Мне снилось кружево, князь, карты. Когда раздался громкий стук в дверь, я испуганно вскочила, не понимая, где нахожусь.
- Вайолка! Ты что, до сих пор спишь?! – раздался голос госпожи Йетты. – Эй! Окрывай-ка!
Я встряхнула головой и открыла двери, не в силах сдержать зевоту.
- Ты что, работала всю ночь? – укоризненно произнесла экономка, глядя на рисунок. – Для этого есть день! Ишь, чего удумала! Глаза портить!
Женщина принесла мне завтрак и, расставляя на столе тарелки, предупредила:
- Сегодня я тебя кое с кем познакомлю. Жди меня после обеда.
Позавтракав, мы с Орелем пошли в сад. И пока котенок радостно прыгал по деревьям, я дорисовывала сколок. Что же все-таки это было? Неужели во мне просыпается магия? Но тогда привидевшееся кружево могло обладать какими-то свойствами… Ведь не зря же оно мне показалось. Вот только знать бы какими.
Вернувшись в каморку, я взялась за работу. Закрепила сколок на валике, намотала нитки на коклюшки, после чего разместила булавки на рисунке.
Мои пальцы запорхали, коклюшки весело застучали, и я даже тихонечко запела, погружаясь в процесс. Нет ничего приятнее, чем делать то, что любишь.
Госпожа Йетта обедала со мной. Она принесла вкусное рагу в глиняном горшочке, свежеиспеченный хлеб и кувшин молока. После обеда она вывела меня на улицу. Несколько минут мы шли по хозяйственной части замка, пока не оказались возле крепкого каменного строения, похожего на башню с небольшими окошками.
- В этом месте содержаться охотничьи ястребы и соколы господаря, - пояснила госпожа Йетта. – Подожди меня здесь.
Она исчезла за низкой дверцей и вышла в компании молодого парня лет двадцати с небольшим.
- Познакомься, это мой сын Аурел, - экономка с любовью взглянула на молодого человека. У него были темные глаза, копна густых черных волос. А еще Аурел оказался обладателем обворожительной улыбки и ямочек на смуглых щеках.
- Сынок, это Миха. Я тебе рассказывала о ней, - сказала женщина и с гордостью добавила: - Аурел – сокольничий. У него дар понимать птиц и животных.
- Ничего себе… - восхищенно произнесла я, протягивая парню руку. – Приятно познакомиться.
Он удивленно взглянул на нее, а потом ответил крепким рукопожатием.
- А ты, значит, кружевница?
- Да. Покажешь своих птиц? – мне было любопытно посмотреть на настоящего ястреба вблизи.
- Пойдем, - с улыбкой ответил Аурел и посмотрел на госпожу Йетту: - Матушка, я сам привожу Миху.
- Хорошо. Только называй ее Вайолка. Ладно? – женщина поправила его торчащие волосы.
- Да. Я понял, - парень указал мне на дверь. – Заходи, не бойся.
В произведении использована легенда любви графа Влада Цепеша (Дракулы) и Катарины. Вот только на самом деле он никогда не был на ней женат. Но действительно очень любил и очень ревновал. После его смерти Катарина ушла в монастырь.
Глава 12
В башне было сумрачно и прохладно. Птицы сидели на своих насестах, а их лапки сковывали тонкие металлические браслеты. Все они были в кожаных клобучках, которые надевали на птиц, чтобы они преждевременно не бросались на добычу и других птиц.
- Они все слушаются тебя? – с восхищением поинтересовалась я. – Мне всегда казалось, что это настоящее чудо – приручить сокола или ястреба.
- Да, для приручения нужно много времени и терпения. Хищные птицы — гордые создания, и не каждая этому поддается. Обычно новой птице не дают спать несколько дней, - ответил Аурел, подставляя ястребу руку в кожаной рукавице.
- Но зачем? – мне казалось это жестоким.
– Птица теряет силы и становиться рассеянной. В этот момент на нее надевают клобук и оковы. После этого птицу не кормят сутки и только потом дают еду с рук. Через некоторое время подзывают с мясом в руке, и птица подходит, садится на руку, берет пищу… - парень рассказывал о дрессировке обыденным тоном, без всяких эмоций. Но увидев мой взгляд, улыбнувшись, добавил: - Да не волнуйся ты так. У меня этот процесс идет по-другому. Птицы понимают меня, чувствуют, и мы прекрасно ладим.
Аурел снял с ястреба клобучок и, поднеся его ближе, что-то прошептал. Тот внимательно посмотрел на меня, а потом вдруг склонил головку, словно приветствуя.
- Ничего себе! Мне можно погладит его? – для меня это было настоящим чудом.
- Конечно, ты нравишься Варужану, - парень с интересом наблюдал, как я осторожно прикасаюсь к шелковистым перьям ястреба. – Не бойся, он не тронет тебя.
- Кроме госпожи Йетты никто не знает о твоем даре? – мне было приятно общаться с Аурелом. Казалось, что между нами присутствует некая связь. Но это, скорее всего, объяснялось тем, что мы из одного ковена.
- Нет. Охотники могут быть где угодно, да и люди не особо жалуют нас, - ответил парень. В его глазах появилось удивление. – Разве ты не знаешь об этом?
- Ну, мало ли… Может, в замке есть еще кто-то… похожий на нас… - выкрутилась я.
- Нет. И мой тебе совет: постарайся не высовываться лишний раз. Будь незаметной, - сказал Аурел. Чувствовалось, что он очень искренен. Но я уже высунулась настолько, что задвинуть меня мог только счастливый случай. Еще и этот чертов ужин!
В замок я вернулась в отличном настроении. Мне понравилось общаться с сыном госпожи Йетты. А еще я стала ощущать себя причастной к чему-то важному… Если сказать точнее: я перестала быть одна в чужом для меня мире.
Но мое настроение вскоре изменилось в совершенно противоположную сторону. А предшествовали этому неожиданные перемены.
Орель сладко спал, свернувшись клубочком на кровати. Я плела кружево, и в каморке царило уютное умиротворение. Мне нравилась эта тишина, в которой мелодично постукивали коклюшки, а за окном тихо шуршал дождь. Когда раздался стук в дверь, у меня даже сомнений не было, что это госпожа Йетта.
- Входите!
Дверь скрипнула, а потом послышался незнакомый девичий голос:
- Вайолка?
Я резко повернулась и увидела молодую служанку крепкого телосложения.
- Да… а ты кто?
- Я от фаты Кренгуцы! Меня Брындуша зовут, – прошептала она, оглядываясь на дверь. – Ты должна срочно пойти со мной!
- Что случилось? – я сразу же напряглась. Неужели нас рассекретили? Или танец с князем как-то повлиял на ситуацию?
- Правила поменялись! Князь решил провести второй тур до ужина, а не после! До его начала осталось меньше часа! – испуганно объяснила девушка. – Моя госпожа плачет! Ей очень страшно!
Если честно, меня уже основательно задолбала эта вечно ноющая госпожа. Ну нельзя же быть такой размазнёй! Но я ведь сама вызвалась помогать… Что теперь злиться? Если честно, у меня была надежда, что на ужине снова удастся удивить княжескую семейку своими талантами в плане карточных фокусов. И таким образом я избегу второго тура. Но хозяин замка спутал мне те самые карты самым бессовестным образом. Что ж… Взялась за гуж…
- Ладно, идем, - я поднялась со скамеечки. – Но что, если нас увидят вдвоем?
- Да никто не обратит внимание на двух служанок! – фыркнула Брындуша. – В замке суматоха перед вторым туром!
Закрыв каморку на ключ, я пошла следом за девушкой, размышляя над сложившейся ситуацией. А что же я стану делать? Слишком много фокусов тоже не вариант. Кому интересна девушка, которая умеет лишь колоду тасовать? Это развлечение как раз можно оставить для ужина. Чем удивлять князя в этот раз?
Кренгуца сидела на кровати, натирая платком и без того распухший от слез нос.
- Что мне делать? – жалобно протянула она, когда мы вошли. – Вчера все невесты демонстрировали свои таланты, а сегодня доамна Эуджения придумала новый конкурс! Она хочет слышать стихи, которые девушки лично сочинили! Ты представляешь? Матушке князя кажется, что это умение очень украшает женщину, развивает гибкость ума и делает интересной для мужа! Святой Досифей, спаси и сохрани! Я не умею сочинять стихи!
- Хватит истерить! - прикрикнула я на нее. – Сейчас все решим!
Кренгуца изумленно хлопнула мокрыми ресницами, но промолчала. Она лишь кивнула, поглядывая на Брындушу, которая стояла с раскрытым ртом.
- Мне нужно еще одно ваше платье, - продолжила я. – Я же не могу появиться в одном и том же и на турнире, и на ужине.
- Да… да… конечно… - девушка кивнула служанке, и та бросилась к шкафу.
- Вот это подойдет! – Брындуша приложила ко мне наряд из одних рюш да бантов. – Оно очень красивое!
С этим бы я поспорила. Наверняка в нем я буду похожа на пирожное, но в принципе… в принципе… если это воздушное нечто отвлечет внимание от моего лица, будет просто отлично!
Взглянув на часы, я поняла, что возвращаться в каморку уже смысла нет.
- Сейчас я переоденусь, а потом вы пойдете на то место, где мы встретились в первый раз. Там вы будете ждать меня, фата Кренгуца. Вы все поняли?
- Да, я готова, - девушка воспряла духом, а мне подумалось, что все-таки хорошо выезжать на чьем-то горбу. Жизнь сразу видится в розовом цвете.
Кренгуца надела мое платье, а я облачилась в ее «облачка», став похожей на корзиночку с безе. Итак, что же за стих мне рассказать князю? Несмотря на то, что я много читала в тюрьме, стихи и поэмы у меня были не в приоритете. Эх, как бы сейчас они пригодились… Ладно. Выкручусь.
Мы вышли из комнаты, и Брындуша повела меня к остальным девушкам. Начиналось второе представление, от которого зависело будущее Кренгуцы.
В знакомый зал я вошла с главного входа. В нем уже собрались остальные невесты. Они расхаживали туда-сюда, подняв глаза к высоким сводам, и что-то шептали, потом все это записывали в маленькие книжечки.
Раздалось несколько ударов жезла, и в зал вошел князь с доамной Эудженией. Граф Владимир тоже был с ними. Они расселись по своим местам, а я заметила, как взгляд князя скользит по девушкам. Он остановился на мне, и на губах хозяина замка заиграла легкая улыбка. Он узнал меня, ведь в отличие от остальных, я была в маске.
Начался второй тур. Девушки выходили в центр зала, смущаясь, читали свои стихи под нежную музыку, которую наигрывали музыканты, сидящие в углу. Господарь кривился так, будто съел лимон. Граф же посмеивался, слушая очередное: «…О, мой возлюбленный! Хочу лобзаньями своими покрыть ваши уста смурные…».