Он прав, но я слишком долго не доверяла никому, кроме себя. И мамы, пока она была жива.
Я поджимаю губы и отворачиваюсь, а Тайлос продолжает:
– Вспомни, что ты чувствовала в тот момент, когда наложила заклятие, и постарайся освободиться от этих чувств. Я могу помочь.
– Как? – тут же заинтересовываюсь я.
– Подойди. Вместе с картой.
Я смотрю на разложенный на коленях пергамент, а затем снова на мага. Сомневаюсь, но решительно складываю карту и направляюсь к мужчине. Если не попробовать все, что доступно, я рискую остаться в этом доме навсегда, потому что путешествовать вслепую – пустое дело.
Тайлос сдвигается чуть в сторону на кровати, освобождая место рядом с ним, дожидается, когда я сяду, а затем осторожно обхватывает своими пальцами кисть моей руки, чтобы уложить ладонь себе на грудь. Над сердцем.
Я вздрагиваю от ощущения горячей кожи. И еще раз, когда маг укладывает свою ладонь над моим сердцем и говорит тихо:
– Расслабься, Ния. – Его рука удерживает мою у него на груди, мужчина ловит мой взгляд и просит: – Слушай мой голос, свои ощущения, частоту биения наших сердец. Они не обманут. Итак, Эания – девушка эльфийских кровей, я – Тайлос, человек, обладающий магией крови, клянусь, что отныне и до окончания нашего соглашения не причиню тебе вреда. Ни умышлено, ни случайно. Более того, продолжу оберегать твою жизнь, как делал это ранее. Ты же это помнишь, Ния?
– Помню, – хрипло выдыхаю я, потому что в горле сохнет.
– Больше нет необходимости защищаться от меня, потому что я не представляю угрозы лично для тебя. Пойми это и прими.
Я сглатываю, но взгляд от глаз напротив не отвожу. Они не лгут. Тайлос верит в то, что говорит. Искренен и честен. И ко мне приходит понимание, что он останется таковым, пока мы не достигнем ставшей общей цели. Очевидно, внутренне я уже знала об этом, но упрямо не хотела признавать, и сейчас я медленно выдыхаю от облегчения и твердо киваю.
В тот же миг мою ладонь на карте начинают щекотать мелкие искры света.
Отлично. Случайное наложение и снятие заклятий станет моей забавной уникальностью. Впрочем, Витания права: потенциал к такому виду магии сначала нужно раскрыть полностью и тренировать, чтобы понимать.
Тайлос широко улыбается, опуская взгляд на карту, которая слабо светится изнутри, и я тоже улыбаюсь. Получилось. Мы будем знать, куда идти дальше. Я бросаю на мужчину благодарный взгляд, поднимаюсь на ноги и возвращаюсь на лавку, чтобы раскрыть пергамент.
Сначала я с теплой грустью разглядываю мамины почерк и изящные рисунки, а уже потом вижу следующую точку на пути к цели. Поднимаю глаза на мага и выдыхаю с ужасом:
– Нет…
Маг хмурится, улыбка исчезает:
– Что не так?
Я снова смотрю на точку, которая слабо мигает светом, и на выведенную красивым почерком надпись: «Деревня полукровок». Сглатываю сухость и отрицательно качаю головой:
– Ничего. Кое-что показалось, не обращай внимания. Давай ложиться спать.
Маг шутит что-то о том, что выспался за целый день, но я не обращаю внимания и готовлюсь ко сну. В голове целый рой мыслей, которые нужно привести в порядок. Я гашу свечи, оставляя огонь в печи, и укладываюсь на лавку лицом к стене.
Опыт с маминой картой показал, что я не смогу увидеть следующую точку, пока не достигну предыдущей. То есть узнать, куда следовать дальше, смогу только в деревне полукровок. Полуэльфов, которые скрываются от таких, как Тайлос. А теперь выходит, что я должна привести его туда. Для чего? Чтобы он их уничтожил, как уничтожил мою последнюю деревню? Да, маг пообещал, что не тронет меня. А других, похожих на меня, тоже трогать не будет? Или решит воспользоваться выпавшим шансом? Или я смогу обмануть и карту, и его заодно? Попробовать стоит. Выбор у меня в любом случае небольшой.
С этой не обнадеживающей мыслью я и проваливаюсь в сон.
Следующий день проходит так же, как предыдущий, лишь с тем изменением, что Тайлос теперь в состоянии подняться с кровати. Ненадолго, но все же. Я пою его отваром, меняю повязки и с облегчением, грозящим почему-то перерасти в радость, вижу, как рана полностью затягивается. Но меня все равно тревожит будущее.
Я опасаюсь спросить у мага, как он отнесется к деревне полукровок, чтобы лишний раз не рисковать жизнями собратьев. И при этом ощущаю что-то вроде стыда, потому что его помощь с картой накануне и наши короткие, но приятные беседы и шутки о пустяках вызывают во мне противоречивые чувства. Я ведь обещала себе и магу помнить о его сути. В общем, близкое общение с врагом, с которым мы временно заключили перемирие, и постоянное нахождение рядом неминуемо меняет мое к нему отношение. И пока я не уверена, что это хорошо.
На третий день я отправляюсь в лес, в сторону нужной мне деревни, чтобы разведать обстановку. Если судить по карте, до полукровок чуть больше полудня пути. Мне необходимо найти такое место, где я смогу оставить Тайлоса и незаметно для него сходить до деревни и обратно. Например, ночью, когда маг уснет.
