В памяти всплыли насмешливые голубые глаза, но я сразу же отогнала эти воспоминания. Всем известно, что исключения только подтверждают правила.
— Мэтрисс Фрейзер — демон в юбке, — продолжала морталистка, — дама со стальными.. нервами. Лучше ей поперек не становиться, раздавит и не заметит.
После таких рекомендаций любопытство наше разыгралось, и мы то и дело оглядывались на входную дверь. И мэтрисс Фрейзер не подкачала.
Вошла она эффектно — дверь хлопнула так, что мы подскочили на своих стульях. И выглядела столь же впечатляюще: довольно высокая, щедро награжденная природой формами и объемом, с широкими плечами и большими руками, затянутая в ярко-красное платье. Ее огненно-рыжие волосы были уложены в высокую прическу. Всей своей фигурой она выражала энергичность и боевой настрой. Гомон смолк, но через мгновение с задних рядов раздался восхищенный присвист.
— Свистеть будешь милке на рынке, — хрипловатым резким голосом отбрила мэтрисс, сложив руки на груди. — Значит так, детки. Вы, наверное, думаете, что вытащили счастливый билет, вы теперь всесильные маги и вам можно все? Так вот, это не так. Билет-то вытащили, теперь ваша основная задача не спустить его к демонам в трубу. Поэтому наше первое занятие будет не про основные понятия и прочее, а про то, что бывает с теми мальчиками и девочками, которые возомнили себя крутыми магами.
— А сама-то.. ишь фря какая, — раздался шепот с предпоследнего ряда.
Все замерли.
Мэтрис Фрейзер очень неспешно подошла к произнесшему эту фразу парню. Остановилась и, щелкнув пальцами, создала яркий пульсирующий огонек, похожий на толстого жужжащего шмеля. «Шмель» мигом подлетел к парню и впился в вихор его каштановых волос, оставляя от него лишь пепел.
— Ай! — вскричал парень от испуга.
— А теперь пошел вон из класса, — все так же спокойно произнесла эта страшная женщина. — Я разрешу тебе вернуться, когда ты принесешь мне правовое обоснование того, почему я могу себе позволить подобные действия, а ты нет. С указанием источников.
— Если вы еще не поняли, вы не в обычной школе, — продолжала она, обращаясь уже ко всем, пока жертва собственного языка шагала к выходу. — Будьте любезны держать при себе свои слова и эмоции. Иначе.. Вариант первый — выжигание дара...
И мэтрисс пустилась в пространные объяснения этой ужасной процедуры. За нарушение каких законов эта кара применялась и применяется в наше время. В каком случае суд принимал положительное решение, а в каких менял наказание на более мягкие. Дальше последовали другие варианты наказаний, вплоть до штрафов, выговоров и принудительных работ на пользу государства.
Отдельным разделом шел устав нашей школы, в котором за любое воздействие магией на человека, не одобренное куратором, ученик мог быть серьезно наказан вплоть до отчисления из школы (а это автоматически означало как минимум — запечатывание на время, а как максимум — все то же выжигание ). К концу урока я в очередной (наверное, в сотый уже) раз пожалела, что у меня прорезался хоть какой-то дар.
Урок мэтрис Фрейзер произвел на меня такое оглушительное впечатление, что я бы забыла после уроков зайти за учебниками, если бы мне не напомнила об этом Элси. С ней вместе мы и пошли в кабинет наставника.
В подсобном помещении кабинета на нескольких сдвинутых столах высились башни из учебников. Мы с Элси недоуменно переглянулись, — унести все это за один раз вряд ли было возможно. А с учетом того, что помимо книг, нести предстояло еще и по горшку с землей, «вряд ли возможно» стремительно приближалось к « и думать забудь».
Пришлось смириться с тем, что придется делать до общежития несколько рейсов. И пока мы ходили туда-сюда с сумками, набитыми книгами, и горшками в руках, успели разговориться и даже сблизиться.
— Хорошо воздушникам, — мрачно пыхтела одноклассница. — Наколдовали себе воздушную подушку — и все за один раз унесли.
— Ага, или водникам: взяли санки, заморозили дорожку к общежитию — и нет проблем.
— Или эмпатам: очаровали первого попавшегося парня — и он сам все тебе донес .
— О! — протянула я, — представляю, как разъярится Ханна. Не благородное это дело — учебники с горшками таскать. — Ммм... Мне показалось, или вы не очень-то ладите?
— Ну, в ее представлении я с ней должна организовать благородное общество и воротить ото всех остальных нос.
— Тогда ее ждет неприятный сюрприз, — усмехнулась Элси. — Происхождение здесь мало кого волнует. А вот то, насколько ты крут в магии — да.
После второго захода мы едва-едва успевали на обед. Пришлось, не переводя дух, спешить в столовую. Алисию я не нашла взглядом ни за столиками, ни в очереди на раздачу. Или она уже убежала, или не приходила. Обзаведясь подносами с едой и не найдя свободных столиков, мы с Элси решительно подсели за столик к парню в очках из нашего же класса. А еще через несколько минут приветливо помахали рукой идущей с подносом Ханне. Видимо, все же наш столик оказался самым «приличным», так как к нам она и подсела. Беседовала, правда, в основном с Роем (так звали нашего одноклассника), меня же по-прежнему игнорировала.
