— Где пайка?
— Не заслужил… — угрюмо бросил Спартак.
— Что случилось?
— Поинтересовался у надсмотрщика насчёт кормёжки раньше времени.
Бен тяжело вздохнул и покачал головой. Он протянул здоровенную руку и, взяв Сомова за плечо, потянул за лежащие штабелем трубы:
— Слушай, прошу тебя — веди себя тихо. Я не смогу защитить тебя за пределами барака — я же уже говорил это. Но отвечать за тебя и твоё здоровье перед Алексом именно мне.
— Зачем я Вам нужен? — недоумённо выдал Максим.
— О, ты даже не представляешь что должен будешь сделать! Алекс сказал, что именно ТЫ — самый незаменимый кадр в грядущем мероприятии, — явно с осторожностью продолжил Бен.
— Это когда он решит снова сбежать с базы, чтобы поправить своё здоровье? — едко поинтересовался Спартак.
— Тише! — крепче схватил за плечо Максима Бен и понизил голос, — Послушай, Алекс периодически убегает, да. Его не убирают, так как он — ценный инженер и единственный, кто поддерживает нас и пока не раскрыт Плющами. Если он не будет сохранять ясность рассудка — все наши замыслы, которые мы уже месяц вынашиваем — пойдут насмарку.
Спартак высвободился из хватки громилы и настойчиво зашептал в ответ:
— Ты же сам сказал, что с базы убегать нет резона? Только ночью вот говорил!
— Просто так — да, смысла нет. А с нужными людьми — смысл есть. И эти люди — будут. Учти одну вещь, если ты хоть что-то кому то скажешь — тебе не жить. Поверь, Мотор быстро доберётся до тебя, если мы перестанем обеспечивать защиту. Плюс, не факт, что тебе поверят. Мы отвернёмся, ты станешь изгоем, и Плющи скорее поверят в то, что ты хочешь себя спасти от нас и «блатных», поэтому и сочиняешь сказки. Таких бредней тут столько гуляет, что если верить каждой и казнить рабов — их не останется уже через пару дней.
Глаза Бена впервые сверкнули недобро и Максим поразился — насколько преобразилось лицо законника…
Глава 15. Везде чужой…
— Вот так вот? Просто пристукнешь меня? Неплохие тут у Вас порядки. А что — сам не хочешь марать руки? — с едкой усмешкой недовольно бросил Спартак.
— Не гоношись. И слушай внимательно. Через день-два тебя переведут к Алексу в мастерские. Там и условия получше, и ходить будешь уже под его начальством, а не под контролем надсмотрщиков. Правда, там имеются свои проблемы, но загибаться из-за тайм-психоза ты будешь медленней. Кстати! Там капает больше опыта. Иногда механиков катают по Пустоши, чтобы у них мозги не плавились и они работали лучше.
— Тайм-психоза? — непонимающе переспросил Спартак.
— Это когда психосостояние ухудшается, если долго торчишь на одном месте.
— А, ясно…
— Слушай дальше! Там уже Алекс тебя введёт в курс дела. А пока что вот — держи.
Бен протянул пайку, которую давали вместе с похлёбкой и какую-то странную ярко-жёлтую баночку с раздробленным сердцем на этикетке.
— Это что?
— Это моя порция мясного батончика. От мяса тут на самом деле ничего нет. Но хоть до обеда перебьёшься. А это — буст на жизнь. Небольшой подгон от Алекса.
Максим взял в руки банку, по виду и по ощущениям напоминающую жестянку из-под газировки в привычном ему реальном мире. Потряс — внутри ощутимо заплескалась жидкость.
— И что мне с ним делать? Откуда Алекс вообще достал его?
— У него свои каналы. Работает буст просто — открыл, выпил залпом — процентов пятнадцать здоровья тебе вернутся. Пока что для тебя это максимум. Более мощные бусты можно пить только при большем уровне развития персонажа.
— А что если выпить то, что не соответствует твоему «рангу»? — с интересом спросил Спартак.
— Ничего. Просто испортишь и выкинешь на ветер ценный материал. — пожал плечами Бен, — Пей!
— Прямо сейчас? — удивился Спартак.
— Ну не на глазах же у надсмотрщиков!
Сомов потянул за металлическое кольцо на банке. Открылась она на удивление бесшумно. Он залпом в один глоток уничтожил содержимое. На вкус оказалось весьма сносно. Будто в воду кинули немного сахара и лимона. Бельгиец тут же отнял у него жестянку, сдавил её с силой и закинул в ближайшую трубу, прокомментировав:
— Подумают, что кто-то из членов банды выпил. Они тут на каждом шагу валяются после рейдов. Никогда не свети тут никакими бустами — они рабам не положены. Максимум — инженерам. И то в исключительных случаях.
В животе приятно потеплело, и перед глазами Спартака возникла надпись:
______________
Здоровье восстановлено на 15 %.
Ваше здоровье: 92 %.
Для того, чтобы продолжить восстановление организма — Вам необходима пища».
______________
Недолго думая, пока Бульдог не видит, Максим принялся жевать безвкусную пайку под одобрительным взглядом Бена. Тот присел на завалинку и развел руками:
— Ты уж прости, что мы не оставляем тебе выбора. Слишком многое поставлено на карту. И слишком много ребят хочет вырваться отсюда.
Спартак проговорил уже спокойно:
— А что, если Вы решите, что я стукач?
