Я отворачиваюсь от женщины и заставляю себя кивнуть. Тай подхватывает в руки поводья и отправляет лошадь вперед.
– Береги ее, маг Тайлос.
У меня болезненно сжимается сердце, когда я чувствую, как маг твердо кивает эльфийке в ответ.
Я считала людей самыми жестокими существами на свете, но оказалось, что жестокость есть в любом из нас, даже в эльфах. Но больше всего удручает, что сейчас ее можно считать необходимой.
Впервые за все утро, после всех этих обескураживающих новостей, мы с Тайлосом заговариваем лишь тогда, когда останавливаемся на короткий привал. Рядом негромко шепчет озеро, а в редких кустах и траве шелестит ветерок. Нас снова со всех сторон обнимает осень.
Маг передает мне бутыль с водой и негромко замечает:
– Значит, принцесса эльфов. Недурно.
Я не отвечаю, лишь пью воду. А когда закрываю бутыль, смотрю на то, как вдалеке коршун летит вниз, чтобы выловить из высокой травы добычу. Говорю задумчиво:
– До того, как ты пришел в мою деревню и якобы убил маму, я мечтала сбежать в Пустошь, подальше от войны и вечного страха смерти. Теперь уже поздно бежать куда-либо.
– Тебе неприятна та ответственность, что идет в паре со статусом?
– Я чувствую себя обманутой, – вздыхаю я. – Совсем как ты. Мама знала о своей королевской крови, знала, где находится Ущелье Надежды, но предпочла, чтобы мы скитались от деревни к деревне, и даже словом не обмолвилась о нашем происхождении.
– Очевидно, у нее были на то причины.
– И плевать, что они сделают кому-то больно, – киваю я.
– Ты имеешь в виду кого-то конкретного? – вглядывается в меня Тай.
Я молчу мгновение, а затем произношу с неохотой:
– Очевидно, то, что мы должны сделать, важнее нас самих.
Маг усмехается, кажется, с грустью:
– Говоришь, как настоящий эльф, загадками.
Я смотрю на него, а в душе разворачивается целая буря чувств. Он тоже должен знать то, что знаю я. Но как я могу ему об этом сказать? Как смогу объяснить, что сама готова смириться с будущим, пусть меня и выворачивает наизнанку от этих мыслей? От осознания, что мне не дано быть с ним?
Тай протягивает ко мне руку и вынуждает окунуться в его объятия. Я не в силах сопротивляться. По крайней мере, не сейчас. Не тогда, когда мы так далеко от Криоса и людского принца.
Маг касается губами моих волос и шепчет, соглашаясь с моими мысленными выводами:
– Пожалуй, сейчас думать о будущем и о том, что оно для нас приготовило, необязательно. Согласна?
Я зажмуриваюсь и отвечаю едва слышно:
– Я попробую.
Вот только не будет ли это означать, что я сама та еще обманщица?
Глава 8
Дорога до Криоса, как и предсказала Витания, выходит легкой и быстрой, но не для душевного состояния.
Примерно с того момента, как мы покидаем Тоорс и седлаем двух разных лошадей, я постепенно начинаю отдаляться от Тайлоса. Это нелегко, но необходимо. Я по-прежнему тренируюсь с ним использовать магию на коротких привалах, мы разговариваем о моей маме, строим догадки или обсуждаем местность и погоду. Но чем ближе к Криосу мы подбираемся, тем чаще я засыпаю в одиночестве и тем реже позволяю магу ко мне прикасаться.
По прибытии в Криос мы останавливаемся в неприметной гостинице на окраине города. Я настаиваю на двух разных комнатах. А после горячей ванны и позднего обеда отправляюсь на поиски Элара.
Об этом мы с Тайлосом договариваемся еще в пути. Пусть он больше не носит повязки на руках и черные одежды, отличающие магов крови, он все равно будет выделяться среди простых людей высоким ростом и посеребренными у висков волосами, обрамляющими молодое лицо. К тому же полукровки, тайно живущие среди людей, будут охотнее доверять себе подобным – мне.
Первым делом я посещаю местный рынок: приглядываюсь к торговцам и покупателям, прислушиваюсь к разговорам. Тщетно. Если принц и прибыл сюда не тайно, то настолько давно, что его появление перестали обсуждать. Поэтому я перехожу к следующей ступени поисков – к осторожным вопросам.
Торговцы всегда самые осведомленные из людей, потому что именно к ним стекается большая часть новостей, пересказов и сплетен. Аккуратное общение с ними дает понять, что Элар не объявлял о своем прибытии в город во всеуслышание. Он прибыл сюда тайно, как и тогда, в Бриос. Поэтому я начинаю обходить таверны, наполненные аппетитными и не очень запахами, разного рода бары, затянутые сизым дымом сигарет и парами крепких вин, и даже посещаю единственный на весь город ресторан, откуда меня прогоняет высокомерный мальчишка спустя пять минут, потому что я не собираюсь у них ужинать.
Рыжего человека с густой бородой и двух бугаев‐близнецов с ним никто не видел.
Я начинаю впадать в отчаяние, когда краем уха слышу отголоски интересного разговора в неприметном переулке между каменными домами, мимо которых прохожу. Вернувшись к углу дома, я обращаюсь в слух.
