— Что могу сказать… — пожимаю плечами. — Я остался жив. И даже не ранен. Можно считать, что всё закончилось хорошо. Вам не за что извиняться.
Серсея благодарно кивнула.
— Ты взял там служанку? — продолжила она.
Киваю, а чего скрывать.
— Да, но я рассчитываю на помощницу, — кажется, в ближайшее время мне предстоит очень часто это повторять.
Серсея удивилась, но благосклонно кивнула:
— Это интересное стремление, но ты уверен, что помощница тебе потребуется?
Уже требуется. С удовольствием что-нибудь кому-нибудь перепоручил бы.
— Без лишней скромности могу заявить: Я очень амбициозен.
Старейшина приняла такой ответ.
— Понимаю. И тебе потребуется правильно её обучить, то есть найти правильного наставника.
Вот уж от кого, но от неё и Минакуро в целом я наставника принимать не буду. Это надо совсем мозгов не иметь, чтобы подложить самому себе такую синью.
— У меня есть кое-кто на примете, но пока не уверен, — обтекаемо ответил я.
Кажется, этот ответ удивил её ещё больше.
— Есть кое-кто? Гхм… — она издала сдавленный звук, смысл которого я не мог разобрать. — Как скажешь. В любом случае я хотела тебя обрадовать.
Мне как-то сразу стало не по себе. Не жду я ничего хорошего от семьи, вот никак не жду. Интуиция?
— Заинтриговали.
— С завтрашнего дня начинается твоя подготовка на Рыцаря, — «обрадовала» Серсея. — После дуэли уже всем очевиден твой потенциал. И мы не можем зарывать его в землю. Твоей подготовкой будет заниматься сильный и опытный одарённый. Синдзи из рода Белфаст.
Приплыли. Нет, так-то новость по всему отличная. Личный учитель, не отвлекающийся ни на кого — это круто. И то, что он не Минакуро, это тоже хорошо. Но я же теперь буду по рукам и ногам скован! Запросто может не остаться времени вообще ни на что! Это меня так решили нейтрализовать? Чтобы больше ни в какие неприятности не влез?
— Это отличная новость, — я всё же смог выдавить из себя радость. — Я приложу все усилия, чтобы оправдать оказанное мне доверие.
— Я очень рада, — улыбнулась Серсея.
Если бы видел её в первый раз, сказал бы, что радость искренняя. Но я её знаю не первый день, и точно могу сказать, что изобразить она может и не такое. А ещё я точно знаю, что она ко мне испытывает целую массу негативных чувств и эмоций. Не могло всё перемениться из-за одной дуэли, дело в чём-то другом. Чем-то, что от меня ускользает.
Однако надо попробовать забросить ещё одну удочку. Доверять воспитание Юли Минакуро я не могу никак, вообще, совсем, ни под каким предлогом, но обучение артефакторике можно оформить вполне официально. Если и здесь мне пойдут навстречу, то я не знаю.
— Мессира, а у нас в роду кто-нибудь занимается созданием артефактов?
Вопрос женщину несколько удивил.
— Ну… Насколько я знаю, нет. Не в Эстере точно, но возможно есть кто-то в провинции. Что именно тебя интересует?
Улыбаюсь, открыто и дружелюбно.
— Я обнаружил в себе изрядные таланты к этому направлению. Хочу узнать, насколько я прав и, если прав, немедленно приступить к освоению этого искусства. Из нашей библиотеке в Суонбурге я утащил всё, что нашёл, и всё изучил.
Серсея слегка подзагрузилась.
— Ты уверен насчёт талантов? — медленно выговаривая слова и внимательно глядя на меня, спросила старейшина.
— Я обязан попробовать!
Женщина несколько долгих секунд о чём-то усиленно размышляла, продолжая пристально смотреть на меня.
— Это неожиданно, но я не могу отказывать тебе в стремлении к знаниям. Я посмотрю, что можно для тебя сделать. У рода Минакуро есть постоянный контакт с одним мастером, но не уверена, что он захочет делиться своим опытом.
— Благодарю, мессира.
Остаток вечера прошёл в светских беседах. Ария ничем не выдавала произошедшую между нами ссору, Серсея была предельно добра и приветлива, и я чувствовал себя Рики-Тики-Тави, попавшим на ужин к двум гадюкам. Не покидало меня ощущение яда, сочащегося из-за маски дружелюбия. И если Арии с её подростковым бунтом я хотя бы не опасался, вряд ли девочка искренне захочет навредить мне. Напакостить — за милую душу. Но не вредить всерьёз единственному члену семьи. А вот мотивы Серсеи меня беспокоили.
Однако беспокойство не помешало мне начать клевать носом сразу после ужина. Замученный дорогой и новыми впечатлениями от насыщенного дня я отключился, едва голова коснулась подушки.
Наслаждаясь тёплым дневным солнышком, я слушаю простоватый армейский мат Синдзи. Эмоции наставника были направлены высшим силам и на свою судьбу, и слушатель в моём лице его нисколько не смущал.
