— И как долго ты собираешься злиться? — спросила я.
Он не ответил.
Я вздохнула.
— Шей, я не пытаюсь тебя обидеть. Я просто думаю, что нельзя рассказывать Рену о том, что происходит между нами, — это плохая идея. Это может все погубить.
Шей рассмеялся.
— Употребленное слово «собака» метафора.
— Ты знаешь, что я имела в виду.
Я также знала, что есть что-то большее, чем просто контроль характера Рена, но я не была уверена, что Шей мог принять эту информацию. Спасение Рена было необходимо. Я не хочу признавать то, как хорошо я себя почувствовала, когда он вернулся, когда он снова был рядом. Но постоянный гул надежды, который появился с возвращением Рена, только усилил мое чувство вины в том, что это значило для Шея. Злоба, пылающая в обоих глазах, когда Альфы смотрели друг на друга, граничила со взрывоопасным веществом. Не смотря на то, что я хотела, чтобы Рен был рядом, мне также было важно, чтобы Шей знал, что я не оставлю его. Я понятия не имею, как разделить власть между этими двумя мужчинами, не заставив Шея чувствовать себя отвергнутым. Я создала ужасный беспорядок. Шей сердился на меня, и мой инстинкт должен был быть защитным, но это ничего не решит.
Он бросил книгу в сторону, глядя на меня.
— Послушай, я понимаю, что я веду себя как полное ничтожество. Мне очень жаль. Он пробуждает худшее во мне. Всегда.
— Признание проблемы — первый шаг к выздоровлению, — улыбнулась я.
Он рассмеялся, но мгновение спустя его мрачное выражение вернулось.
— Я не могу остановить волчок — это то, чем сейчас является мой мозг, — сказал он. — Я пытаюсь понять, что значит быть Наследником, но все, чего я хочу, это выяснить, где находятся мои родители.
— Логан ничего не сказал?
Я заметила, как грудь Шея поднялась и опустилась в тяжелом вздохе.
— Он играет, чтобы получить … что-то, — ответил Шей. — Я даже не знаю, живы ли они. Я не могу прекратить думать о них …и я понимаю, что это не то, на чем я должен сосредоточиться прямо сейчас.
— Никто не будет винить тебя за это, Шей. Конечно, ты хочешь найти своих родителей.
— Сначала я должен спасти мир.
— Предполагаю, есть натянутые нити, — сказала я, улыбаясь.
— Нити привязаны к наковальням, — продолжил он. — Кстати, у нас есть собственный багаж, и я думаю, твой готов вести тебя под венец.
— Шей.
Небольшое рычание вырвалось, когда я заговорила.
— Ты знаешь, что я прав, — сказал он. — Рен думает, что ты принадлежишь ему, навсегда.
— Он — Альфа, — возразила я, не желая защищать Рена так же, как пытаться объяснять ситуацию Шею. — Он все еще видит во мне своего товарища.
— А ты видишь себя с ним?
— Это сложно, — я посмотрела на землю. Не убедительно, Калла. Не убедительно.
— Может быть потому, что он здесь, я чувствую, что ты не нуждаешься во мне.
— Как ты можешь даже думать об этом? — спросила я, избегая прямого ответа. — Ты Наследник. Только ты причина, по которой Ищейки могут победить Хранителей.
— Я думал, что Рен был лучшей надеждой на победу в этой войне.
— Нам нужно Рен, — сказала я, не обращая внимания на его сердитый взгляд. — Он может разрушить или создать союз с Воинами. Но, ни один Воин в мире ничего не может сделать против Призраков. А ты можешь.
— И, тем не менее, не похоже, чтобы я вписывался куда-нибудь с тобой, — ответил Шей. — Волки важны для тебя. Больше чем что-либо.
— Конечно, важны. Я — Альфа.
— Как и я, — заметил Шей. — Так же, как и Рен. Но я новичок в стае.
— Я знаю, Шей, — я нахмурилась. — Но, думаю, ты упускаешь суть.
— Ты — тот, кто упускает суть, Калла, — его улыбка была холодна. — Ты думаешь, быть наследником имеет для меня значение, если я потеряю тебя? Это не так. Ты — причина, по которой я должен выиграть эту войну. Я сражаюсь за тебя. Не для Ищеек. Не для кого-либо еще. Это все для тебя.
Мой пульс бил по венам, тяжело, как барабан.
Шей лежал на кровати, разглядывая мерцающие звезды над нами. Я наблюдала за ним, размышляя, что делать. Я не нуждаюсь в нем. Я не хочу нуждаться в нем. Для того, чтобы руководить, чтобы выиграть эту войну, я не могу позволить себе нуждаться в ком-либо. Но это не значит, что я…
Когда я поняла, что должно произойти, что я захотела этого, во рту у меня пересохло. Мое сердце бешено забилось, выбрасывая в кровь тепло.
— Я не нуждаюсь в тебе, Шей.
Я не смогла скрыть хриплый звук слов.
Шей буркнул, не глядя на меня. Он не видел, как я сняла рубашку.
— Но я хочу тебя, — сказала я. Мое сердце чувствовало, как ком подступает к горлу. Незрелая уязвимость — ничего подобного я раньше не испытывала. Это все бурлило во мне. Теперь я знала, на что похожа настоящая любовь. И это было жутко.
Наконец, он повернулся, убирая волосы с глаз.
— Нет, так не пойдет.
Он сел, свесив ноги через край кровати, но не встал.
Я медленно подошла к нему.
— Если бы я нуждалась в тебе, то не смогла бы быть собой.
Шей не отвечал. Я заметила, как его кадык переместился вверх-вниз, когда он сглотнул.
