— Здесь есть комната для слуг, поселим тебя туда. Служанок у нас нет, да и ты, если приложишь усилия, будешь не служанкой, а помощницей. Мне нужно уйти. Моя сестра, Ария, может вернуться раньше меня. Не пугайся, расскажи, как я тебя взял. Да и вообще о наших приключениях, ей понравится.
— Хорошо, сир, — кивнула Юля.
Тешу себя надеждой, что девушка поняла своё место. Как минимум она поняла, что не стоит рассматривать меня в качестве романтического интереса, и что в постель я её не потащу. Пока мы с ней занимались, я всегда строго держал дистанцию. Я не являюсь большим знатоком женских сердец, но, кажется, в её глазах я очень подхожу под образ благородного рыцаря, и мои попытки удерживать дистанцию этот образ только закрепляют. Надо найти ей учителя, способного заниматься целый день. Я такой возможности теперь лишён.
— Захочешь поесть — не стесняйся. С одеждой и прочим разберёмся попозже.
Девушка чуть улыбнулась, снова кивнув:
— Я всё поняла, сир. Не беспокойтесь.
Кажется, я всё же сумел вложить в её голову мысль, что она не вещь и не животное в стойле, а человек. И что раболепство я не одобряю. Главное, чтобы у Арии не взыграла дворянская гордость. До этого-то ей строить было некого, а теперь появилась Юля, и сразу захочется почувствовать себя хозяйкой.
— В обиду себя не давай, — всё же решил напутствовать я девушку. — Если что, я тебе запретил покидать дом.
— Хорошо, сир, — ещё раз кивнула Юля, похоже, мои последние слова её обеспокоили.
На этой ноте я покинул дом.
Кажется, здесь, в Эстере, ничего не изменилось, однако некоторые перемены всё же произошли. Если раньше большинство встреченных родичей старались меня игнорировать, то сейчас приветствовали лёгкими кивками и вежливыми улыбками. Значительный прогресс, надо сказать. И неожиданный. Понимаю, что род как большая деревня, все всё про всех сразу узнают. Не могла же победа в последней дуэли настолько поднять мой статус? Но я ведь и до этого Боярских выносил в дуэли, причём сразу двух. Спасение Сержа? Сильно натянуто. Это же аристократы, я бы скорее ожидал реакции: «что этот простолюдин себе позволяет?!»
— Като! — позвал меня знакомый приятный голос.
Мне наперерез шла Соня. Девушка открыто улыбалась и, оказавшись рядом, дружески меня обняла.
— Привет! Наконец-то ты вернулся! — искренне, кажется, обрадовалась мне одарённая.
— И тебе привет, снежная королева, — подмигнул я, ожидая какого-нибудь негатива на это прозвище, но его не последовало. — Что, неужели без меня было совсем скучно и уныло?
Она чуть наклонила голову, к улыбке добавился озорной блеск в глазах.
— Не отрицаю, ты бы точно нашёл приключений на ровном месте.
Ага, что я благополучно и сделал, причём даже находясь в глухой провинции.
— Но я о другом, — продолжила Соня, — Идём.
Я краем глаза заметил что-то, что привлекло моё внимание. Обернулся, увидев Момо. Парень имел какой-то странный вид, поникший и одновременно решительный. Придумал новый подарок для Сони? Я приветливо махнул ему рукой. Момо ответил, но немного натянуто. Ему точно нужна помощь психотерапевта, сам я просто не разорвусь.
— Что у вас здесь происходит?
Соня пристроилась рядом со мной, по-дружески взяв за руку. Подчёркиваю, по-дружески. Но до чего же приятно!
— Ты в совсем глухой деревне был, да? Вообще ничего не слышал?
— Последняя важная новость, это кончина короля. А что?
Соня вздохнула.
— Да, ты всё пропустил. Наследник Его Величества Баеруса, Его Величество Конрад заявил о своих претензиях на престол, и о готовности отстаивать свои интересы силой. У него много сторонников в войсках. Вот только есть проблема. Наш Верховный Совет выразил готовность поддержать Конрада только при условии подписания им Хартии Вольностей, по которой он давал бы слово не возвращаться к реформам, начатых его отцом. Хартию поддержали Советы Янтау и Дираи. На что Конрад ответил не только готовностью, но и намерением продолжить реформы и довести их до конца, не останавливаясь из-за чьего-либо мнения.
А мужик всё же оказался с яйцами? Теперь главный вопрос, хватит ли у него сил прогнуть под себя дворянство.
— Дай угадаю. Теперь все разговоры только о том, что нельзя позволять какому-то там отбирать наши права, нужно готовиться с оружием в руках эти права отстаивать?
Соня кивнула:
— С языка снял.
Я поморщился:
— Плохо. Надеюсь, высокие стороны договорятся до того, как в дело вступят пушки.
Соня немного удивилась:
— А ты, значит, пацифист?
— Я реалист. И я не хочу, чтобы в мой дом пришла война. И…
Я остановился, столь резко, что дёрнул Соню за руку.
— Что случилось? — без возмущения спросила девушка, обеспокоенно глядя мне в лицо.
Минакуро не хотели развития конфликта с Боярскими. Потому что уже готовились выступать единым фронтом против Конрада, и конфликт в своих рядах им был совсем не нужен. Вот о чём говорил старик Акихито, когда выговаривал Сержу за его недальновидность.
