На мне скрестились вопросительные взгляды, требуя пояснения.
— Ещё раз, — пояснения у меня были, — много лет никаких зацепок, и здесь такой сочный подарок. Это не ошибка, а намеренная подсказка. Уж не знаю, по какой причине, раскаяние или что-то ещё, но это самое логичное объяснение. Таким образом, у нас образуется сразу целых три ниточки, которые нужно раскручивать. Первая — капище. К нему мы ещё вернёмся. Вторая нить — Хус.
Герат сначала удивился, а потом его осенило:
— Он же всё это время помогал!
Киваю:
— Именно. Он был в курсе расследования, и сам прямым текстом сказал, что для него опасности нет.
— Но подождите, — снова вставил Келлер. — Он же помогал!
Сэм хмуро вздохнул:
— И чем обернулась его помощь? Никакого продвижения за все эти годы. Отличная помощь и никаких подозрений.
— Поэтому сейчас неплохо было бы его найти. Если повезёт, он ещё не знает, что мы что-то подозреваем.
А если знает, то свой человек у похитителей есть и в замке. Но об этом я пока умолчу.
— За ним пошлют, — кивнул Герат. — Пара солдат, чтобы не вызвать подозрений. Главное, чтобы его не начали защищать те, кто за всем стоит, с магами солдаты не справятся.
— Поэтому за ним поеду я, — обрываю мысль мужчины. — И не только за ним. Есть ещё и третья нить. Лекарка. Рыцари уже интересовались ей, но, во-первых, не знали, что егерь может сообщать ей, когда следует затаиться. А во-вторых, не знали, что искать. Ответ лежал на поверхности всё это время. У них было даже две подсказки. Первая: лекарка — то звено, что связывает всех похищенных. С ней контактировали все селяне. Не знаю, что и как она делает, но подозреваю, что именно она как-то околдовывает крестьян, чтобы брать их под контроль, когда придёт время. Вторая: рыцари знали, что лекарка владеет целебных заклинанием, запрещённым, кстати. Но где она этому научилась?
Ответ лежал на поверхности.
— Её научили, — кивнул Герат. — Показали несколько простых трюков, чтобы втираться в доверие к нуждающимся в помощи.
А ещё со всем этим как-то связан демон. Но об этом пока умолчим.
— А теперь вернёмся к капищу. Сир Герат. Что вам о нём известно?
Одарённый невесело улыбнулся:
— Ты бываешь пугающе проницателен Като. Да, кое-что я знаю. Идёмте, я покажу.
Пусть я и не пытался обследовать замок, не стояло передо мной такой задачи, но когда Герат привёл нас в коридор, по которому я прошёл раз пятьдесят, остановился у обычной, на первый взгляд, стены и просто толкнул её, открывая скрытую до этого дверь, это произвело впечатление. Причём не только на меня.
— Августа, побудь с дочерями, тебе туда не надо, — остановил Герат жену.
Глянув на уходящую вниз лестницу, я пошёл первым, зажигая факелы магическим огнём.
Удивительно, но воздух здесь был… свежим. Никакой затхлости и сырости. Даже в самом замке воздух не был таким чистым. А внутри активно зашевелилась Астарта.
«Здесь что-то есть. Что-то, связанное с нашей гранью. Не демон. Нечто древнее, большее, могущественное,» — пояснила она.
Спустились мы неглубоко, пожалуй, лишь чуть ниже подвалов и тюрьмы. И, стоило лестнице перейти в коридор, как перед нами возник первый поворот, встречавший нас перформансом на тему глубокого внутреннего мира. Очень реалистичная скульптура девушки, чьи рёбра были раскрыты, а живот вспорот, чтобы продемонстрировать внутренности. Отвратительная композиция, и к тому же до омерзения реалистичная. Такое чувство, что это не статуя из камня, а живой человек, окаменевший под действием магии. Мой желудок совершил кульбит, но я всё же справился с собой. Шедший следующим Сэм тихо выругался. А вот Келлер завтрака удержать не сумел.
Пока ветеран помогал воспитаннику прийти в себя, я спросил у Герата.
— Вы показывали это место рыцарям?
Вопрос был важным, так как никаких записей об этом месте я не видел. Одарённый кивнул:
— Конечно. Молодой рыцарь всё внизу осмотрел, но пришёл к выводам, что это к их работе не относится.
Сказать, что я испытал подозрения и скепсис по этому поводу, не сказать ничего.
— Это… Мягко говоря, странно. Судя по записям, они рассматривали даже самые бредовые теории, притянутые за уши. Они обязаны были изучить и капище, и это место.
Герат пожал плечами:
— Должны были. Но не изучили.
— С этим ещё разберёмся. А почему все эту красоту не уничтожили?
Герат немного удивился вопросу.
— Уничтожить? Это же место силы.
Я, кажется, снова не знаю чего-то общеизвестного.
— Не слишком дружелюбной силы, — проворчал, размышляя над тем, как узнать больше.
— Сила есть сила, сама по себе она нейтральна, — отмахнулся Герат.
В моей голове взорвалась хохотом Астарта. Да уж, насчёт нейтральности очень плохая шутка.
— И место, связанное с другой гранью, гарантирует, что наши дети, — он кивнул на Келлера, — будут рождаться с даром.
Вот так всё просто? Я идиот. Подземелья под городами — сильнейшие места силы. Объяснение лежит на поверхности. Надо было догадаться.