Я намечаю себе подходящее место и ближе к вечеру возвращаюсь обратно в хижину. Мужчину застаю в купальне.
Я успела привыкнуть к его обнаженному торсу, но то была забота о его здоровье, а сейчас, осознавая, что он полностью раздет под струей воды, льющейся из закрепленной вверху бочки, сильно смущаюсь. И это чувство приводит меня в ступор. Но и глаз от мускулистой спины отвести не получается, пока Тайлос не разворачивается ко мне лицом.
– Я рад, что в бочке оказалась вода. Без магии я не смог бы помыться. Твоя заслуга? Если так, прими мою благодарность.
– Мне было несложно, – отвернувшись, выдыхаю я.
Должно быть, это нелегко: зная вкус магии, отказаться от нее, не желая по мелочам ранить полностью здоровые ладони.
Я наконец соображаю, что необязательно стоять здесь столбом, и срываюсь к дому. Слышу, как маг за спиной тихо смеется, и смущаюсь еще сильнее. Хотя куда больше?
Отвлекаю себя от странных чувств готовкой и успокаиваюсь полностью, кода спустя долгое время Тайлос так и не заходит в дом. Приходится выйти во двор, чтобы сообщить, что еда готова.
Маг сидит на старом пеньке, в светлой рубашке и штанах, найденных в шкафу. Он замечает мое появление и криво улыбается:
– Ты как раз вовремя.
– Для чего?
Почему-то меня больше привлекают его влажные волосы и посвежевший вид в целом, чем то, что он держит в руках. А это, вообще-то, невероятно: маг крови смастерил для меня лук. Своими руками. Без магии.
– Испробуешь? – улыбнувшись, поднимается он на ноги.
– Мои… – теряюсь я. – Стрелы…
– Я захватил твой колчан, – кивает мужчина на пенек, у которого и правда лежит колчан.
Я тоже дергано киваю и иду ближе. Перехватываю лук, оцениваю его легкость и внешнюю простоту и приятно удивляюсь отличному балансу. Улыбаюсь.
– Решил, что глупо отправляться в дорогу с хорошим стрелком без подобающего для него оружия.
Я поднимаю глаза на Тайлоса и вновь чувствую это: смущение. Отворачиваюсь, подхватываю с земли колчан, вешаю его за спину и вынимаю стрелу. Прикладываю ее к луку. В груди разливается тепло от знакомого напряжения мышц, по которому я скучала. Бросаю взгляд на мага, отошедшего чуть в сторону, и предлагаю:
– Хочешь выбрать цель?
– Здесь водятся белки, – жмет он плечами. – Я не откажусь от простого вяленого мяса в пути.
– Как много тебе его нужно? – веселясь, приглядываюсь я к верхушкам деревьев.
– На твое усмотрение.
– Разделывать будешь сам, – усмехаюсь я и выпускаю первую стрелу. Затем второю и третью. Все они, разумеется, попадают в цель. Я прикладываю к новенькому луку четвертую стрелу, но тут за спиной раздается хруст веток. Я разворачиваюсь в сторону звука, целюсь. Но в следующий миг Тайлос обнимает меня со спины и вынуждает опустить лук. Выдыхает с улыбкой:
– Спокойно, это свои.
Я уже и сама вижу.
Тайлос отпускает меня, чтобы обойти, но оставляет после себя ощущение тепла ладоней на талии и руке. По коже бегут мурашки. Я вспоминаю, какую неприязнь вызвало одно только видение поцелуя с Эларом, и недоумеваю, почему от близости мага ощущения совсем другие.
Тем временем Тайлос подходит к своему коню и треплет его гриву, широко улыбаясь:
– Нашел меня, Бродяга.
Конь фыркает, и маг смеется, гладя его шею, а затем обхватывает ладонями черную лошадиную морду, прислоняется своим лбом к его и что-то шепчет.
– Ты знал, верно? – выдыхаю я. – Что он тебя сам найдет. Потому так легко согласился не искать лошадей?
Это поразительно. И то, что маг крови настолько доверяет обычному животному, то, что конь настолько привязан к человеку, чтобы самостоятельно отыскать путь к нему. Непростой и долгий.
Тайлос вновь зарывает пальцы в гриву жеребца и смотрит на меня:
– Я надеялся. Мы с Бродягой через многое прошли. И потом, ты приложила столько усилий, чтобы оставить нас без лошадей, что я решил, будто ты что-то знаешь. Позже я в этом убедился – Парящие скалы не преодолеть верхом.
– Когда ты догадался, что я полукровка?
Мужчина отводит взгляд, улыбаясь своим мыслям – в последнее время он очень часто улыбается или смеется, что тоже воспринимается мною неоднозначно, – а затем вновь смотрит на меня:
– Ты носила шапку, не плетешь косы и спать предпочитаешь на деревьях. В тебе изначально не было того благоговения, что обычно испытывают люди к подобным мне. Ты держалась со мной, как с соперником, с которым по необходимости пришлось общаться. И в твоих глазах никогда не было страха, разве что один-единственный раз.
– Люди обожают носить шапки, – ворчу я и направляюсь в дом. – Еда готова. И не забудь про своих белок.
Тайлос садится есть перед самым сном, так как весь день занимался белками. Я в это время изучала карту и украдкой наблюдала за ним через окно, что меня раздражало. Поэтому смену повязки я предоставляю ему самому: подготавливаю все необходимое и возвращаюсь на лавку. Маг на это хмыкает и приглядывается ко мне с интересом: