Основные сложности исчезли. Я поднимал барьер, спокойно удерживал защиту, позволяя Астарте развернуться в атаке. После чего мы меняли мишени и повторяли тренировку. Интенсивное использование защиты и нападения больше не отдавалось болью во всём теле. Главное — не обольщаться, считая, что у меня теперь абсолютная защита.
На очередном круге смены мишеней я заметил, что в зале появились новые действующие лица. На тренировку пришла моя сестра в сопровождении своего жениха. Судя по хмурому лицу Карлоса, старейшина был совсем не рад появлению такого гостя, и в этом вопросе я был с ним солидарен. Тем не менее правила хорошего тона требовалось соблюдать. Становлюсь настоящим аристократом, тренирую умение улыбаться тому, кому хочу плюнуть в лицо.
— Сестрёнка, — улыбнулся я Арии, прежде чем повернуться к парню. — Сир Манилка. Не имею чести быть представленным.
Блондин безупречно вежливо улыбается, не демонстрируя ни намёка на какую-либо эмоцию, кроме благожелательности.
— Иерих, для друзей просто по имени, Като. Ария отзывалась о тебе исключительно в восторженных тонах, рекомендуя, как человека своенравного, но исключительно положительного.
Сестра смущённо улыбнулась, но я лишь вежливо кивнул.
— Рад знакомству, Иерих. И раз уж мы сразу обозначили дружеское общение, разреши столь же дружеский жест.
Во взгляде парня промелькнуло мимолётное удивление, но не более того.
— Да, конечно.
Делаю шаг вперёд и без всякой магии, но от души бью ему в челюсть. Манилка успел понять, что я собираюсь делать, но не поверил, что я собираюсь делать именно это. И потому не защищался, ожидаемо свалившись на задницу от удара.
— Като! — возмущённо и ошеломлённо воскликнула Ария.
— Всё в порядке, милая, — потирая челюсть, успокоил девочку Иерих. — Я заслужил. Верно, Като? Думаю, это за не совсем честную игру моей семьи на суде?
Киваю:
— Именно. С друзьями так не поступают, Иерих.
— Согласен, — не стал отрицать одарённый. — В своё оправдание скажу, что мной тоже воспользовались без моего ведома. Именно об этом я и хотел сказать, приходя сюда.
Подошедший Карлос пока не вмешивался, но тень одобрения на его лице я отметил. И даже дал Иериху шанс, протягиваю руку и помогая ему подняться.
— Да? Тогда ты, может быть, даже знаешь, ради чего этот спектакль был проведён?
Он развёл руками:
— Сожалею, но нет. — демонстрировал он искреннее раскаяние, но, боюсь, в плане актёрского мастерства этот скользкий гад сможет соперничать с Соней. — Могу лишь предполагать, вполне возможно, что целей стоит сразу несколько. А в некоторых далекоидущих интригах этот суд — лишь маленький шажок в череде множества действий.
— Но так нельзя! — возмутилась сестрёнка.
Иерих доброжелательно взял её ладонь и погладил, успокаивая.
— Всё хорошо. Поверь, грубоватая прямолинейность твоего брата мне куда милее сотен фальшивых улыбок, — он вновь перевёл внимание на меня. — Попробую отплатить тем же, хотя для меня это и непривычно. Передам то, что рассказали мне. В моей семье посчитали, что тебя, Като, как одержимого, в роду Минакуро не оценивают по достоинству, и что мне стоит начать делать шаги в, скажем так, налаживании отношений. Чтобы в будущем ты рассматривал род Манилка, как запасной вариант.
— Как-то слишком топорно, сир Иерих, — всё же встрял в разговор Карлос, — Ведь наш бойкий одержимый сам увидел подвох, даже без посторонней помощи в лице старших членов рода.
Он бросил на меня короткий взгляд, намекая, что не стоит озвучивать некоторые щекотливые моменты, в частности, о том, что сами старшие члены рода подвох позорно прошляпили. Но я же не клинический идиот, в конце-то концов.
— Да, я уже заметил, — кивнул Иерих. — И лично от себя приношу извинения.
Киваю:
— Принимается. Я тоже не испытываю восторга, когда мной пытаются манипулировать или вовсе использовать втёмную. Без обид.
— Без обид, — выразил радость Иерих. — И я готов принять посильное участие в тренировке. Думаю, тебе будет нелишним попробовать себя против противника, схожего с Коуэлом в арсенале.
Ладно, парень заработал несколько баллов в моих глазах.
— Отлично! — ухмыляюсь. — Это именно то, что мне нужно. На ринг!
Глава 30
В голове крутился мотивчик из какого-то вестерна. Хороший стрелок выходит на улицу, клацая шпорами. Злодей стоит в самоуверенной позе, крутит в зубах сигару, ожидая противника. А вокруг прихвостни злодея в товарном количестве в зависимости от бюджета.
Хотя больше, наверное, подходила случаю аналогия с рыцарским турниром. Площадка для дуэли была прямоугольником, где-то два к трём, и позволяла некоторый манёвр, но всё же намекала, что наша задача не прыгать друг от друга, а демонстрировать магию.
С трибунами тоже всё было нормально, почтенная публика собралась, так сказать. Не футбольные фанаты, шумные и неспокойные, а родовитые аристократы, занимающие места в театре. Они не зрелищный бой, якобы пришли смотреть, а на разборку, кто прав, а кто виноват. А это другое, не какое-нибудь развлекалово для плебеев, понимать надо. Именно поэтому для себя я сравнивал происходящее с вестерном. Стояла тишина, никто не делал ставки, не разносил подносы с напитками и попкорном, не попивал алкоголя из тайком пронесённых бутылок. Впрочем, подошла бы, в каком-то смысле, и эстетика дуэлей моей родной страны, лес, тишина, дуэлянты и секунданты, ничего лишнего.
На все эти посторонние мысли у меня было время, потому что официальная дуэль, да ещё и напрямую связанная с судом, требовала определённых ритуалов. К счастью, не от меня. Все ритуалы взяли на себя Серсея и Карлос.
Тренировка с Манилка меня воодушевила. Иерих так и не смог победить.
Я отлично понимал, что он вполне в состоянии взломать мою защиту, раз уж с этим справлялся Жан. А ещё я отлично знал, что он не станет даже пытаться пробить мою защиту грубой силой, своими глазами видевший, как я спокойно держу атаки сразу десятка одарённых.
А я и не стал возводить защиту. Просто атаковал, лишь исполнив жест, соответствующий заклинанию. И Манилка не понял подвоха. Он не стал бросать в меня обычные атакующие заклинания, сосредоточившись на поиске защиты. Защиты, которой не было. Зато была атака, по полной программе, и от меня, и от Астарты. Иерих продержался сорок секунд, после чего пропустил удар и был вынужден признать поражение. Естественно, сразу спросив:
— Как тебе удалось скрыть от меня защиту?
На что получил мою самую наглую улыбку и короткий ответ:
— Легко. Я её не создавал.
Карлос самым наглым образом ржал с минуту, да и я сам хихикал до самой ночи, таким обиженно обманутым было лицо Манилки.
Мы сходились в учебном поединке ещё четырежды, но молодой рыцарь так и не смог меня достать. Я снимал и ставил защиту по своему желанию, выбирая для этого удобные мне моменты. А обучение Карлоса позволило кое-что понять в защите от взлома. Я в этом деле всё так же оставался полным профаном, придумав лишь один костыль. Я намеренно выполнял несколько неправильную постановку, и каждый раз ошибку я совершал в другом месте. Это эффективно сбивало попытки Иериха подобрать универсальный ключ. Опытного взрослого рыцаря не обманет, но мне сейчас и не надо. А то, что заклинание ждёт больше силы... Ой, да и плевать.
Наконец, ко мне подошёл Честер, чтобы выполнить оставшуюся часть формальностей.
— Минакуро Като.
Я выпрямился.
— Находишься ты в здоровом уме, осознаёшь всё происходящее?
Я мысленно застонал. Но с максимально серьёзной мордой начал важно дакать на все вопросы. В нескольких десятках метрах от меня ту же процедуру проходил Боярский.
— Бой на смерть или до признания поражения. Это значит, что ты можешь не сдерживаться, и твой противник сдерживаться не будет. Никаких правил и ограничений.
Киваю.
На мне обычный костюм, просто элегантная одежда без какой-либо дополнительной защиты. И без неприятных тайников. Только то, что можешь сотворить сам, своими ручками.
— С тобой хотят поговорить, — внезапно сообщил Честер и отошёл в сторону.
Кто это так? Неужели сестрёнка? Но обернувшись я увидел Соню. Наша снежная королева имела вид уверенный и спокойный, будто всё происходящее было ниже её достоинства. Даже так понравившегося мне румянца на щеках не заметил. Может, слишком светло?
— Мы все за тебя болеем, Като, — она чуть улыбнулась, краешками губ. — Кто бы там что ни говорил, ты — лучший из нас. И навсегда останешься лучшим, что бы ни произошло.
Нахожу взглядом молодёжь Минакуро. Молодёжь моего рода. Надолго ли? Не вернётся ли всё на свои места, когда мы снова будем в Эстере? Я снова стану изгоем, странным и опасным. Или не стану? Неважно. Я здесь не из-за их отношения.
— Сегодня вечером отпразднуем победу, — подмигнул я девушке.
Она улыбнулась шире. Затем резко стала серьёзной. Несколько секунд колебалась, будто собираясь что-то сказать, но не решаясь. И, наконец, снова улыбнулась:
— Обязательно. Сделай его.
Я знаю, что она хотела сказать. Одарённая отходит, возвращается Честер, кивая на площадку.
— Выходи на позицию.
Я разворачиваюсь и иду на стартовую позицию. Обувь разве что не самая удобная. Туфли какие-то слишком деревянные. Может, для того чтобы не бегал слишком много туда-сюда? Сама площадка каменная, отполированная, но ровная. С обеих сторон встают юстициарии и представители как Минакуро, так и Боярских. Вроде как для того, чтобы не дать нарушить правила. И то, что правил нет, никого не волнует.
Всё тот же Честер на правах судьи открывает поединок.
— Вы готовы? Коуэл?
Боярский, держа на лице надменное выражение, кивает.
— Като?
— Готов, — киваю.
— Пусть поединок начнётся!
Я ставлю «Замирающий ветер», успевая в последнее мгновение. О щит разбивается не слишком сильная, но очень быстрая молния. И с минимальным разрывом её догоняют несколько атакующих заклинаний магии воздуха. Не знаю, что именно, но глубокие борозды в камне, остающиеся вокруг моего барьера, намекают на их разрушительную силу.