– Это произошло прошлой ночью. Я убил всю семью. Поэтому огонь, я сжигаю свою одежду. Я был весь в крови, залит гребаной кровью с ног до головы.
Делука покачал головой.
– Я не спал, я пришел домой только в четыре часа утра.
Он глубоко вздохнул.
– Зайди в кофейню и посиди со мной. Первым делом отметим приход на работу.
Когда Берт Грин вошел в столовую, он увидел, что кофе, на приготовление которого уходит несколько минут, уже готов. Он вспоминал, что Делука очень нервничал, волновался, говорил очень быстро. Он показал Берту Грину руки, на которых было несколько небольших порезов.
– Я порезался, когда разбил лампу об голову старика. Я дважды в него выстрелил. Первый выстрел был в затылок, он выбил ему зубы. Затем я выстрелил в него еще раз. Затем я подошел и застрелил старуху. С Майклом было легко, все, что мне нужно было сделать, это поднять его и застрелить…
Берт Грин как завороженный слушал, а Фрэнк Делука продолжал бессвязный рассказ о хладнокровных убийствах.
– Старик был крепким травленым волком – мне пришлось взять лампу и разбить о его голову. Он мне сказал: «Ты кто? За что ты меня так?» Я сказал ему: «Пошел ты» – и выстрелил в него еще раз. В доме не было света – я искал фонарик, чтобы убрать стекло – не смог его найти, – в конце концов я использовал свечу, чтобы прибраться. У меня был чулок, и я положил его в сумку, он сгорает вместе с остальной окровавленной одеждой…
Берт Грин вспомнил, как сказал Делуке что-то вроде того, что его «арестуют» за преступление, на что Делука ответил:
– Нет. Нет, не арестуют. Я умно замел следы.
Делука сказал, что он прибрал осколки стекла от лампы, к которым прикасался, и положил их вместе с револьвером, из которого совершил убийства, в большой мешок и потом бросил его в реку.
К счастью, работать Берт Грин должен был только до полудня того дня. По его словам, он был очень рад уйти из магазина и от Фрэнка Делуки.
В четверг, 6 мая, на второй день после убийств, Берт Грин заявил, что работал на складе, когда Делука пришел с ним поговорить. Делука был озадачен.
– Берт, я не могу в это поверить. Тела́ еще не нашли. С вечера вторника, а сегодня четверг, а гребаные тела́ еще не нашли.
Берт Грин мог только согласиться с Делукой в том, что это казалось странным.
В пятницу, 7 мая, Делука нервничал и заметно расстроился.
– Господи Иисусе, я не могу в это поверить! Эти гребаные люди лежат там мертвыми уже три долбаных дня, и их никто не нашел!
Берт согласился с боссом, что это казалось невозможным.
– Три дня как Майкл не ходит в школу, мистер Коломбо три дня не был на работе. Фрэнк, это абсурд.
Ближе к вечеру от мучительного беспокойства Делука избавился. Тела́ убитых Коломбо были обнаружены.
Часть втораяПроцесс
41Апрель и май 1977 года
В понедельник, 4 апреля 1977 года, ровно через одиннадцать месяцев и один день после убийства Фрэнка, Мэри и Майкла Коломбо, началось официальное судебное разбирательство дела «Штат Иллинойс против Патрисии Энн Коломбо и Фрэнка Джона Делуки». Фактическое заседание суда для проверки доказательств против обвиняемых должно было начаться только в среду, 18 мая, семь недель и два дня спустя. А в промежуточный период, назначенный для рассмотрения дела, судья Р. Юджин Пинчем заслушивал многочисленные досудебные ходатайства как обвинения, так и защиты, председательствовал при выборе присяжных и проводил мини-разбирательство по вопросу о том, следует ли включать в доказательства определенные предметы, полученные от Лэнни Митчелла, другие предметы, изъятые полицией по полученному Рэем Роузом и его людьми ордеру на обыск квартиры Патрисии и Фрэнка в день ареста Патрисии, а также заявление, написанное Патрисией в полиции до того, как ей был назначен адвокат.
В этот период и впоследствии на протяжении всего судебного разбирательства штат представлял Альгис – просто Ал – Балиунас, он был одним из самых способных прокуроров в прокуратуре штата. Некоторым фигурантам дела он задним числом напомнил сыгранного Майклом Дж. Фоксом в телесериале «Семейные узы» Алекса Китона, только постарше и покруглее. Другие говорили, что он стал бы идеальным братом Джеку, Бобби и Теду Кеннеди.
Балиунаса поддерживали два других заместителя прокурора штата: Терри Салливан, ангельской внешности ирландец, впоследствии выступивший обвинителем по делу серийного убийцы Джона Уэйна Гейси, и еще одна Патрисия, Патрисия Бобб – называвшая себя Патти, высокая худощавая блондинка, очень сдержанная в манерах.
Противостояли им поверенные Патрисии Коломбо, Уильям Свано и Уильям Мерфи, два молодых, преданных своему делу общественных защитника, и представлявший Делуку Майкл Тоомин, назначенный судом частный адвокат, возможно, привлеченный во избежание конфликта интересов, когда обоих обвиняемых представляют адвокаты штата.
Досудебное слушание началось с ходатайства защиты об исключении некоторых доказательств, которые намеревалось представить обвинение.
