Он касается ладонью моей щеки и вытирает большим пальцем слезы. Говорит тихо и напряженно:
– Завтра придет конец нашей договоренности.
Я слабо киваю, а Тайлос продолжает:
– Возможно, мы оба получим то, за чем шли в долину. Возможно, не будем знать, что с этим делать. В любом случае наши пути должны разойтись.
– Должны.
– Я не могу и дальше избегать своей сути, а ты – своей.
– Да.
– Ты обещала себе, что убьешь меня. Я тоже давал клятву служить своему народу, избавлять мир от таких, как ты. Я рожден как оружие – это мое предназначение. И у тебя, и у меня есть свои задачи.
– Есть.
– Но все это случится завтра.
– А сегодня…
Меня саму пугает отчаянная надежда в голосе.
– Да. Сегодня мы можем оставаться просто Нией и Таем.
Я киваю.
Тай опирается на ствол дерева, вытягивает ноги и устраивается удобнее. Все это время он не выпускает меня из рук и сейчас притягивает к груди. Я укладываю голову на его плечо, а ладонь – над сердцем. Оно часто стучит, как и мое собственное. Мне одновременно тревожно и уютно в его руках.
Такая глупость. Ведь завтра мы, скорее всего, попытаемся друг друга убить.
Долина Эльвос граничит с землями людей. Их разделяет широкая река Вьюна. Именно из-за нее давным-давно пришли люди, чтобы захватить территорию эльфов. Мы потеряли долину одной из первых, а затем лишились и Замка Королей, и Королевского леса. Впрочем, долина не представляла для людей какого-то особенного интереса, потому ее оставили самой себе. И сейчас она буквально благоухает красивой и ранней осенью. Сочные краски, тихие мирные звуки и пестрая поляна цветов среди кустов и деревьев. Долина тянется далеко вперед до самого горизонта, уходя в бескрайнее голубое небо, на котором завис горячий шар яркого солнца.
Я здесь. Я добралась. Я смогла.
Вот только радости нет, потому что рядом находится маг крови, и мне до сих пор неясно, с какой целью он сюда шел.
Я постаралась мысленно проститься с Тайлосом еще утром, когда проснулась в его руках. И заставила себя думать о нем исключительно как о маге крови – могущественном и опасном.
– Мы на месте, – сообщаю я, сверившись с картой.
Это первые слова, произнесенные за сегодняшнее утро. Мы не говорили и не смотрели друг на друга на протяжении всего пути. Но я не могла не чувствовать быстрый стук сердца мужчины, когда сидела в седле перед ним. В какой-то момент я решила идти пешком, и маг не возражал.
Тревога, преследующая с самого пробуждения, увеличивается, когда Тай привязывает Бродягу к ветке дерева, а затем смотрит на меня. Я не вижу в его темных глазах ничего, кроме обычной собранности.
– Ты знаешь, где он, Эания?
– Он?
– Лабиринт Силы, – кивает маг. – Думаю, мы оба уже давно догадались, что идем сюда с одной целью: попасть в этот загадочный Лабиринт.
Сердце падает. Оказывается, я надеялась на то, что он здесь совсем с другой целью. Глупо, но это так.
– Я не могу, Тайлос, – шепчу я.
Стена, которую я так усердно строила, рушится в мгновение ока. Мы должны были попрощаться и пойти каждый своей дорогой. Должны! Зачем он сказал о Лабиринте? Зачем оставил меня без выбора?
– Не можешь?
– Не могу позволить тебе стать еще могущественней.
Не буду себя обманывать – я не смогу его убить, не после того, что между нами было, но задержать или обездвижить постараюсь.
– И что же ты намерена предпринять, Ния? Против меня, мага крови?
– Тайлос…
– Мне достаточно пустить себе кровь, помнишь? Возьмем мои тренировки и твое раненое плечо – сколько ты продержишься? Десять минут вместо пяти?
Это жестоко. Слишком. Если меня так сильно ранят одни слова, тогда сколько боли принесет настоящая схватка? И неужели она действительно состоится?
– Эльфийскую кровь? Которую ты так ненавидишь? – уточняю я. – Я тоже могу себе ее пустить, Тайлос. Могу стать равной тебе. – Мага озадачивают мои слова, и я продолжаю: – Да, Тай, в каждом из вас течет эльфийская кровь, поэтому вы можете пользоваться магией. Я поняла это, когда мы встретились с грувом и он ранил меня. Я почувствовала ее – невероятную силу.
– Допустим, твоя догадка правдива, Эания. Тогда объясни мне, почему эльфы нам проигрывают?
– Потому что пускать себе кровь против нашей природы.
– Но не против твоей? – горько усмехается он.
– Я пойду на это, если придется. Если ты не откажешься от Лабиринта по доброй воле.
– Он нужен мне не для силы, Ния, – вздыхает Тайлос. – Когда ты научишься не только слушать, но и слышать?
Что?
Над головой, в ветках деревьев, шумит ветер. Оказывается, все это время Тайлос надвигался на меня, а я отходила все глубже в рощу. Я резко разворачиваюсь спиной к магу, и сердце снова обрывается.
Я была здесь. В видении. Та же живая арка из веток…
Когда это произойдет? Сейчас?
Я разворачиваюсь обратно к Тайлосу, вижу его вопросительно вздернутую бровь и припоминаю последние слова. Слышать? Даже если Лабиринт нужен ему для получения неких ответов, он не выйдет из него без сил – на то он и зовется Лабиринтом Силы. А я больше чем уверена, что Тайлос справится со всеми его испытаниями.
