- Ваша милость, извините меня за грубость. Я просто очень переживала за брата, - я проигнорировала вопрос Вревского об отце. – Спасибо, что заступились за Алексея.
- Я не нуждаюсь в благодарностях, - не совсем вежливо ответил барон. – Тем более от девицы с дурным воспитанием и неприличным поведением.
- Кто бы говорил о неприличном поведении, - не сдержалась я, глядя на него колючим взглядом. Для этого мне нужно было поднять голову так, что заломило шею. – Ваши разговоры с довольно своеобразными дамами тоже не отличались пристойностью!
- Вы еще и подслушивали?! – Вревский нахмурился, став похожим на свирепого медведя.
В этот момент к нам подвели коня, и все внимание переключилось на него. Кроме Ахбазана, Алексею вручили выигрыш, а нам с Надей то, что мы выиграли на ставках.
- Алексей, послушай меня, - обратился к парню барон. При этом выглядел он очень дружелюбно. – Это очень дорогой конь, породистый. За ним нужен специальный уход. Будет очень жаль, если животное погибнет.
- Я люблю животных и знаю, как о них заботится, - ответил Алексей. – Вы можете не переживать, ваша милость, Ахбазан в добрых руках.
- Я не сомневаюсь в твоих добрых намерениях, - улыбнулся Вревский. - Его нужно чистить два раза в день – утром и вечером. Коню требуется теплая конюшня и хорошее питание. Подумай хорошо, Лёша. Я могу помочь тебе продать Ахбазана тому, кто обеспечит ему достойное содержание. Это очень большие деньги.
- Нет, я не продам его, – Алексей посмотрел на коня, и тот легонько фыркнул, толкая парня носом в плечо. – Ахбазан мой навсегда.
- Что ж… пусть будет так. Но если тебе понадобится помощь, обращайся, - барон протянул ему руку. – Ты хороший парень.
- Благодарю, ваша милость, – Алексей пожал большую крепкую ладонь. Это выглядело так по-мужски, что я снова взглянула на Вревского другими глазами. Вот как в нем совмещаются два противоположных человека? Один благородный, а второй язвительный и злой!
Барон направился к выходу, но на полпути обернулся и сказал:
- Лёша, ты меня можешь найти по этому адресу, - он сунул подошедшему Алексею визитку. – Не стесняйся обращаться за помощью в трудную минуту.
Парень взял визитку и, похлопав его по плечу, Вревский ушел. Но перед этим он бросил на меня внимательный взгляд, в котором читалась неприязнь, но в то же время и заинтересованность.
Мы отказались продлить номер в гостинице, так как Алексей не хотел, чтобы Ахбазан провел ночь в чужой конюшне. Конь был очень дорогим, и нельзя проявлять беспечность, оставляя его без присмотра. Пока мои друзья собирали вещи, я навестила поверенного. Петр Симонович встретил меня радушно, усадил у камина и сказал:
- Хорошо, что вы сами зашли Мария Дмитриевна. У меня есть новость для вас. Барон Вревский здесь, в Москве.
Ну, это я уже знала.
- И какие наши дальнейшие действия?
- Я обязан озвучить ему завещание вашего батюшки. Письмо я уже отправил, - поверенный взглянул на меня сочувствующим взглядом. – Мы можем попробовать предложить Вревскому отступные. Возможно, это сработает. Если барон не хочет связывать себя узами брака, ему приятнее будет получить хорошую сумму наличными. Но вы должны понимать, Мария Дмитриевна, что речь идет о приличных деньгах.
- Я все понимаю. Предложите Вревскому откупные и не скупитесь, - я сразу поддержала идею Петра Симоновича. Барон сам сказал, что не хочет жениться. Я это слышала собственными ушами.
- Хорошо. Как только его милость соизволит дать ответ, я лично приеду в усадьбу, чтобы рассказать вам о решении Вревского, - пообещал поверенный. – Так что придется набраться терпения, Мария Дмитриевна.
- Петр Симонович, вы случайно не знаете адрес графа Милютина? – я, наконец, задала вопрос, за ответом на который и явилась сюда.
- Вы не знаете, где живет его сиятельство? – удивился поверенный. – Что-то случилось?
Я рассказала ему все, и Петр Симонович написал мне адрес имения Милютиных.
- Если вы хотите узнать лично о графе, то я должен вас предупредить. Его матушка, Елена Андреевна, эм-м-м… как это сказать… очень непростой человек. Тяжелый. Поэтому, Мария Дмитриевна, вам нужно внутренне подготовиться перед встречей с ней.
- У нее плохой характер? – догадалась я. На что поверенный многозначительно кивнул:
- Ужасный.
Всю обратную дорогу Надя и Алексей находились в приподнятом настроении, а я продолжала корить себя за несдержанность, вспоминая разговор с бароном. Как можно было так опростоволоситься? Молча выслушала бы претензии Вревского и все! Нет, нужно было привлечь к себе внимание! Оставалось надеяться, что барон испытал ко мне такую неприязнь, что даже вспоминать не захочет.
Домой мы приехали ночью. Алексей сразу же занялся обустройством Ахбазана, а мы с Надей поспешили узнать новости. Наверняка полиция уже была здесь.
Елизавета подтвердила, что тело посыльного от графа забрали и пообещали держать нас в курсе расследования.