Как и сказала Серсея, моё знакомство с наставником началось с самого утра следующего дня. Синдзи мне понравился сразу. Слегка полноватый, наверняка благодаря далёкому от здорового образу жизни, ветеран, сразу напомнивший мне Сэма. В потрёпанной военной форме, с парой планок, носимых на повседневной одежде вместо самих наград. Со шрамом на лице, причём каким-то лютым по своей природе, раз лекари не смогли его свести. Он нашёл меня во время утренней зарядки, но не вмешался, терпеливо дав закончить. И это очень важный нюанс, потому что имел он в этот момент лицо зверское и недовольное, прямо подразумевающее, что он не желает тратить своё время на ерунду. Но зарядку он счёл делом правильным, которое прерывать нельзя. Повторюсь, он понравился мне сразу. И это было странно.
Случайно ли мне попался именно он? Не верю. За половину дня, которую мы провели вместе, я составил первое впечатление. И, начни я тупить, качать права, или делать вообще что угодно, что сильно бы его разозлило, мужик послал бы меня прямым ходом в ближайший общественный сортир, потому что ругался прямолинейно и без излишней витиеватости. Но он этого не сделал. Подождав, пока я закончу с разминкой, Синдзи коротко и прямо поздоровался, назвав своё имя и статус моего наставника. Я ответил кратко и по делу, спросив, что от меня требуется. После чего мы пришли на полигон рода, закрылись в отдельной секции, какие предоставляли всем проходящим обучение в рыцари, и перешли к проверке моих навыков. Кратко и по делу, умею ли я драться, сражаться на ножах, на мечах? Из чего могу стрелять? Что знаю про ориентирование на местности? Про походы вообще? Умею ли готовить? А если в лесу и на костре? А если без огня? Как держусь на коне? И только в конце перешли к магии. Способность ставить осадный щит за пару секунд вызвала у Синдзи одобрение, которое он и не думал скрывать. А вот скудный арсенал атакующей магии, и полный ноль во всех остальных направлениях привёл его в уныние. Но отказывать в обучении он не собирался, бросив между матерными конструкциями главное:
— Как же я уложу все два года! Ему же учиться и учиться ещё!
Не верю я, что настолько подходящий мне по типажу мужик попался мне случайно. Значит, кто-то в семье озаботился поднять задницу, найти минимально компетентного специалиста по психологии, изучить меня и разобраться, с кем я сработаюсь лучше всего. А затем ещё и нашёл такого наставника.
— Значит, Като, ты заклинания можешь часами отрабатывать? — спросил Синдзи, закончив с изливанием эмоций.
— Да. Обычно тренируюсь с завтрака до обеда.
— Ха. Тогда не сомневайся, тренироваться ты будешь очень много. Сейчас ты не знаешь ничего, а знать должен, — дальше шло экспрессивное матерное выражение, обозначающее величину масштаба умений, какие мне предстояло освоить. — Тебе дали даже не базу, а какие-то крупицы основ. И если ты, парень, действительно хочешь на равных выступать против других рыцарей, придётся тебе прямо сейчас научиться запоминать книгу за пару дней. Понимаешь?
Прощай, свободное время.
— Отлично! Когда начинаем?
— Ха. Да прямо сейчас, — Синдзи покачал головой. — Ты, конечно, одержимый, со всеми вытекающими. И при прочих равных большинство противников задавишь. Но ты же понимаешь, что грубая сила — это не всесилие?
Серьёзно кивнул:
— Я победил на дуэли, но буквально чудом. Не за счёт грубой силы, а благодаря неожиданной тактике. Если бы полагался только на грубую силу, мой противник свалил бы меня, не сходя с места.
Ветерану понравилась такая оценка боя, о котором ему наверняка рассказали.
— Ха. Отлично, пропустим этап, на котором я сбиваю с тебя лишнюю спесь.
И мы перешли к составлению чернового плана моей подготовки, так как были вещи, который я должен был знать обязательно, например, та же защита от взлома плетения, и были вещи, которыми можно было пожертвовать.
Мне предстояло выслушать ещё одну порцию воззваний к высшим силам, когда Синдзи узнал, что я пошёл по долгому и сложному пути.
— Нет, Като, так не пойдёт. Мы просто, — снова вставка, в неделикатной манере, но цветасто и доходчиво обозначающая количество, стремящееся к нулю, — не успеем. Поэтому сначала составляем карту заклинаний, готовишься по ней. А уж потом, если, ха, будешь предельно расторопным и останется на это время, потренируем твои навыки контроля. Но будь уверен — мы не успеем.
— Я буду стараться.
— Ха. Это мы ещё посмотрим. Пошли, перекусим, а потом приступим к стихиям. Говоришь, две ты освоил…
После перекуса мы перешли к обучению. И Синдзи, доходчиво, внятно и кратко всё объяснив, а также дав массу очень дельных советов, уже к концу вечера помог мне освоить землю и воду. Начали мы с воды. Старый рыцарь поставил какую-то хитрую установку из нескольких сообщающихся сосудов, главным в которой была игла и блюдце под ней. С иглы капля за каплей падала вода в блюдце, вот и всё. А моей задачей было поймать каплю, получить над ней контроль. Это, по словам Синдзи, было проще, чем сразу с нуля создавать воду. Несколько подсказок, правильный настрой, и первый раз я сдвинул капельку всего минут через двадцать. Уверенно ловил и держал в воздухе — через час. Ещё через три научился самостоятельно создавать воду прямо из ничего, магией. Результат заметно выше среднего, но ниже планки «выдающегося». Землю научился передвигать, не слишком уверенно, но для первого дня результат хороший.