- Твою мештерул? – князь посмотрел на меня. Его брови сошлись на переносице. – Должница твоя мештерул?
- А что в этом такого? Девушка очень талантливая кружевница, и потерять ее было бы глупо! – фыркнула женщина. – Надеюсь, я в этом доме не просто мать князя, а пока еще и хозяйка. А разве хорошая хозяйка станет разбрасываться людьми, у которых золотые руки?
- Господи, матушка, конечно, вы здесь хозяйка! – смеясь, воскликнул князь. – Если эта девица так талантлива, то оставьте ее себе! Я не против. Думаю, и Маре Армаш с понимаем отнесется к вашей просьбе. Все это не стоит выеденного яйца, матушка! Ведь так, Бужор?
- Конечно, господарь, - Маре Армаш старательно скрывал ярость и разочарование, опустив пылающие гневом глаза. – Все, что пожелает доамна. Разрешите идти, господарь?
- Идите.
Тюремщик покинул холл, а хозяин замка подошел ко мне. Я хоть и не поднимала головы, но кожей чувствовала его пристальный взгляд.
- Я вспомнил тебя. Как интересно… Пьющая и гулящая девица оказалась прекрасной кружевницей. Ты настолько хороша, что матушка сделала тебя своей личной мештерул?
- Она действительно талантлива, Штефан, - снова заступилась за меня доамна Эуджения. – Если хочешь, можешь взглянуть на ее работу.
- Посмотри на меня, - приказал князь, и я подняла глаза, испытывая при этом такой всплеск адреналина, что впору было падать в обморок. Но вряд ли он узнает меня. Господарю даже мысль в голову не придет, что я была под маской Кренгуцы. – Ты понимаешь, какую милость тебе оказала доамна, служанка?
- Да, господарь, - ответила я, глядя чуть ниже лица князя. От его пронзительного взгляда у меня даже закололо под лопаткой. Появилось такое ощущение, будто я нахожусь перед рентгеновским аппаратом.
- Громче, - он слегка подался ко мне, склонив голову.
- Да, господарь! Я понимаю, какую милость мне оказала доамна Эуджения! – выпалила я, желая побыстрее ретироваться.
Прищуренные глаза хозяина замка продолжали рассматривать меня.
- Штефан, дорогой, ты так навис над бедняжкой, будто подозреваешь ее во всех смертных грехах, - мягко сказала доамна. – Я уверена, что Вайолка прекрасно понимает, что ее положение будет зависеть от нее самой.
Князь выпрямился. Но я видела, что в нем поселились какие-то сомнения. Неужели что-то заподозрил? Нужно поменьше попадаться ему на глаза.
- Я пообещал найти ей мужа. Наверное, этим нужно заняться в самое ближайшее время, - вдруг задумчиво произнес господарь. – Кого-нибудь из служащих в замке.
- А что, это хорошая мысль! – сразу же согласилась с ним матушка. – Семейные пары в услужении лучше, чем одиночки.
Князь бросил на меня быстрый взгляд, и я поклонилась. Если начну сейчас перечить или противиться замужеству, точно отдадут Маре Армашу. Ничего. Буду решать проблемы по мере их поступления.
- Вот и славно! А теперь, сын, составь мне компанию. Я хочу прогуляться перед очередным смотром невест, - доамна Эуджения взяла сына под руку. – И да, нам нужно обсудить положение Кренгуцы.
Как только они вышли на улицу, госпожа Йетта сразу бросилась ко мне.
- Ох, моя деточка! Я такого страха натерпелась! Думала уже все: заберет тебя этот проклятый медведь! – экономка прижала меня к себе. – Ну ничего, ничего… теперь все будет хорошо…
- Как же хорошо? А замужество? – тихо сказала я, оглядываясь по сторонам. – Найдут мне мужа и все!
- Пойдем отсюда. Поговорим в другом месте, - женщина многозначительно посмотрела на меня. – А вообще, можно сделать так, что каждый, кого найдет князь, откажется от брака с тобой. Для этого и колдовство не потребуется!
Она засмеялась, и мы завернули в коридор к моей каморке. Нужно было сосредоточиться на переезде, а об остальном я подумаю потом.
Комната, выделенная мне, находилась в крыле для слуг. Нужно было пройти по коридору до самого конца и повернуть вправо. В узком тупичке как раз и притаились мои новые покои. Они разительно отличались от той каморки, в которой я ютилась все это время. Здесь имелись: кровать, шкаф, стол, несколько стульев, старое кресло у камина, а еще большое окно. Оно выходило в сад, что тоже не могло меня не радовать.
Орелю комната понравилась. Котенок обнюхал каждый угол, а потом запрыгнул на широкий подоконник. От камина шло благодатное тепло, и впервые за все мое пребывание здесь я испытала настоящее удовольствие.
Госпожа Йетта помогла мне устроиться и ушла заниматься своими делами, пообещав, что заглянет ближе к вечеру. А примерно через час явилась доамна Эуджения.
- Нравится тебе здесь, Вайолка? – спросила она, стоя в дверях.
- Да. Благодарю вас! – искренне произнесла я. – Здесь много света и прекрасный вид из окна.
- Что ж, тогда тебе стоит приступить к работе. Мне нужны новые перчатки, которые я надену на праздник, - доамна увидела лежащий на столе сколок кружева, увиденного в ночь встречи с князем. – Что это?
- Это рисунок будущего кружева, - ответила я, жалея, что не успела спрятать его.
