— Откуда? — горько усмехнулась Лулу. — У меня даже кошеля нет. Всё на Острове осталось.
— Лиза?
— Нет, — неохотно ответила девушка, не смотря на меня.
— Это плохо. Будем пить мою и экономить. На ближайшем острове наберём ещё.
Как только я закончил, со стороны рулевой рубки раздался крик Третьего:
— Земля на радаре!
— Удача благоволит мне, — я подмигнул девушкам.
Как оказалось — сглазил. Мы и правда наткнулись на заселённый остров, у которого был свой порт. Только вот на причале качались около десятка кораблей с флагами Скандинавии. Все — потрёпанные. Некоторые судна — сильно повреждённые.
— Я знаю этот остров, — заговорила первой Лулу после того, как мы все по очереди посмотрели на флотилию через подзорную трубу. — Его называют Туманной Подковой. Это ближайший остров от Туманного Серпа.
— Долго нам плыть до следующего? — я посмотрел на небо. Как назло — ни единого облачка.
— На паруснике дней десять. А на Бесе — не знаю. Но не думаю, что быстрее. А с той черепашьей скоростью, которая у нас сейчас — дней двадцать.
— Тогда решено. Скандинавы тоже должны были нас заметить, прятаться нет смысла. Поплыли к Туманной Подкове. Только место найдём получше, желательно с обратной стороны от флотилии Скандинавии…
Глава 8. Туманная Подкова
Граница Карского Моря и Северного Ледовитого Океана.
Над морской гладью зависли три больших дирижабля — матово-чёрный, чёрно-золотой и жёлтый.
— Тут след теряется, — из чёрно-золотого дирижабля раздался старческий голос, распространившийся на километры вокруг. — Они попали в Танец смерчей. Но выжили.
— И где они сейчас? — из чёрного дирижабля послышался более громкий голос, судя по всему принадлежащий молодой девушке.
— Неизвестно. Зона Танца непрерывно движется, они могут находиться в сотнях километрах отсюда.
— Предлагаю разделиться, — заговорил молодой мужчина из жёлтого дирижабля.
— Согласна.
— Согласен.
Три дирижабля повернули в разные стороны и начали набирать скорость, пока не скрылись вдали.
Наш корабль медленно плыл вокруг Туманной Подковы. Пока Лупа рулил, Третий и Мясо пытались найти удобное место для причала. У нас не было ни лодок, чтобы спустить их на воду и приблизиться к острову, ни лишних костей, чтобы построить плот.
Мы с Лулу стояли на носу корабля и молча смотрели вперёд.
— Эта девушка, Элизабет, — заговорила Лулу. — Она родом с Островов Англов. Ты в курсе?
— Да, — не удивлён, что Лулу её узнала.
— И она очень сильна. Чуть слабее меня, но учитывая её возраст… Она гений, — голос Лулу звучал тоскливо. — Не понимаю. Раньше я считала себя самой талантливой на Терре.
Я хмыкнул.
— Но потом встретила Нату. После неё — тебя и Тень. Теперь вот эта Элизабет. Куда ни плюнь — одни гении кругом. Как гулей нерезаных.
Лулу явно было тяжело признавать, что она на самом деле не такая уж исключительная, как ей говорили в Иране. Уверен, там у неё было много подпевал, которые день и ночь хвалили её талант и силу.
— Я только артефактор хороший. Как воин так себе. Пока что.
— Ну-ну. Ты перебил шайку Левого, а там некоторые бойцы были очень сильны для Деусов. Так что не гули тут.
— Но до тебя мне далеко. У Богослова были крылья, а они вроде как бывают только у Квадро. И ты его ранила настолько сильно, что он не смог нас преследовать.
Лулу поморщилась и недовольно на меня посмотрела.
— Мой огонь обжёг его. Но основной урон нанёс Буш.
— Каким образом? — я припомнил, как Лулу попросила помощи и Буш просто вытянул руку вперёд и сжал ладонь в кулак.
— Не знаю, — Лулу раздражённо дёрнула щекой. — Не может быть такой силы у обычного Чернокнижника третьей метки. Даже он талантливее меня.
— Вижу, ты приняла свою судьбу и признала меня капитаном, — я решил сменить тему. Пусть Лулу сама разбирается со своими психологическими проблемами. Они у неё, видимо, в самом детстве корни берут, тут поможет только время.
— Да. Ты спас мне жизнь, как бы это неприятно ни звучало. Но мы с тобой не обговорили срок. Сколько я буду в твоей команде? У меня много своих дел.
— Ты останешься со мной, пока я не стану сильнее, — чуть подумав, решил я. На самом деле, если Лулу захочет по-настоящему уйти, она не станет слушать меня и просто скроется, когда мы высадимся на один из островов. Вряд ли я её остановлю, она очень быстрая.
— Это может длиться вечность.
— Я постараюсь помочь тебе с главным узором. У меня есть хорошие знакомые, которые могут подсказать местоположение Огранца с узором Призыва Лошади или владельца Глаз Козерога третьей звезды.
Надеюсь, что Эми не откажет в маленькой просьбе. Скорее всего, она в силах мне помочь, всё же её мать — дочь нипонского Императора.
— Ты собираешься меня в долги до конца жизни загнать? — проворчала Лулу.
— Да.
— Гуль проклятый.