Билл Мерфи, один из адвокатов Патрисии, начал с прямого допроса старшего следователя полиции Элк-Гроув Рэя Роуза. После установления факта, что в департаменте Элк-Гроув Роуз проработал девять лет: пять – сотрудником патрульной полиции в форме, четыре – следователем, Мерфи спросил Роуза, был ли у него, когда арестовали Патрисию, наряду с предъявленным ордером на обыск, ордер на арест. Роуз признался, что не было.
Ал Балиунас, допрашивая Роуза от имени штата и явно более озабоченный доказательствами Лэнни Митчелла, чем отсутствием ордера на арест, спросил о присутствии Роуза в момент, когда Лэнни Митчелл делал свое заявление с обвинением Патрисии в подстрекательстве Романа Собчински и его самого к убийству ее родителей. Роуз действительно присутствовал. Были ли у Лэнни Митчелла в то время какие-то относящиеся к этому обвинению предметы? Да: фотографии семьи Коломбо, расписание их обычного распорядка дня и план дома 55 по Брэнтвуд. В квартире 911 – квартире Патрисии и Фрэнка – Роуз нашел лежащий на столе блокнот, бумага которого совпадала с той, на которой был нарисован план, и он взял блокнот в качестве доказательства. Явно удовлетворенный ответом, Балиунас обратился к вопросу об ордере на арест: был ли тот в конце концов получен? Да, в одиннадцать вечера, в ночном залоговом суде, после того как Патрисия Коломбо провела под стражей шестнадцать часов.
Лейтенант Фрэнк Браун показал, что он пятнадцать лет был заместителем шерифа округа Кук, девять из них в нынешнем звании. Из квартиры 911 он изъял образцы сигарет марки, идентичной найденной в обнаруженном «Олдсмобиле» Мэри Коломбо, и откровенные, сексуального характера фотографии Патрисии, которые, по его словам, он нашел на кухонном столе.
Фрэнк Делука вышел на свидетельскую трибуну, чтобы опровергнуть и дискредитировать Роуза и Брауна. Блокнот, по его словам, хранился на полке в туалете, фотографии – на верхней полке в кухонном шкафу. Ни один из предметов не был в списке на изъятие в ордере на обыск, защита утверждала, что если они не лежат на виду, они не могут быть изъяты и использованы в качестве доказательств.
На трибуну вернулся Рэй Роуз. Он показал, что Патрисия Коломбо отказалась от своего права на присутствие адвоката и сначала отрицала, что знала Лэнни Митчелла, и не признавала, что когда-либо прежде видела семейные фотографии и план.
Впоследствии, когда Лэнни Митчелла подвели к дверям камеры для несовершеннолетних, чтобы опознать Патрисию, она призналась: «Хорошо, хорошо, это написала я», имея в виду распорядок дня членов семьи. Что касается угрожающего жеста Лэнни, Патрисия сказала Роузу, что думала, что Митчелл угрожает ее жизни.
Гленн Гейбл и Рой Фиск, оба заместители шерифа с шестилетним стажем службы, отрицали, что при транспортировке Патрисии в здание Департамента полиции Элк-Гроув они говорили ей, как она заявила своим адвокатам, что ее «поджарят» на электрическом стуле за «убийство своей семьи». В то время в Иллинойсе смертная казнь не применялась, но Патрисия об этом не знала.
Джон Ландерс, который ушел из полиции Элк-Гроув на должность заместителя по административным вопросам заведующего отделом правоохранительных органов штата, показал, что он присутствовал в тот момент, когда Патрисия Коломбо писала девятистраничное заявление о своих отношениях с Лэнни Митчеллом и Романом Собчински. Он также показал, что Патрисия рассказала ему о своем «видении» о ночи убийств. По его словам, этот допрос состоялся в кабинете миссис Клаудии Маккормик, начальницы женской тюрьмы, которая приказала привести Патрисию.
Затем на свидетельскую трибуну взошла Клаудия Маккормик. Она засвидетельствовала, что встречи, о которой сказал Джон Ландерс, никогда не было. Ее секретарша, Тельма Хокинс, показания начальницы подтвердила: никакой встречи между Патрисией Коломбо и Джоном Ландерсом в кабинете миссис Маккормик не было.
Свидетельскую трибуну занял психиатр тюрьмы округа Кук доктор Пол Чериан и описал проведенное сорокаминутное освидетельствование Патрисии, в ходе которого он установил, что она сильно подвержена чувству беспомощности и безнадежности, которые он описал как острую ситуационную реакцию депрессивного типа, приводящую к психомоторной заторможенности. Проще говоря, ум и тело Патрисии замедлились почти до самого малого хода.
Крестная мать Патрисии, Джанет Морган, показала, что Патрисия позвонила ей из Департамента полиции Элк-Гроув и сказала, что она собирается сделать заявление для того, чтобы Фрэнк Делука был освобожден. Джанет спросила ее, скажет ли она правду, на что Патрисия ответила: «Нет, но так надо. Они сказали мне, что если я дам им подписанное заявление, они освободят Фрэнка».
Рита Мацукес, десять лет проработавшая секретаршей начальника полиции Элк-Гроув, показала, что слышала, как Патрисия говорила одному из полицейских, возможно, Джону Ландерсу, что «для меня главное – позаботиться о Фрэнке. Он ничего не знал о том, что я делала».