— Ты понимаешь? — спросила я. Мои руки дрожали.
Соблазнение было в новинку для меня. Я беспокоилась, что Шей отклонил мои чувства, но сейчас я была одной из тех, чьи нервы ранила мысль, что Шей слишком зол на меня, чтобы заключить в объятия. Что если он прогонит меня из своей комнаты? Ограничения, наложенные на Альфа-самок, не позволяли мне быть соблазнительницей, я могла быть только тем, кого соблазняли. Таинственные действия романтических отношений были все еще незнакомой территорией для меня. Мой пульс достиг такой скорости, что мог бы преодолеть звуковой барьер.
— Да, — Шей принял прежнюю позу, оперевшись на локти. — Я так думаю.
— Ты так думаешь? — я была всего в футе от него.
Медленная улыбка скользнула по его губам.
— Но стало бы понятнее, если бы ты показала мне.
Я замерла. Показать ему? Я вне игры.
— Если только… — он все еще улыбался, — ты не хочешь…
Не было и намека на страх или неуверенность в его голосе, только блеск в глазах, что делало их живыми. Я видела вызов. Волк внутри меня ответил на провокацию другого Альфы.
Это не было вопросом выбора. Инстинкт гнал меня вперед. Я стояла над Шеем, прижимая его ладонями, что заставило Альфу лечь на спину. Мои губы скривились, показав заостренные клыки. Я глубоко вздохнула, задаваясь вопросом, боится ли он меня. Но запах страха не появился в воздухе. Только запах Шея — грозовые тучи и сверкающие молнии — кружился вокруг меня, смешиваясь с дымным янтарем нашего взаимного желания.
— Это не выбор, — сухие слова сорвались с губ.
Спокойствие. Я должна сохранить спокойствие. Черт. Это было гораздо, гораздо сложнее, чем я думала. Я хотела его так сильно.
Как раз когда я смогла побороть свою страсть, изо всех сил пытаясь помнить, что мне не следовало быть здесь, в комнате Шея, на его кровати, моя решимость испарилась. Просто он был слишком близко, а его кожа слишком теплой и манящей. Я любила его. Волк внутри меня взвыл, моля о помощи. Напряжение его тела было магнитным; я не могла отвернуться.
— Правда? — Шей улыбнулся. — Что тогда?
— Промежуток в решении, — сказала я, хотя это не казалось убедительным.
— Это как раз работа для меня, — клыки Шея заострились. Он обвил меня руками и потянул на кровать. Перевернувшись, Шей прижал меня своим телом.
— Я люблю тебя, — прошептал он, прежде чем поцеловал меня. Я ответила ему, до боли желая быть ближе.
— Я знаю, что ты не нуждаешься во мне, Кэл, — сказал он, шевеля губами по моей шее. — Вот почему я люблю тебя. Но я хочу, чтобы ты знала, что я принадлежу тебе, я с тобой. Я не был избран для тебя, но я хочу быть твоей парой. Твоим Альфой.
Его слова пронзили меня, словно электрический ток желания. Он понимал так много о том, кто я такая. Знал, чего я хотела. Как я жила и любила. Жар охватил мое тело. Я просунула руки под его футболку, пробегая пальцами по мускулистой спине. Он стянул майку через голову. Мое сердце забилось при виде форм его торса, переходящего в бедра. Все остальное тело прикрывали пижамные штаны. В следующий момент инициативу проявила я.
Как и остальную часть снятой одежды, я похоронила вялые сомнения. Одна ночь отмены навязанных мною правил для успокоения Шея, не могла навредить. Или могла?
Каковы бы ни были последствия того, как руки и губы Шея двигались по моему телу, я знала, каким глупым был мой вопрос. Я пришла в комнату Шея поздно вечером не для того, чтобы избавиться от сомнения по поводу моих чувств. Я была здесь для себя.
Я запустила пальцы в его волосы, придвигая его лицо ближе к моему.
— Я люблю тебя, Шей. И так будет всегда.
6
Есть причина, по которой они выбрали следующее утро. Я проснулась до рассвета с сердцем, вырывающимся из груди. Серый свет просачивался через комнату. Облака собирались всю ночь, оставив кусочек неба над комнатой синевато-серого цвета.
Я молча выругала себя за то, что поспешила натянуть одежду и выбраться из комнаты Шея прежде, чем он проснулся. Я не только почувствовала себя полной сукой, оставляя его не один, а два раза, но и взвесила возможные последствия моего решения остаться с ним ночью. Все это навалилось на мои плечи как тяжелые камни.
Вопросы все еще метались в моей голове, когда я схватила чистую одежду и бросилась в душ. Узнает ли Рен? Будет ли Шей злорадствовать и спровоцирует ли драку? Бесчисленные худшие варианты развития событий перестали возникать у меня перед глазами, когда я села в ванну, все они заканчиваются одинаково — смертью Шея, Рена или моей и уничтожением союза. Прямо сейчас встреча с Воином-медведем или даже с Призраком имела большую привлекательность, чем последствия любви всей моей жизни.
Когда я вымылась, меня охватило сожаление, следуя за мной, словно тень. Я не хочу делать вид, что прошлой ночи с Шеем не было. Каждый поцелуй, каждая ласка, которые я разделила с ним, были правильными, и я хочу его еще больше, но не могу раскрыть себя стае, иначе наша миссия может оказаться под угрозой срыва. Недавние воспоминания о ночи, когда руки Шея обнимали меня, послали горячую дрожь по моей коже, но я понимала, что мне придется оттолкнуть их. Как и много раз раньше, я должна была выбирать между долгом и страстью. Слишком многое поставлено на карту, чтобы по