— Конечно, она была жива.— Красивые глаза широко открылись.— О, вы думаете, что мистер Бентинк-Джоунс мог убить Иакту, пока я спала,— подкрасться сзади и оглушить ее, прежде чем она успела закричать и разбудить меня?
— Питер Трубоди сказал, что видел вас обеих с холма и подумал, что ваша сестра мертва.
— Знаю. Я все объяснила глупому мальчику на танцах. Бедная Ианта потеряла сознание, а я случайно уронила ее голову на камень. Но она ушиблась не так сильно, чтобы получить рану... О, понимаю, вы думаете, что произошел несчастный случай, а я потеряла голову и наболтала всякой лжи.— Женщина, до сих пор говорившая медленным усталым голосом, последние слова произнесла неожиданно быстро.
— Жаль,— промолвил Найджел.— Ибо, насколько я понимаю, у Бентинк-Джоунса был весьма сильный мотив для убийства Примроуз Челмерс.
— Вот как — теперь уже Примроуз? — буркнул Айвор.
— Да. Если в этом деле хоть что-нибудь ясно, так это то, что убийца считал, что Примроуз видела его преступление.
— Н-но вы сказали, что убийство п-произошло не на корабле,— запинаясь, произнес Никки.
— Так оно и есть. Примроуз шпионила за мисс Эмброуз, когда та загорала в бухте. Она записала в своей книжке то, что видела. Когда обнаружили ее тело, записной книжки не оказалось ни в спорране, где она всегда ее хранила, ни в ее каюте. Бентинк-Джоунс наконец признался мне, что украл записную книжку — по его словам, с трупа. Чернила расплылись и стали нечитаемыми. Разобрать было можно только последнюю запись, сделанную карандашом.
— Но я же рассказал вам, что она записала!— воскликнул Айвор, вытирая лоб.— Это не имело никакого отношения к убийству мисс Эмброуз!
— Да, вы рассказали под сильным давлением. Но откуда мне знать, что вы говорили правду? Вы признались, что украли записную книжку, уверяя, что взяли ее с мертвого тела. Но предположим, что вы украли книжку у живой девочки и узнали, что она была свидетельницей вашего преступления на острове? Книжка была у вас, но знание оставалось в голове у ребенка. Поэтому Примроуз должна была умолкнуть раз и навсегда. Естественно, когда я допрашивал вас утром, вы сообщили ложную версию того, что она записала.
— Вы проклятый обманщик!— пробормотал Айвор, злобно глядя на Найджела.
— Зачем кому-то могло понадобиться убивать ребенка, если только не с целью уничтожить доказательство, своего преступления? Кто, кроме вас, знал о существовании этого доказательства в записной книжке?
— Не забудьте,— возбужденно вмешалась Фейт,— что вчера вечером я видела, как он шел за Примроуз к плавательному бассейну.
— И еще один свидетель видел Примроуз, идущую в том же направлении вместе с женщиной, которую упомянутый свидетель принял за Ианту Эмброуз. Я вынужден снова спросить у вас, миссис Блейдон: имел ли этот человек какую-то власть над вами и вынудил ли он вас изображать вашу сестру?
Женщина провела ладонью по лбу.
— А « вынуждена снова вам ответить: нет.
— Очень хорошо,— промолвил после паузы Найджел.— Оставим идею вашего вынужденного соучастия. Но боюсь, что это открывает перед нами еще менее привлекательную перспективу. Допустим на момент, что Бентинк-Джоунс не убивал мисс Эмброуз и что его показания о том, что Примроуз записала в своей книжечке, правдивы.
Подойдя к двери, Найджел обвел взглядом четверых слушателей и вынул из кармана лист бумаги. В каюте становилось жарко — на лбу Фейт, у корней светлых волос, выступили капельки пота; Айвор снова вытер физиономию; смуглая кожа Никки поблескивала, как полированное дерево. Все трос казались пребывающими в полной растерянности, словно потерпевшие кораблекрушение, дрейфующие неизвестно куда в лодке без парусов и весел.
Найджел развернул лист бумаги.
— Вот что видела Примроуз — плетеную сумку, выплывающую из-под скалы, и руку и голову пловца, поймавшего ее.
Он сделал паузу. Молчание прервала Фейт:
— Что с вами, миссис Блейдон? Вы плохо себя чувствуете?
— Это все, что она видела? — осведомилась женщина.
— Все, миссис Блейдон,— кивнул Найджел.
Женщина, застывшая в причудливой позе, сердито встряхнулась.
— Тогда из-за чего вся эта суета?
— Примроуз думала, что пловцом, которого она видела, была Ианта. У пловца была темная голова — по ее словам, «как у тюленя»,— и не было купальной шапочки. Миссис Блейдон всегда носила желтую шапочку. Но Ианта всем говорила, что не умеет плавать. Примроуз решила, что это была Ианта и что она поймала ее на лжи. Миссис Блейдон, вы никогда не упоминали об уплывшей в море плетеной сумке.
— Боже мой, не могу же я вес помнить,— раздраженно ответила женщина.
— Когда это произошло?
— Как раз перед обмороком Ианты. Как я вам говорила, я пыталась оттащить ее в тень. При этом я случайно столкнула ногой сумку со скалы в воду.
— А потом Ианта потеряла сознание?
-Да.
— И вместо того, чтобы приводить ее в чувство, вы поплыли за сумкой?
— Я поплыла за ней именно для того, чтобы привести Ианту в чувство. В сумке был флакон нюхательной соли.
