е людей создается межведомственный параллелизм, который еще более распыляет силы. Крупская пишет, что съезд должен скоординировать работу, наметить перспективы деятельности всех учреждений, занимающихся внешкольной работой, дать конкретный план на будущее, подвести итоги проделанного пути.
Съезд открылся 6 мая 1919 года в Колонном зале Дома союзов. На него приехало более 700 делегатов. Приглашали" правда, гораздо больше, но многие делегаты по мобилизации ушли на фронт. Среди делегатов было много беспартийных.
Придавая этому съезду огромное значение, Владимир Ильич выступил на его открытии с приветственной речью "Об обмане народа лозунгами свободы и равенства". Он показал, что подлинная демократия — демократия большинства, демократия пролетариата может быть осуществлена лишь Советской властью.
Надежда Константиновна выступила на съезде с докладом "Текущий момент и внешкольное образование". Она говорила о значении внешкольной работы, о тесном слиянии политического и профессионально-технического образования, о том, что к знаниям тянутся самые широкие, глубинные слои населения. Но "в деле внешкольного образования мы сделали еще слишком мало. Мы еще работаем в одиночку. Не вовлекли еще в нужной мере в работу массу… Нам необходимо наладить работу как можно скорее, потому что все существование Советской республики зависит от того, сумеем ли мы вовремя сорганизоваться".
Две недели длился съезд. Делегаты рассматривали его как семинар, как школу, которая должна помочь им в их практической деятельности. Надежда Константиновна внимательно слушала выступления, делала записи, многих делегатов приглашала в Наркомпрос для личной беседы. Съезд принял важнейшие резолюции — о школах для взрослых, о пролетарском университете, о работе среди рабочей и крестьянской молодежи, об организации лекционного дела, о народных домах, клубах, библиотеках. "Одним словом, — писала Крупская, — съезд пришел к заключению, что весь громадный внешкольный аппарат должен служить целям углубленной коммунистической пропаганды, имеющей целью открыть массам глаза на все явления, происходящие в природе, и на структуру современного общества и его развитие".
Съезд выработал специальное общее положение "Об организации дела народного образования в Российской республике". Во всех документах, резолюциях, принятых съездом, немалая доля труда Надежды Константиновны Крупской.
Крупнейшим событием в мировой истории явилось создание III Коммунистического Интернационала. 2 марта 1919 года в Митрофаньевском зале здания правительства открылась международная коммунистическая конференция, которая вошла в историю как I конгресс III Коммунистического Интернационала — его создание было оформлено 4 марта.
Приехали представители 30 стран — было всего 52 делегата с решающим и совещательным голосами. Надежда Константиновна получила гостевой билет. Среди гостей конгресса было много товарищей, приехавших с мест. Как-то в перерыве Ульяновы встретили Серафиму Ильиничну Гопнер, она тогда работала на Украине. Она увидела, как похудела, изменилась Надежда Константиновна, и стала звать ее с собой, на Украину. "Там у нас и сытно и тепло уже сейчас. Сделаем все, чтобы она хорошо отдохнула". Реакция Ленина была мгновенной, но несколько неожиданной для Гопнер. "Нет, нет, невозможно, — не задумываясь, горячо возразил Владимир Ильич. — На Украине хоть и сытно, но неспокойно. Да и мне без Нади будет трудновато. — И опять повторил: — Нет, нет, уж лучше не надо…"
— Было ясно, — добавляет Серафима Ильинична, — что Владимир Ильич огорчился даже мыслью о разлуке с женой".
И все-таки через несколько недель Надежда Константиновна стала поговаривать о большой поездке в провинцию.
В конце апреля 1919 года начался перелом на Восточном фронте. Красная Армия отнимала у белых город за городом. Каждая победа приносила огромную радость и требовала также большой работы. Надо было проводить политическую работу с населением освобожденных районов.
Когда пришла телеграмма об освобождении Уфы, Надежде Константиновне захотелось самой поехать в эти отвоеванные у контрреволюции районы. Поэтому, как только было принято решение оборудовать специальный агитационный пароход "Красная звезда", который должен был поплыть по Волге и Каме, Надежда Константиновна сразу решила — еду! Владимир Ильич возражал, так как она плохо себя чувствовала. Но в конце концов он уступил, только взял с нее слово, что она постарается не утомляться и будет аккуратно писать ему и посылать телеграммы. А как-то вечером он принес из кабинета карту Поволжья, и они внимательно проверили весь маршрут, обсудили где будет пароход останавливаться, сколько стоять, с кем надо поговорить, куда зайти, в какие организации.
"Красная звезда" была прекрасно оснащена — кино, типография, радио, большой запас литературы. В агитколлектив входили представители различных наркоматов, люди испытанные, прошедшие хорошую школу воспитания масс. От Наркомпроса ехали Крупская и библиотечный работник Цикуленко.
27 июня члены агитколлектива на поезде отправились в Нижний Новгород. Владимир Ильич проводил Надежду Константиновну на Курский вокзал.