- Оно великолепно… Я хочу, чтобы ты сплела его для меня! – приказала доамна Эуджения. – Сначала его, а потом перчатки. Мне нужна накидка!
- Да, доамна, - я поклонилась. – Я прямо сегодня начну работу.
- Ах да… Сегодня будешь присутствовать на смотрах, Вайолка, - вдруг заявила она. – Возьмешь все, что нужно, с собой. Пусть господарь увидит, как ты плетешь кружево. Я распоряжусь, чтобы для тебя приготовили место у окна.
Матушка князя ушла, а я тяжело вздохнула. Ну вот, теперь придется таскаться с подставкой по всему замку… Хотя… наверняка это будет занятно. Если Кренгуца уговорила князя дать ей шанс, то сегодня она выступит с «моими» стихами.
Взгляд снова упал на сколок, лежащий на столе. Внутри все противилось тому, чтобы плести для доамны именно это кружево. Мне почему-то казалось, что оно обязательно должно иметь какие-то волшебные свойства. Не зря ведь оно мне привиделось!
Ну ничего, я просто немного изменю сколок. Вряд ли матушка господаря что-то заметит. Для этого нужно разбираться в кружевоплетении. Состряпать похожее мне не составит труда.
В дверь тихо постучали, и Орель вскинул голову.
- Вайолка, ты здесь? Это я, Брындуша!
Похоже, уже весь замок знает, что меня переселили в эту комнату!
Я открыла дверь и впустила ее.
- Что такое?
- Моей хозяйке позволили участвовать в смотрах! Фата все выучила, но все равно боится! – взволнованно произнесла она. – Она спрашивает, может, ей нужно выпить успокаивающих капель?
Дурдом… Они станут доставать меня из-за каждой мелочи?!
- Нет. Если она выпьет капли, то еще завалится спать прямо перед господарем! – недовольно произнесла я. – Скажи своей фате, что я буду в зале. Доамна хочет, чтобы я плела кружево рядом с ней. Так вот, пусть фата Кренгуца смотрит на меня и ничего не боится! Если что, я помогу ей. Поняла?
- Да! – закивала Брындуша, бросаясь к двери. Но потом она развернулась и подбежала ко мне. – Ты прости меня, Вайолка. Я ведь не злая… Что приказали, то и делаю.
- Я не обижаюсь. Все, иди! – я вытолкала ее в коридор и, подняв глаза к потолку, простонала: – За что мне это?!
Глава 20
За окном шел тихий дождь. По небу плыли тяжелые свинцовые тучи, отчего было темно, как вечером. Сад выглядел грустным в сером тумане дождевой пыли, словно усталый путник, замерший у мокрых стен замка. Но я любила такую погоду. Воспоминания из детства, когда можно было пробежаться по лужам, надев резиновые сапоги, грели душу.
Слуга от домны Эуджении явился после обеда. Он взял подставку с валиком и сказал:
- Смотры начнутся с минуты на минуту. Поторопись.
- Я сейчас приду, - ответила я, подходя к столу. - Мне нужно собрать инструменты.
Слуга кивнул и ушел. Тем временем Орель запрыгнул в корзинку для рукоделия, давая понять, что не собирается оставаться в одиночестве.
- Хорошо, пойдем вместе. Только не высовывайся! Мне и так неприятностей хватает! – предупредила я своего рыжего напарника. – Понял?
Орель довольно сощурился и свернулся клубочком на дне корзины. Я накрыла его платком, а сверху положила футляр с инструментами.
В зале уже собрались невесты, но ни князя, ни его матушки еще не было. Девушки тихо перешептывались, поправляли прически, осматривали наряды, что выдавало их волнение. Кренгуца стояла в стороне от всех, уставившись в помятый лист. Ее губы беззвучно двигались, и я догадалась, что она повторяет стихи. Вот правильно. Пусть поработает сама!
Свою подставку я заметила у окна, которое было прямо позади стола, в глубокой нише. Значит, меня будет видно только из центра зала. Получается, князь будет сидеть ко мне спиной. Замечательно. По крайней мере, за мной никто не станет наблюдать.
Устроившись на мягком удобном стуле, я принялась прикалывать булавками сколок к валику. Начну плести волшебное кружево. А уже потом, когда нарисую новый сколок, займусь накидкой для доамны.
Когда сколок занял свое место, я поднялась и выскользнула из ниши, чтобы еще раз посмотреть на Кренгуцу. И сразу натолкнулась на её обращённый ко мне умоляющий взгляд. По понятным причинам подойти она не могла, поэтому ей только и оставалось, как бросать на меня эти страждущие взоры.
Я медленно кивнула, а потом подмигнула девушке, давая понять, что она может на меня положиться.
В зал вошел князь с графом, а за ними появилась доамна Эуджения. Они подошли к столу, и прежде чем сесть, господарь внимательно посмотрел на меня. Я тут же опустила глаза. Нужно меньше привлекать к себе внимание.
- Начинайте, - раздался немного уставший голос хозяина замка. – Давайте уже закончим с этим.
Вот зачем затевать дурацкие смотры, если они раздражают?
Слуга с жезлом ударил им об пол и громко произнес:
- Фата Драгана Исопеску!
- Нет, пусть нам прочтет стихи Кренгуца Николае! – вдруг сказал господарь. – Она обещала продемонстрировать нам свои новые произведения. Прошу, фата!
Горделиво направляющаяся в центр зала красавица Драгана недоуменно остановилась.