— Понятно.
— И я так спешила, что не надела шапочку. Ну что, это облегчило вам душу?
Найджел снова заглянул в лист бумаги.
— Примроуз была почти уверена, что видела Ианту. Она придумала план, чтобы убедиться в этом. Этот план явился причиной ее смерти — я вскоре к этому вернусь. Сперва позвольте мне реконструировать убийство в бухте.— Он опять обратился к трем остальным присутствующим, словно четвертой в каюте не было.— Миссис Блейдон оглушила сестру тяжелым камнем...
— Вы с ума сошли!— воскликнул Никки.— На пляже, где кто угодно мог ее видеть?
— Она и ее сестра пробыли там час или два — достаточно, чтобы убедиться, насколько это уединенное место. Единственными людьми, появившимися там, были Челмерсы, от которых Ианта быстро избавилась, к счастью для ее сестры. Они находились у самого моря, скрытые с одной стороны тропинки крутой нависающей скалой и валунами.
— Но любой, идущий с востока, мог их видеть,— возразил Никки.— Стоит только обогнуть выступ холма, идя по тропинке из гавани, и открывается вид прямо на бухту...
— Вы, кажется, отлично знаете это место, Никки.
Администратор круиза бросил на Найджела сердитый взгляд и угрюмо замолчал.
— Дело в том, что по каменистой тропе нельзя идти бесшумно. Вы бы услышали шаги приближающихся людей, прежде чем они обогнули бы насыпь. Звуки быстро разносятся в морском воздухе. Как я говорил, миссис Блейдон оглушила сестру камнем, потом втащила тело в воду и затолкала под скалу. Она не могла знать., что Питер Трубоди наблюдает за ней с холма..
Фейт Трубоди шумно выдохнула воздух.
— Питер увидел Ианту, лежащую на скале у воды. Он увидел миссис Блейдон — обнаженную, если не считать купальной шапочки,— которая подняла голову сестры и уронила ее па камень. Миссис Блейдон только что ударила Ианту и хотела убедиться, что она без сознания. У Питера создалось впечатление, будто Ианта мертва,— что соответствовало действительности. Это вызвало у него шок, и он убежал не оглядываясь. Причиной шока было то, что, хотя Питер и не видел, как все произошло, инстинкт подсказал ему, что миссис Блейдон ответственна за смерть Ианты. Он не мог оставаться там ни минуты. Если бы он сделал это, то увидел бы, как миссис Блейдон втащила тело сестры в воду и запихнула под скалу, где никто, идущий по тропинке, не мог бы его заметить. Когда она это делала, купальная шапочка свалилась у нес с головы. Выйдя из воды, она увидела, что ее платье и плетеная сумка упали в море и сумка плывет от берега. Миссис Блейдон прыгнула в воду, не надевая шапочку, потому что ей было очень важно не потерять сумку, в которой лежала карточка высадки Ианты.
Глаза женщины, ставшие ошеломленными и встревоженными, вновь встретились с глазами Найджела.
— Вы не должны говорить такие ужасные вещи!
— Избавившись от тела и достав из воды сумку и мокрое платье, миссис Блейдон надела купальный халат и перешла на другую сторону бухты, где могла высушить платье на солнце. Мистер Челмерс застал ее там примерно через полчаса. Кстати, он сказал мне, что «ее купальные принадлежности и платье сохли на камнях»,—интересная подсознательная уверенность, ибо он едва ли мог видеть с тропинки, что платье было мокрым. Несмотря на предупреждение мистера Челмерса, что уже поздно, миссис Блейдон чуть не опоздала на корабль, не так ли?
— Я повредила лодыжку и поэтому задержалась.
— Миссис Блейдон должна была прибыть как можно позднее. Появившись на борту в последнюю минуту, она могла среди общей суеты легко подсунуть контролеру карточку Ианты вместе со своей. Ей это удалось. Теперь существовало доказательство, что Ианта вернулась на корабль. Это было очень важно, так как если бы остальные детали плана миссис Блейдон не сработали, следствие быстро обнаружило бы, что фактически никто не видел Ианту идущей назад по тропинке, ожидающей на причале или возвращающейся на «Менелай».
Найджел прочно завладел вниманием публики. Они словно чувствовали, что, заведя их в несколько тупиков, он наконец вывел их на открытую дорогу. Подобно присяжным, возвращающимся, чтобы вынести вердикт «виновен», они отводили глаза от женщины «на скамье подсудимых». Никки, казалось, хотел протестовать, но был не в силах это сделать. Бентинк-Джоунс расслабился и наблюдал за Найджелом с выражением наполовину скептическим, наполовину уважительным. Фейт Трубоди, охваченная приступом нервной зевоты, ерзала, грызла ногти и теребила светлые волосы. Что касается женщины, обвиняемой Найджелом, то напряженная поза и беспокойный взгляд свидетельствовали об испытываемой ею тревоге. Послышался гудок корабля, и она резко вздрогнула.
— Мы уже подходим к берегу? — спросила Фейт с нервным смешком.
Найджел продолжал, говоря немного быстрее:
— Миссис Блейдон видят за обедом одну. Она сообщает нам, что отнесла Ианте фрукты в каюту, что Ианта чувствует себя лучше и придет на лекцию. После обеда миссис Блейдон проводит некоторое время в барс, потом уходит «переодеться для танцев». Она идет к себе в каюту, удаляет макияж й надевает одежду сестры. Помните, что после того, как двух сестер видели в бухте, больше никто не видел их