— А капище?
— Тоже, я полагаю, но не такое сильное. Сейчас всё увидишь.
Келлер пришёл в себя, и мы прошли дальше. Нам ещё попадались изваяния в стенах, но после первого они уже не вызывали такой реакции. А потом мы оказались в небольшом зале. Алтарь, явно для жертвоприношений и пыток, в центре. Огромный холст напротив входа. И семь статуй, три справа от входа, и четыре слева. Статуи… Ну, хаоситы из вселенной молота войны приняли бы этих ребят за своих. Люди, облачённые в доспехи и частично мутировавшие, вместе с доспехами в уродливых монстров. Странная, отталкивающая дрянь. Холст затянут серой поволокой. Никакой пыли и воздух свежий.
«Если захочешь испортить мне настроение и доставить массу отвратительных ощущений — помолишься твари, что здесь обитает,» — прошипела Астарта. — «Впрочем, тварь, почти наверняка потребует жертвоприношений, а это не в твоём стиле.»
Я мысленно хмыкнул:
«Ты настолько мне доверяешь, что даёшь аргументы против себя?»
Такой же хмык пришёл в ответ:
«Не забывай, что наша связь позволяет мне доставить тебе массу ответных впечатлений, хотя я и расплачусь за это потерей связи с вашей гранью реальности.»
«Да. Предлагаю остановиться на взаимовыгодном сотрудничестве.»
С той стороны пришёл смех:
«Ничего не обещаю, милый. Ты так давно не зовёшь меня по имени.»
Разговор не помешал мне обойти алтарь и приблизиться к холсту.
— Капище, да и алтарь был создан задолго до того, как Минакуро овладели этой землёй, — заговорил Герат. — Капище первое время использовали, как кладбище. Пока не изменился ритуал захоронения. Алтарь посвящён духу леса, но его имени не сохранилось. Да и то, как ему поклонялись…
Герат выразительно обвёл взглядом статуи.
— Вполне возможно, что тварь давно и бесповоротно стала злобным монстром без намёка на разум, — закончил за него я.
— С большой вероятностью так и есть. Когда этот замок перешёл под управление моего деда, он озаботился всем необходимым, чтобы связанное с алтарём существо оставалось неспособным влиять на наш мир. Возможно, поэтому рыцари сочли, что это место ничем не может им помочь?
Так себе отговорка. И она не объясняет, почему это не было отражено в записях. Единственное объяснение — записи были сделаны, но рыцари забрали их с собой.
— А вы слышите шёпот? — внезапно спросил наш ветеран.
Мы резко скрестили взгляды на нём.
— Не одарённым не стоит находиться здесь. Сэм — возвращайся наверх, — скомандовал Герат.
— Да, сир, — кивнул воин. — Мне и правда лучше это… Убраться отсюда подальше.
Я глянул на бледного Келлера, рассматривающего холст.
— Келлер. Тебе тоже стоит подняться. Мы скоро уйдём.
Парень вздрогнул, когда я обратился к нему, но состроил серьёзную моську.
— Я останусь! Я же одарённый, а значит, защищён!
Я перевёл вопросительный взгляд на Герата. Его дети, ему и решать. Но мужчина разрешающе махнул рукой.
— Мы можем попробовать… Пообщаться с этим… — Герат неопределённо взмахнул рукой. — Но я не думаю, что оно нам ответ.
— А если и ответит, то соврёт, — развил я мысль. — Нет, не стоит.
В моей жизни и так хватает контактов с существами, пришедшими из-за грани, или просто со всякой дрянью. К тому же не хочу рисковать, мало ли как может сработать моя связь с иной гранью.
«Я вообще за всякие рискованные опасные штуки, но сейчас, знаешь, согласна,» — подтвердила Астарта. — «Не хочу даже краем соприкасаться к этим…»
Я заинтересовался.
«Ты чувствуешь стойкое отвращение к древним богам…»
«Здесь не бог, так, мелкий дух,» — поправила меня демон. — «Да, у нас друг к другу лютая ненависть, но, чтобы объяснить её причины… Мы способны убивать друг друга. Вам, смертным, чья жизнь априори конечна, не понять этого. Мы способны убивать бессмертных духов вашего мира, а они способны убивать нас. Мы противоположности, и одновременно мы мало различаемся, являясь одним и тем же, просто живём мы по разные грани.»
Единство и борьба противоположностей, значит. Одарённые боролись со жрецами, выпуская демонов в храмы, давая демонам убивать духов нашего мира. Убивать богов. Насколько это изменило демонов? Насколько позволило развиться, окрепнуть? Не получается ли так, что сейчас все демоны собраны в единую иерархию под властью кого-то могущественного, и все контакты их с нашей гранью — это отправка шпионов и подготовка к новому вторжению? Пойди разбери, на чьей стороне и под чьими знамёнами воюешь, и против кого.
Мы вернулись наверх и, когда Герат закрыл дверь, испытали облегчение. Сэм ждал нас здесь.
— Нужно немедленно послать за егерем и лекаркой! — высказал вполне здравую мысль Герат.
— Дайте мне немного времени поведать свою служанку, и я буду готов отправляться, — согласился я. — Нужно выбрать солдат, не пользовавшихся услугами лекарки, они могут быть подвержены внушению. Также их следует хорошо снарядить. Я подозреваю, что мы можем не обнаружить никого из них, и придётся оставить засады в их домах.