— Мы давно к этому готовимся, — тихо ответил я. — Я про наш род. Да и про весь город, наверное. Извини.
Мы пошли дальше, и девушка не прекращала на меня коситься.
— О чём ты?
— Да о… конфликте. Если я что-то понимаю в этой жизни, то готовились давно. Все знали, что Баерус много кому не нравится. Не сам по себе, я думаю, а как раз из-за реформ. И все знали, что после него придёт Конрад, который либо продолжит дело отца, либо окончательно похоронит. Думаю, желание сына продолжать тоже не было ни для кого секретом. Так что…
Соня помрачнела.
— Если ты прав, то… Это очень плохо.
Я чуть толкнул её локтем.
— Прорвёмся. Никто не будет устраивать войну на истребление из-за этого. Прободаются немного и успокоятся. Давай лучше наши маленькие проблемы решать.
Соня подозрительно посмотрела на меня:
— Это в какие ты проблемы уже успел влезть? Ты же сегодня только приехал?
Гордо улыбаюсь:
— Я предусмотрительно привёз проблему с собой. Нашёл девочку, Юлю, сироту, оставшуюся без дома. Да и подобрал по доброте душевной. Хочу найти ей учителя, чтобы вырастить помощника в делах. Я её немного по счёту и грамоте натаскивал, пока проявляет упорство и схватывает неплохо. Не потянет — отдам в обычные служанки.
Взгляд одарённой стал ещё более подозрительным.
— На дуэли щадишь противника. Потом просто подбираешь сиротку, чтобы помочь. Ты рушишь мои о тебе представления, Като.
— Надеюсь, в лучшую сторону? — хитро улыбаюсь в ответ.
Здесь сначала до Сони доходит, что мы практически флиртуем. А чуть с запозданием и до меня. Она смутилась и отвернулась. Но и я почувствовал смущение. Мозгами понимаю, что ничего страшного, а организм изволит смущаться. Блеск! Здравствуй, пубертат!
— Замнём? — предложил.
— Ага, — согласилась одарённая. — Так тебе нужен наставник для девочки…
— Да, — я был рад переключиться на нейтральную тему. — Желательно — женщину. И чтобы не только обучила наукам, но и рассказала, как жить в нашей большой, дружной, но иногда опасной семье. Юля неодарённая, со всеми вытекающими проблемами.
Соня покивала:
— Да, понимаю. В Верхнем городе, есть специальное место, где готовят гувернанток.
Я с выразительным скепсисом посмотрел на Соню, и под моим взглядом она поморщилась.
— Да, это нет то. Обучат-то её, может, и обучат, но…
В этом мире гувернантки исполняли несколько иные функции, чем в моём, хотя тоже могли обучать старших детей наукам. Да, гувернантки могли исполнять роль секретарей, но не более того. И, из того, что я узнал о методах обучения, особенно в части наказаний… Не мой вариант. Я хочу, чтобы она была самостоятельной и инициативной, а не запуганной до недопустимости даже помыслить о том, чтобы сказать что-то поперёк мнения хозяина.
— Я подумаю и наведу справки. Возможно, найдётся какая-нибудь старушка, готовая спастись от скуки обучением и воспитанием, — пообещала Соня.
— Спасибо. Я сам тоже поспрашиваю своих друзей, нисколько не обязываю тебя прямо завтра достать для меня наставницу для девочки.
Соня насмешливо рассмеялась:
— Като! Будет удачей, если найдётся хоть кто-то! Не жди, что завтра утром к твоей двери выстроится очередь из желающих.
— Я оптимист и ничего не собираюсь с этим делать, — отмахнулся. — До встречи, Соня. Надеюсь, после улаживания всякой текучки мы сможем просто встретиться и поболтать.
Она, кажется, удивилась такому предложению, но с радостью согласилась:
— Да, с удовольствием! А если ты ещё вытащишь Сержа, куда бы он там ни спрятался, будет вообще здорово!
— Обещаю, он от меня не уйдёт.
Расставшись на такой позитивной ноте, я отправился за пределы квартала. Мне нужны были Грохиры, для начала. А также необходимо было посетить производство оружия, существовавшее без меня целый месяц. Ужас! Боюсь представить, что они там могли наворотить.
Прогулка по городу прошла без проблем, знакомых я больше не встречал. А ведь очень скоро вылезут шестёрки Бронса и обязательно начнут подбивать меня на что-нибудь, что мне не понравится. Да и с Грэтой, если Брюс не соврал, и она действительно у Харонов, нужно что-то придумывать.
Зал для Каренбека не пустовал, народу было немало. Только половина присутствовавших не играла, а тихо что-то обсуждала. И после разговора с Соней, я могу догадаться о содержании этих перешёптываний. Алексаса, как и Тифи, в зале не оказалось. Зато у стойки бара в одиночестве сидела Олимпия. Пройти мимо, даже не поздоровавшись, было бы как минимум невежливо. И это я ещё очень мягко охарактеризовал. На самом деле это было бы крайним свинством с моей стороны.
— Приветствую, леди, — привлёк я внимание оборотня, — Разрешишь присесть?
Обычно сдержанная Грохир дружелюбно, хотя и немного вымученно, улыбнулась кивая:
— Като. Давно не виделись. Садись, — в своей лаконичной манере ответила Олимпия.
— Не виделись действительно давно. Где ты пропадала?