Пальцы сами подхватывают воздух и отправляют волну ветра в мага. Задержать. Не дать войти.
Тайлос отлетает на несколько метров, падает спиной в траву. Я хочу присесть и попытаться сдержать его при помощи земли, но меня снова отвлекает шелест листьев над головой – я жду, что вот-вот откроется туннель.
Магу хватает этой короткой заминки, чтобы быстро подняться на ноги. Я с опаской смотрю в его сторону. Он не выглядит довольным, но не спешит доставать нож. Почему?
– Эания, – глухо рычит Тайлос.
Я снова подхватываю воздух, но поздно.
Между нами, но чуть ближе ко мне, взрывается изумрудный шар. Он увеличивается, растет на глазах и превращается в радужный тоннель. Лабиринт Силы.
Я глушу в себе желание взглянуть на Тайлоса в последний раз и бросаюсь к свету. Мне остается надеяться, что маг не успеет и тоннель закроется раньше. Пожалуйста! Маг крови не может стать сильнее! Только не из-за меня!
Изумрудный свет поглощает пространство вокруг, впустив меня. А затем в одно мгновение все исчезает, буквально все. Я ничего не вижу и не слышу, даже стук собственного сердца. Словно и сама исчезла из мира.
Тишина давит на уши, непроглядная темнота пугает.
Где я? Кто я?
Из темноты проступают очертания моего дома. Я выдыхаю. Я – Эания, полукровка, которая должна отправиться во двор, чтобы мама продолжила учить меня магии. Вот только мне это не нужно. Я хочу отправиться в Пустошь, подальше от войны и жестоких людей.
Или не хочу?
Передо мной низина с деревней, мои руки крепко держат лук и стрелу. Мама мертва. Ее убил маг крови. А я должна убить его.
Или не должна?
Какой же он могущественный! Но мои руки сжимают рукоять кинжала, который торчит из его живота. Я его убила. Или нет?
Я его убила! Он беспомощно падает к моим ногам, его глаза закрываются. Он мертв. Я отомстила за маму. Так и должно быть.
Или не должно?
Его темные глаза завораживают, а улыбка – настоящая, искренняя – останавливает сердце и лишает дыхания. Его сильные руки способны укрыть меня от всего зла этого мира. Он мой учитель? Друг? Попутчик? Враг? Убийца?
Возлюбленный?
Кто он? Обычный человек или маг крови?
Тайлос. Тай…
Желанные губы ненасытны. Они сминают всю мою защиту, плавят меня, как огонь плавит воск свечи. Ничего не остается. Ничего, кроме темноты глаз, в которой я тону.
Я устала. Устала быть сильной. Устала притворяться бесстрашной. Я в ужасе. Он все запутал. Лишил мое сердце покоя и едва не украл у меня цель. Я должна стать сильной, должна отомстить, должна остановить войну.
Кому я это должна, если даже не знаю, где я и кто я?
Или знаю?
Стихии мне показали, намекнули украдкой. Но как понять их намек? Что я могу? Я слабая. Всегда была слабой. Я даже не смогла принять того, что едва не стала убийцей человека, лишившего жизни мою мать. Лишившего жизни стольких моих собратьев!
Разве он имеет право жить? Нет. Но почему сейчас я больше всего хочу, чтобы он жил?
Он тоже запутался, верно? Он не знал, что поступает плохо. По-настоящему не знал. Его обманули. Представили ложь за правду. У него не было выбора, ему пришлось поверить.
И мне пришлось поверить.
Но во что?
В то, что Лабиринт даст мне силы. Да. Они нужны мне. Нужны, чтобы я могла спасти свой народ.
– Наконец-то, Эания.
– Мама?
Я осматриваюсь в темноте: высокие каменные стены глухи, под ногами голая твердая земля, а над головой звездное небо. Я в Лабиринте. Интересно, как давно я здесь блуждаю? И на самом ли деле слышала голос мамы?
– Нет. Я не твоя мать.
– А кто?
– Отбрось все лишнее, Эания. Скажи, зачем ты здесь?
– Мне нужны силы.
– Нет.
– Я готова пройти испытания, чтобы их получить! – я сжимаю кулаки.
– Тоже неверно. Ну же. Ты уже думала об этом.
Думала? Когда? Когда бредила?
Я закрываю глаза и воскрешаю в памяти обрывки видений. Вздрагиваю, когда слышу строгий голос мамы:
– Я несу ответственность за свой народ. Как и ты, как и все те, в ком течет эльфийская кровь…
Все верно.
Я открываю глаза и говорю твердо:
– Я здесь для того, чтобы попытаться помочь своему народу.
– А кто твой народ, Эания?
– Эльфы, – без раздумий киваю я.
– А кто ты?
– Я…
Я полукровка. Я не чистокровный эльф и не человек.
– Может, ты и человек, и эльф, Эания? Так кто же твой народ?
Я теряюсь. На что намекает Лабиринт? На что намекали стихии? Что я одной половиной принадлежу эльфам, а другой – людям?
– Или они все принадлежат тебе?
– Что?
– Иди, Эания. Больше я ничем не могу тебе помочь.
– Но…
– Иди! Ты нужна ему!
Меня бросает вправо, в сторону появившегося коридора, я едва не падаю, но удерживаюсь за шершавые стены. Выпрямляюсь. Плечо больше не болит. Нет ни голода, ни прочих нужд. Словно я нахожусь здесь не телом, а душой. Но я вижу свои руки и ноги. Наверное, это нормально.