– Как ты не понимаешь, что это очень опасно?! – шипит высокий женский голос.
– Мне все равно! Я люблю ее и хочу жить вместе с ней в свободном мире! – отвечает молодой мужской голос.
Я осторожно заглядываю за угол и вижу двух людей: рассерженную, грузную, но молодую женщину и парнишку чуть младше меня. Его рыжие брови упрямо сдвинуты на переносице. Судя по схожести черт и одинаковым кучерявым рыжим волосам, они брат и сестра.
– Это все сказки для ополоумевших от любви подростков вроде тебя! – тем временем заявляет женщина.
– Вовсе нет! Сопротивление существует! Я присоединюсь к ним и помогу создать новый и свободный мир! Сиании больше не придется скрываться! Мы сможем открыто путешествовать по новому миру, как и мечтали!
– Если вас обоих сегодня же не прикончат маги крови, которых тут пруд пруди! – сердится пуще прежнего женщина. – Как ты не понимаешь, что это очень жестокие и могущественные люди? Да они разобьют ваше дурацкое сопротивление одним щелчком пальцев!
Пруд пруди? Это нехорошо. Впрочем, женщина может преувеличивать для красного словца, потому что я не заметила ни одного мага крови, пока искала Элара.
– Предводитель сопротивления очень умен! – продолжает настаивать на своем паренек. – У него есть надежный план! И он далеко не обычный человек! Человек, слышишь? Не полукровка и не эльф! Ты и сама злишься из-за того, что не можешь спокойно и открыто приобрести эльфийское снадобье, которое помогает отцу! Война с эльфами давным-давно утратила смысл, разве нет? И только король да его церковь продолжают настаивать на том, что человек – это высшее существо после проклятого бога!
– Не неси ересь, бестолковый негодник! – паренек получает хорошую затрещину от сестры, которая тут же начинает осматриваться по сторонам.
Я быстро ныряю обратно за угол.
– Я пойду сегодня на собрание, ясно? – насуплено говорит брат. – А ты как знаешь! Трусиха.
С этими словами человек отправляется в мою сторону, а его сестра шипит вдогонку:
– Я скажу отцу, что ты сбежал! Не хочу, чтобы он расстроился из-за твоей ранней и совершенно пустой кончины!
По звучанию ее шагов я понимаю, что она отправляется в противоположную сторону.
Я осматриваюсь и, не увидев ни одной живой души в душном переулке, призываю магию, а когда паренек появляется из-за угла, подхватываю его тощее тельце узлом воздуха и припираю к стене.
Его глаза выпучены от страха, грудь часто вздымается.
Я подхожу ближе и вежливо спрашиваю:
– Будь добр, скажи, где будет проходить сегодня таинственное собрание сопротивления?
Вернувшись чуть позже в гостиницу, я первым делом направляюсь в комнату Тайлоса. Я больше чем уверена, что именно на этом собрании и найду человеческого принца. А до этого нужно убедить мага, что ему туда лучше не идти.
Я решительно открываю дверь и прямо с порога врезаюсь в широкую грудь. Тай ловит мои плечи руками и недовольно произносит:
– Я уже собирался на твои поиски.
Мгновение наслаждаюсь его близостью, а затем заставляю себя отодвинуться и закрыть за собой дверь:
– Все в порядке. Кажется, я выяснила, где находится место, в котором я смогу встретиться с Эларом.
– Ты? Одна? – маг недовольно щурится. – Это исключено, Эания.
– Может, для начала ты меня выслушаешь?
– Это исключено еще и потому, – отворачивается Тай, чтобы присесть на край кровати, – что до меня дошли слухи о прибытии сразу трех магов крови. Что-то назревает. И куда бы ты там ни запланировала отправиться в одиночестве, я тебе этого не позволю.
Решительность сменяет чувство тревоги, я опускаюсь на уголок кровати, стараясь сесть насколько можно дальше от Тая, и взволнованно спрашиваю:
– Думаешь, они здесь, потому что выследили нас?
– Или у церкви появились новые способы, как влиять на твою маму, – поджимает он губы. – Как бы там ни было, мы идем вместе. А теперь можешь рассказать, куда именно и что по итогу ты сумела выяснить.
– Элар либо гений, либо полный дурак, – негромко замечает Тай.
Мы неспешно шагаем по главной улице рука об руку. То тут, то там, появляются такие же, как мы, любители поздних прогулок. Мощеные переулки освещает дрожащий от ветерка огонь – железные тарелки с углями прикреплены к каменным стенам при помощи кованых цепей. В углах притаились чернильные тени.
Мы с Тайлосом одеты для позднего посещения ресторана – того самого, из которого меня выгнали несколькими часами раньше. Но мы лишь делаем вид, что желаем отужинать в светском месте. Как только наши фигуры скроются от посторонних глаз за поворотом кармашка с резными дверями ресторана, нам предстоит постучать определенное количество раз в неприметную дверь для работников заведения, находящуюся тут же.
Это делает Тай, и буквально мгновение спустя дверь широко распахивается.
– Быстрее!
Мы повинуемся, переступая порог, и попадаем в узкий коридорчик с серыми стенами, уходящий влево. Его освещает пара тощих свечей на уровне наших глаз, закрепленных в подсвечниках на стене.