Утром приехали в Нижний Новгород. Пароход уже ждал их в Доскинском затоне, рядом стояла яркая, нарядная баржа. Ее выкрасили в алый цвет, к бортам прикрепили агитплакат. На барже разместились кинематограф, книжный склад и магазин.
Целый день москвичи возились с устройством, знакомились друг с другом. Вечером Надежда Константиновна долго сидела на палубе, смотрела, как медленно опускалось в волжскую воду огромное малиновое солнце. Было тихо. Изредка раздавались гудки буксиров. Ночь была теплой, не душной. Пароход чуть заметно покачивался на воде. Где-то звучала протяжная русская песня. Таким покоем, привольем веяло от окружающей природы… Как часто на чужбине они с Владимиром Ильичей мечтали поехать на Волгу!
В Нижнем пароход стоял семь дней, семь дней, заполненных митингами, совещаниями, беседами с самыми различными людьми. 29-го утром поехали в Нижегородский кремль, где во Дворце свободы происходило собрание ответственных работников. Здесь собралось около ста пятидесяти ответственных работников, среди которых было много рабочих, выдвинутых на партийную и профсоюзную работу революцией. Собрание продолжалось около часу. Затем поехали в Сормово. В Народном доме было набито битком, в зале помещалось человек 700, пришло же около тысячи.
Слушали выступления москвичей с напряженным вниманием. Надежда Константиновна говорила о задачах школ политграмоты, о внешкольной работе, о привлечении к этой работе широкого актива, о рабочем контроле за школой. После окончания митинга зал встал и все запели "Интернационал".
Когда москвичи вернулись на "Красную звезду", не смотря на поздний час, в затоне оказалось много народа — на барже показывали кинофильм. Даже здесь, в крупном промышленном городе, кинематограф был редкостью и привлек массу зрителей. Среди взрослых сновали вездесущие ребятишки. Только ночью все затихло. Надежда Константиновна долго не ложилась. Она делала записи в дневнике, который решила вести во время поездки, намечала план на следующий день. В каюту постучали: "Надежда Константиновна, давно все спят, и вам пора отдохнуть".
На другой день Надежда Константиновна занималась только наркомпросовскими делами — была в губернском Нижегородском отделе народного образования, вечером на заседании городского Совета, посвященном этому вопросу. Внимательно слушала Крупская доклад о внешкольной работе, чувствовалось, что пути здесь определены правильно — главное внимание рабочим районам, — но не хватает людей, денег, литературы…
Первого июля Надежде Константиновне, как и другим москвичам, пришлось выступать дважды — на митинге рабочих водного транспорта, а затем на общегородском митинге. Она была восхищена речами матросов, рабочих. "Как хорошо у нас в России научились говорить", — пишет Крупская в своем дневнике. На общегородском митинге собралось полторы тысячи человек. У входа москвичей встретила и приветствовала делегация молодежи со знаменем. Сидя в президиуме, Надежда Константиновна получила записку: женский совет просил ее остаться на прощальный вечер — на фронт уезжали 45 санитарок — бывших работниц, прошедших специальные курсы. Разве могла Надежда Константиновна отказаться?
Только два месяца, рассказывала Крупской женорганизатор А.И. Гулевич, ведется работа, а в дело втянуты уже сотни женщин. Агитаторы ходят по фабрикам, мастерским, проводят собрания, ведут индивидуальные беседы.
Окружив Надежду Константиновну, женщины попросили: "Расскажите нам о Ленине". И она говорила им о его жизни и борьбе. Для молодых женщин-работниц многое было открытием. Надежда Константиновна ощущала, как впитывают они каждое ее слово. В затон к пароходу ее провожала целая толпа.
Женщины, забитые и отсталые женщины, которые раньше редко задумывались о чем-либо, выходящем за порог их лачуги, теперь горячо и страстно говорили о яслях, о профсоюзах, о помощи фронту, о разгроме контрреволюции. И опять до поздней ночи готовилась Надежда Константиновна к следующему дню — предстояло общегородское собрание учителей.
Собралось около четырехсот учителей школ обеих ступеней. Крупская сделала доклад об общей постановке дела народного образования в России, особенно подробно остановилась на вопросе о трудовой школе. Начались выступления учителей, и сразу стало ясно, что основная масса учительства выжидает, стоит в стороне от общей борьбы или идет за правыми эсерами. Только двое учителей высказались за поддержку политики Советского правительства и за трудовую школу. Остальные плакались на тяжелое материальное положение, на обилие всяких новшеств в обучении, которых они не понимали и не принимали. Вот на трибуне один из членов бывшего Всероссийского учительского союза. Он откровенно заявляет, что школа не должна менять своего классового характера. Конечно, надо облегчить попадание в школу второй ступени наиболее способным ученикам из пролетариата, но думать, что сын рабочего или крестьянина проучится в школе первой ступени пять лет, — утопия. Кончил оратор требованием усиленных пайков, повышенных ставок, двойных отпусков.