После обеда мы наконец-то расползлись по своим комнатам чтобы немного отдохнуть и приготовиться к следующему учебному дню.
Алисию я увидела только к вечеру. К этому времени я успела перевести дух, переодеться, разложить учебники, сделать пару уроков на завтра и даже просадить несчастное зернышко зимней фасоли в землю, полить его и изобразить руками несколько пассов (бесполезных, надо сказать).
Усталая, но весьма довольная, соседка вошла в комнату, с порога осведомилась:
— Ну как первый учебный день, живая? — и бросила на кровать свою сумку.
— Ага. — и я в общих чертах рассказала ей о своих впечатлениях . В особенности о мэтрис Фрейзер.
— Да! — отозвалась Алисия — это крутая тетка. Моя наставница, кстати.
Видимо, в моих глазах хорошо читалось сочувствие, потому что огневичка рассмеялась.
— Она мне здорово вправила мозги пару лет назад. Я та еще оторва была. Знаешь, чем славны молоденькие огневички?
— Сильными эмоциями?
— Хм.. можно и так сказать. Огонь свербит внутри, жжется. Парни дерутся частенько, а девчонки.. вешаются на парней.
Я удивленно подняла брови.
— Не знала? Демона мне под хвост, остались же еще неиспорченные люди, — криво ухмыльнулась Алисия, — Ну вот... парни, выпивка, все дела… Учебу я почти забросила. Все могло закончиться печально, если бы в один прекрасный момент Фрейзер не взяла бы меня за грудки и не сказала прямым текстом, что если я не хочу закончить жизнь в веселом доме, пора завязывать со всем этим дерьмом. И не показала бы небольшую стопку карточек — на них имена девчонок, которых Фрейзер не смогла вытащить с улицы. Кто попал на нож или в кутузку за связь с преступностью, кто пропил последние мозги, кто стал жертвой клиента-живодера. Она всех помнит по именам, и до сих пор это ее личная демонова Бездна.
Алисия задумалась было на мгновение, а потом хитренько, но чересчур весело мне подмигнула.
— Так что бойтесь ее конечно, но не слишком сильно. Больше чем надо она не орет. Ладно, невинное дитя, — тут же сменила тему огневичка, — идешь на ужин? Просто умираю с голоду.
Все еще под впечатлением от ее рассказа, я набросила накидку и мы пошли в столовую. Прав па, очень прав — нельзя судить людей ни по манерам, ни по словам, только по поступкам. И если смотреть так, то у Алисии и мэтрис Фрейзер есть нечто общее — обе грубоваты, но честны, и, кажется, стоящие люди.
К этим мыслям я вернулась поздним вечером, когда ложилась в постель. В голове проносились события этого дня. Посмотрим, что будет завтра, подумала я, погружаясь в сон.
— Сегодня мы снова у Лая в мастерской. Мы — это я, сам Лай и наш черноволосый мрачный морталист. Юноши уже который час за работой — мастерят актефакт за артефактом — маг смерти связывает заклинания, а маг земли накрепко запечатывает их в браслеты из агатов. Я же на подхвате : подать нужный инструмент, поднести воды, размять усталые мышцы, стереть полотенцем пот, попадающий в глаза. Все мы который день спим урывками, все на нервах, а эти двое еще измотаны напряженной работой.
Дверь резко открывается, и входит Рид. По сравнению с ним мы втроем можем сойти за румяных и отдохнувших. Бледное лицо, темные тени под глазами, заострившиеся черты лица. Кажется, он держится на ногах на одном упрямстве.
— Нужно еще. Боли снова усиливаются.
Наш мрачный друг сгребает в охапку готовые артефакты и подходит к вошедшему.
— Вот, держи. Отнеси все сразу, и, пожалуйста, Рид, иди спать. Мы все должны быть в форме, иначе, — он растирает пальцами переносицу ,— вряд ли что-то выйдет.
— Где Эд?
— Готовит иллюзии, чтобы нас не спалили как младших школьников.
— Спасибо, Тери, — Рид тяжело хлопает брюнета по спине. Я в долгу перед всеми вами.
С этими словами водник спешит обратно к своей матери.
Тери возвращается за стол и устало проводит ладонью по лицу.
— Я мог бы освободить ее от жизни хоть сейчас, — говорит он глядя перед собой, — и это было бы самым милосердным, что можно придумать.. Но демоново время, нам всем нужно время..
Он прав, мы все знаем об этом. Оставшееся время жизни матери Рида — это все, что есть у нас, чтобы приготовить себе хоть какое-то подобие защиты. И, как ни противно признавать, по большей части из-за меня.. Именно мне предстоит в скором времени стать мачехой нашего водника.. А значит, как только душа матери Рида отправится к Источнику, мою жизнь можно считать законченной. Дольше пары лет она не продлится. И мы все слишком хорошо понимаем, чем обусловлен этот выбор, и какие планы вынашивает один из самых сильных магов королевства. Именно поэтому Лай и Тери как ненормальные мастерят обезболивающие артефакты, а Эд готовит нам прикрытие. И остается только надеяться, что у нас все получится, иначе.. нет-нет, не думать об этом..