Лулу достала из закреплённого на левом боку кошеля два свёрнутых листа бумаги и протянула мне.
— Как обещала. Узоры Кровавой Нити и Гигантизма.
Я с нетерпением взял и развернул листы. Оба узора оказались средними по размеру, что меня немного расстроило. Если нарисую их — у меня будет двадцать два очка из возможных двадцати четырёх. Интересно, а кто-нибудь из ребят, которые переселились в этот мир, придумал, как увеличить этот коэффициент? Как он вообще называется?
Предел прочности Огранённого, выраженный в числовом эквиваленте, — подсказала Алиса.
А, теперь понятно, почему я не запомнил. Название слишком длинное.
— Вижу! — крикнул Третий. — Подходящее место!
— Принял! — я аккуратно свернул листы и убрал их в кошель. Оба узора довольно сложные, мне требуется тренировка на Гранёной Доске.
Туманная Подкова не соответствовала своему названию — на острове не было и клочка тумана, и он имел форму неровного треугольника, а не подковы. Корабли Скандинавии стояли примерно в середине самой длинной стороны треугольника. Мы же сейчас подплывали ближе к углу, который находился на противоположной стороне от причала.
— Ты назвала остров-черепаху Древнейшим, — продолжил я разговор. — Что это значит?
— По легенде у Люцифера был флот, которого боялись все гегемоны той эпохи, даже Иран. И судна этого флота делились на три когорты. Шесть Древнейших кораблей, шестьдесят Старейших и шестьсот Могущественных. Все корабли пронумерованы. Вы были на втором.
— Шестьсот шестьдесят шесть?
— Да. Число Люцифера.
Я едва сдержал смешок. Старик Альберт и тут отличился.
— И все шесть Древнейших суден имеют вид черепахи?
— Да. Люцифер — первый Чернокнижник на Терре. Он смешал свои гены с генами Коробчатой Черепахи.
Я удивлённо уставился на Лулу.
— Чего? — она подняла бровь.
— Люцифер обладает генами… черепахи?!
— Да. Это общеизвестный факт. А что? — Лулу подозрительно сощурилась.
— Да так… — не стал говорить ей, что ожидал большего. Величайший злодей планеты, Дьявол этого мира, абсолютное зло во плоти, судя по книгам церковникам, и… черепаха?!
— Множество легенд ходит о Люцифере, — спокойным, даже несколько мечтательным голосом, заговорила Лулу. — Существует легенда, что он смог порвать Оковы Родословной и до сих пор живёт на Терре, в самых глубоких водах океана. Но в Иране считают иначе. Мои учителя говорили, что Люцифер после поражения в битве с Аннабель, полностью разочаровался в Пути Земли, который сам же создал, и сосредоточился на Пути Звёзд.
— Что за Оковы Родословной? — корабль замедлился, мы подплывали к песчаному берегу. Справа от него — каменные неровные выступы, а слева — странные колючие деревья, переплетённые между собой. На берегу лежали большие серые камни, а за ними начинался редкий лес.
— У каждого зверя свой предел развития. Например, Синеглазая Акула, которая плавает в этих морях, может достигнуть максимум четвёртой метки. Больше просто некуда расти, зверь достигает пика и одновременно с этим — предела эволюции. И каждый Чернокнижник, который свяжет свои гены с Синеглазой Акулой, не сможет подняться выше четвёртой метки.
— Капитан, — ко мне подошёл Лупа и опасливо глянул на Лулу. — Установим пушку?
На последних словах его глаза загорелись, как у ребёнка, который увидел красивую игрушку.
— У нас ядер нет, — я поморщился. — И я её не для боя подобрал. Хочу изучить.
— Ладно, — Лупа поник. — Да, ещё. Отпустим Мясо на Туманной Подкове? Дальше из-за собак сложно будет плыть.
Собаками в Империи Русов называли скандинавов, вкладывая в слова всё своё презрение.
— Хорошо.
Когда Лупа отошёл, Лулу спросила:
— Ты умудрился ещё и пушку сберечь?
— Решил изучить узоры, — нейтральным голосом ответил я. Не стал упоминать, что из-за этой пушки мы едва не погибли. Сам артефакт я нашёл на поле битвы Ордена Льва с Костяной медузой — на берегу разрушенного причала. Англы почему-то не забрали пушку. Ну, я и решил захватить её с собой, для изучения.
— Смотрю, ты больше не злишься на Лупу, — корабль постепенно замедлялся.
— Он, конечно, то ещё животное, — Лулу поморщилась. — Но он спас меня. Обожжённую и никому не нужную девушку-веника. А я помню добро.
Наконец-то корабль остановился в нескольких метрах от берега. Ближе просто не получится — встанем на мель.
— Третий, ты остаёшься тут. Если увидишь корабли скандинавов — подай знак.
— Да! — Третий серьёзно кивнул. В руках он держал старый костяной рожок, который ему вручил Лупа. Как сказал лысый Чернокнижник — осталось из прошлого. Сам я тоже думал над системой сигналов и сперва хотел сделать из костей свисток. Но раз нашёлся рожок — так ещё лучше.
— Лиза, — я повернулся к подошедшей девушке.
— Я пойду с вами, — холодно сказала она. — Ты можешь умереть без моей защиты.
Вот как. Значит, смирилась всё-таки с приказом Ордена Льва. Или ей стало скучно и захотелось на землю выбраться?