вопросительный взгляд.
— Сколько нам ехать? — задала я еще один вопрос.
— Часа четыре, — последовал ответ и мой протяжный вдох.
— Тогда, может расскажешь, как идут дела с поиском моих мучителей? — теперь настала очередь Бальтазара вздыхать.
— Помнишь еще, — одними губами сказал он.
— О чем речь? — хором спросило все семейство Элфорд.
— Понимаете, я стала вампиром не по своей воле, — обернулась я к ним. — Если коротко, то меня похитили в начале учебного года со студенческой вечеринки, держали в вонючем подвале с такими же бедолагами, кололи какой — то дрянью, а потом чудесным способом мне удалось сбежать и потеряв сознание, очнулась уже в Плэдо.
— О, как, — только и смог сказать Руперт. Алиса и Дженни просто смотрели на меня вытаращив глаза.
— Я уже не переживаю и вам не следует, — махнула я рукой. — Я хочу только лишь, чтобы их нашли и другие люди не пострадали.
— Так, что? — вновь уставилась я на Бальтазара.
— Похвастаться особо нечем, — сказал Бальтазар, не отвлекаясь от дороги. — Мы нашли список имен тех, кого похитили вместе с тобой. Нашли деревню, но дом снесли. Нашли торговца людьми, который сдал парня, что увел тебя с вечеринки, но он словно сквозь землю провалился. Так мы и зашли в тупик.
— А что с Чарльзом Питерсом, тем губернатором? — спросила я.
— Мертв, — коротко ответил Бальтазар.
— Ро, детка, ты сказала тебя кололи какой — то дрянью? — переспросила Алиса.
— Да, но что это я сказать не могу, — подтвердила я.
— Бальтазар, — нервно позвала она. — А что если это не вампиры — фанатики, а целая организация под покровительством кого — то высокого направленная против нас?
— Точно, — подхватила я мысль. — Там были люди. Что если их цель — это лекарство от вампиризма или какой — нибудь блокатор, чтобы мы не смогли использовать наши способности?
Так за разговорами, слишком быстро мы съехали с основной трассы глубже в лес, через минут пятнадцать стали появляться редкие фонари, а еще через несколько мне открылся вид на небольшую виллу, прямо посреди заснеженного леса, там, где только громко ухает сова и волк воет на луну. Князь припарковал машину перед самым входом.
— Это мое самое любимое место в это время года, — сказал Бальтазар, пресекая дальнейшие обсуждения моего похищения.
— И много у тебя таких владений? — спросила я.
— Достаточно, — уклончиво ответил он. — Идем, ты легко одета.
И правда, пока мы доехали значительно похолодало и мое пальто уже не сильно согревало. Внутри было темно и пусто.
— Основную часть года здесь живет управляющий, но сейчас никого нет, — пояснил Бальтазар, зажигая свет.
Первый этаж полностью занимала большая гостиная, совмещенная с кухней, в синих тонах и каменным выступом, в котором удобно уместился камин. Подробнее мне посмотреть не дали.
— Здесь четыре спальни можете выбрать любые, — объявил Бальтазар, встав рядом со мной настолько близко насколько это было возможно.
Выбор комнаты для меня был не предусмотрен. С невозмутимым выражением лица Бальтазар привел меня в свою спальню. Я уже начинаю привыкать. Эта комната была практически идентична той, что в замке, только в более темном сером цвете, полностью черная кровать и бессменные книжные стеллажи.
— Нравится? — невозмутимо спросил Бальтазар, вернувшись с вещами.
— Уютная комната, — сказала я.
— Мне приятно знать, что ты чувствуешь себя здесь комфортно, потому что по возвращению ты переедешь ко мне, — лукаво подмигнул он.
— Знаешь эта фраза могла бы быть очень милой, — съязвила я.
Бальтазар в одни шаг оказался рядом со мной и обжег своим дыханием мою шею, лишая способности мыслить.
— Мне показалось тебя понравилась легкая грубость, — прошептал он, прикусывая тонкую кожу.
Я аккуратно прижала ладони в его груди и Бальтазар тут же перехватил мои руки, одну прижав к свой щеке, а вторую начал осыпать легкими поцелуями. Его пальцы легким касанием провели дорожку прямо к талии и контрастно властно прижали еще ближе и крепче, не давая возможности отстраниться.
Он отвлекся от поцелуев и обратил на меня свой бездонный взгляд. Так мы и замерли смотря друг на друга. Секунды ползли как улитки, пока мы оба решились одновременно и сошлись в страстном поцелуе. Бальтазар тут же подхватил меня и кинул на кровать, нависая сверху. Мои руки все это время блуждали по его телу, остановившись на голове и сжав его волосы в кулак до боли. Из его горла вырвался утробный рык, одним движением он сорвал с меня одежду и перехватив мои руки поднял их над головой. Я потянулась к таким горячим и мягким губам, видя, как он послушно тянется в ответ. Этот поцелуй был грубым, мы словно боролись друг с другом и не могли насытиться, дыхания не хватало, но нам было все равно. Он прижался ко мне давая почувствовать его желание и явно дразня.
Я застонала, не пытаясь сдержаться, чем вызвала довольную улыбку Бальтазара. Нижнее белье повторило судьбу верхней одежды. Мне дико не понравилось, что сам он до сих пор одет. Мои руки снова стали слушаться меня плохо, я неуклюже возилась с мелкими пуговицами. В этот раз Бальтазар сжалился и нежно перехватил инициативу.
— Я сам.
Он справился гораздо лучше меня и уже через секунду вновь навис надо мною. Его тело обжигало. Бальтазар замер и теперь настала моя очередь дразнить его, я прижалась к нему также, как и он недавно. Шумно сквозь зубы он втянул воздух и одним движением развел мои ноги в стороны, но у меня были другие планы. Ловкий рывок и не ожидавший того мужчина сам оказался лежащим на спине, а я сидящей на нем сверху. Бальтазар быстро оценил ситуацию и его руки уверенно поползли вверх. Очертил грудь, задев чувствительные соски и спустил одну ладонь к пояснице. Он мягко надавил на спину, заставляя прильнуть к нему всем телом. Свободной рукой Бальтазар намотал мои волосы на свой кулак и притянул к себе для властного поцелуя, чтобы в следующую секунду оттянуть обратно, вынуждая прогнуться.
— Приподнимись, — шепнул он, целуя и покусывая мою шею.
Я послушно подчинилась. Тихо рыкнув, он вошел в меня. Бальтазар не дал мне ни секунды привыкнуть. Он приподнял меня за бедра и снова уронил на себя, проникнув еще глубже. Затем снова, снова, снова и еще раз.
Я извивалась с трудом удерживаясь, чтобы укусить его.
— Бальт…Бальтазар…я…сама, — задыхаясь, захныкала я.