— Я убью тебя сам… — коротко и без эмоций бросил Бен.
— Ясно. — усмехнулся Сомов. Похоже, выбора у него и правда — не было. — А пометок убийц тут разве нет? Ну, пэкашеров…
— Нет, игре абсолютно по барабану как ты строишь взаимоотношения с другими игроками. Она только фиксирует общий уровень отношения группировки к тебе, — развел руками Бен.
Максим доел пайку. Живот, который крутило весь день, немного подотпустило и он заворчал, переваривая брошенное ему «лакомство». Однако, чувства насыщения не было. Перед глазами возникла надпись:
______________
Первичная стадия голодания преодолена.
Уровень Вашего здоровья больше не падает.
Уровень здоровья: 93 %
______________
И на том спасибо.
Бен развернулся и уже думал уходить, как Спартак окликнул его:
— Постой!
— Что такое? — удивился бельгиец.
— Можно попросить перевести со мной к Алексу ещё одного парня?
— Мы благотворительностью не занимаемся… Поверь, Алексу итак будет сложно тебя вытащить из барака к себе, учитывая, что навыков к механике у тебя вроде нет.
— И всё же. Если его не переведут со мной — Алекс может забыть о помощи.
Бен сначала нахмурился, подумал, и затем неожиданно улыбнулся:
— Ты, видно, действительно добрый малый. Но такие вопросы решаю не я. Встретишься с Алексом — поговоришь с ним насчёт этого паренька. Почему ты хочешь ему помочь?
— Есть ощущение, что он пригодится. Он толковый и, я думаю, тоже сможет помочь. Более того — не захотел идти к блатным и теперь ждёт, что они его прижучат.
— Не пошел к блатным говоришь?
— Послал их куда подальше!
— Даже так? — Бен явно задумался, — Ладно. Я сам передам Алексу. Но, опять таки, решать не мне, а ему. Всё. Давай. А то итак чересчур «светимся». Как зовут парня?
— Рэд.
— Я запомнил. Давай, до вечера.
Бельгиец развернулся и двинулся в сторону своей команды, а Спартак ещё немного посидел на завалинке, после чего услышал противный окрик Бульдога:
— Строимся на работу, салаги! Живее-живее, если не хотите в карцер!
Пришлось встать и направиться к выходу из дворика столовой. Все рабы уже спешно сдавали посуду, сбрасывая её в большие контейнеры, стоящие на выходе. Несчастные гуськом снова возвращались к своей работе, следуя за надсмотрщиками.
***
Рэд толкнул Спартака под локоть и протянул ему свою пайку грязно-коричневого цвета:
— Бери!
— Не надо. Точи сам, — в душе Спартак приятно поразился участию нового товарища.
— Ты чего? Надо есть, — требовательно настаивал тот.
— Я уже подхарчился немного, — шепнул в ответ Сомов.
Паренёк удивленно посмотрел на Максима и прищурился:
— Где это ты уже успел?
— Да ребята со своего барака помогли — законники у нас более нормальные, чем у тебя, — уклончиво ответил Спартак.
— Повезло, — завистливо, но без зла протянул Рэд.
— Ну да, наверное… — усмехнулся уже себе под нос Сомов. Он вспомнил, как десять минут назад Бен спокойно пообещал убить его в том случае, если Спартак сделает неверный шаг и случайно раскроет замысел беглецов.
Потянулась рутинная работа. Рэд и Спартак закатывали одну за другой бочки с горючкой и смазочными материалами. Вдруг, за стенкой углового бокса склада, послышались приглушенные тихие всхлипы и глухие удары.
Всё это шло вперемешку с матом за тонкой стеной. Оба парня переглянулись и, быстро выйдя из бокса, заглянули за угол в довольно широкий проход между стеной и оградой.
Там, в пыли на земле, валялся раб. Его методично избивали двое других заключенных. Ноги их так и молотили по телу бедняги. Из разбитой губы сочилась кровь, а лицо было всё в подтёках.
— Эй! — подал голос Рэд.
Оба раба подняли головы и хищно посмотрели на напарников, оценивая их внешний вид. После этого один из них презрительно сплюнул на землю и процедил:
— Валите отсюда, салаги низкоуровневые. Он своё заслужил.
— Тем, что не захотел присоединиться к таким уродам, как Вы? Я думаю, Вам самим надо отсюда валить. И поживее, — Рэд был настроен серьезно. Его даже не смущала возможная разница в пару уровней его.
Спартак внутренне удивился тому, с какой уверенностью говорит напарник. Он внутренне приготовился к возникающей на ровном месте потасовке. Он твёрдо решил не бросать Рэда в беде и встал рядом с товарищем.
Один из мучителей выгнулся кошкой и пошёл на Рэда:
— Что ты сказал? Да мы тебя ночью на куски покромсаем. Да ты у нас харкать будешь…
— Закройся. «Да ты, да ты…». Я это хренову тучу раз слышал в жизни. Ничего ты не сделаешь. Сам знаешь — после этого всю вашу шарашку мгновенно прикроют ваши же хозяева, которым вы…
Дальше прозвучала довольно мощная и нелицеприятная тирада. От неожиданности Спартак даже поморщился — Рэд умел выразиться довольно хлёстко.
Максим уже понял из прозвучавшего разговора, что один из нападающих жил в бараке Рэда. И эти хлёсткие слова задели его за живое. Рэд явно не умел заводить знакомых.