Имение графа я собиралась посетить в следующую поездку в город. Оно находилось рядом с Москвой. Слова поверенного о характере матери Владимира насторожили меня. Грубость терпеть я не намерена, но и скандалить с матушкой человека, который помогал нам все это время, не стану. Дай Бог, чтобы все оказалось лишь глупыми сплетнями…
Глава 39
Дни потянулись нескончаемой унылой чередой. Зато погода стояла замечательная. Ласково пригревающее солнышко возвращало ощущение лета, но я понимала, что это чувство обманчиво. Пора бабьего лета скоротечна и является лишь предвестником наступающих холодов.
В усадьбе же дел было невпроворот. Во-первых, мы купили дрова, и теперь они радовали глаз, аккуратно сложенные в поленнице. Это значило, что в доме будет тепло до самой весны. Во-вторых, под чутким руководством Алексея дворовые слуги утеплили конюшню. Теперь в ней будет комфортно не только Ахбазану, но и остальным лошадкам, которые имелись в усадьбе. На все это мы потратили деньги Алексея и, конечно же, то, что мы выиграли с Надей на ставках. Из них еще осталась кое-какая сумма, но уже нужно было думать, где заработать еще.
В один из вечеров я достала мешочек с драгоценными камнями и, высыпав их на кровать, стала рассматривать каждый камешек. Орель сидел рядом, внимательно наблюдая за моими руками.
В городе я купила крючок и шелковые нитки разных цветов. Они были дорогими, но я не поскупилась, потому что только нити хорошего качества могли гармонировать с драгоценностями. Теперь мне был нужен челнок для плетения. Можно, конечно, воспользоваться иглой, но я не любила плетение таким способом. Кружево из-под челнока получалось плотным и жестким, а из-под иглы — рыхлым и неаккуратным.
Кот протянул лапку и выудил из кучки камней черный опал. Он подтолкнул его ко мне и обратился в своей обычной манере. Это был эдакий лениво вопрошающий «муррр»? Типа, что скажешь?
- А ты молодец! – я погладила его мягкий затылок. – Все правильно! Выберем опал и вплетем его в браслет!
Опал был просто шикарен. В его черной глубине вспыхивали огненные, темно-зеленые и синие всполохи. Словно внутри камня жила маленькая радуга. Я достала коробочку с нитками, чтобы выбрать самые подходящие. Но тут даже выбор не стоял. Черный шелк! Только он.
Завтра же попрошу кого-нибудь из мужчин смастерить мне челнок. Руки чесались плести обычное кружево, но для него требовалось купить инструменты, сделать подставку под валик, ну и саму подушечку, само собой. Это было несложно, однако сейчас меня больше интересовало фриволите, так как времени на него уйдет меньше, а продать изделие выйдет много дороже, чем обычную шаль или перчатки. Но и тут я действовала на свой страх и риск. Никто не мог предугадать судьбу кружевных украшений. Даже я.
Челнок мне сделали буквально за несколько часов. И уже на следующий день я взялась за плетение браслета. Времени это заняло немного, поэтому, немного поразмыслив, я решила сделать такие же серьги. Единственное, чего не хватало моим украшениям, так это застежки на браслет и швенз на серьги. Но это было делом второстепенным, тем более у меня имелся план. Если все получится, то проблем с фурнитурой точно не будет.
Увидев конечный результат, мои друзья пришли в восторг. Никто не ожидал от меня таких умений. Плести кружево — это одно, а вот делать украшения, видимо, еще никто не догадался. Где-то я читала, что техника фриволите появилась только в девятнадцатом веке.
- Как же это красиво! – Надя боялась прикоснуться к браслету, рассматривая его огромными глазами. – Вот это настоящее волшебство… Созданное своими руками…
- Что ты теперь намерена делать дальше? – спросила Елизавета. – Деточка, за это украшение наверняка можно взять приличную сумму!
- Завтра же мы с Алексеем и Надей отправимся в город. Я покажу набор ювелиру, - я уже заранее волновалась. – Надеюсь, ему понравится. Нам очень нужны деньги, чтобы купить теплую одежду. То, что осталось от выигрыша, уйдет на продукты и свечи.
- И не сомневайся! – поддержал меня Алексей. – Во сколько выезжаем?
- Рано утром, еще до рассвета. После того как мы разберемся с украшениями, нанесем визит матушке графа, - ответила я. – Возможно, она расскажет нам что-то еще о его сиятельстве. Подробности, которых мы не знаем. Может, Владимир что-то передал посыльному на словах.
На улице еще было темно, когда мы загрузились в экипаж. Холодный ветер пробирался сквозь наши тонкие плащи, и я снова подумала о теплой одежде. Она была просто необходима. Если ничего не выйдет с кружевными украшениями, придется продавать камни. С собой мы взяли одного слугу: крупного бородатого мужика по имени Афанасий. Он умело владел кнутом, выглядел устрашающе, поэтому с ним нам было спокойнее.
До города добрались только во второй половине дня. Часы на башне показывали ровно пять часов вечера. Как бы мне ни хотелось сделать все дела побыстрее, я понимала, что лошадям нужен отдых. Поэтому наша компания остановилась в уже знакомой гостинице. Немного освежив лицо прохладной водой, я не стала терять времени зря. Вместе с Алексеем мы направились в ювелирную мастерскую Сазоновых.