Соня, понимая, что безобразия уже не остановить, решила его возглавить.
— Так. Серж, на тебе алкоголь. Еду я тебе точно не доверю. Тифи, собирай всех знакомых. Только ты сможешь убедить людей всё бросить ради этих… — она неопределённо махнула рукой в мою сторону. — А мы с Олимпией подготовим стол. Да?
Последний вопрос был адресован нашей прекрасной волчице. Та кивнула:
— Помогу.
И Соня перевела взгляд на меня, однако здесь вмешалась Сигурэ:
— Ему пока не стоит пить. И, если вы не против, я бы провела поверхностный осмотр, — девушка превратилась в эталон дружелюбия и вежливости. — Мы прошли большой путь, хочу удостовериться, что бинты в порядке.
Соня вместе с Олимпией очень серьёзно на меня посмотрели, и первая высказала их общую мысль:
— Сегодня никакого алкоголя.
Если бы я сам не собирался сегодня воздержаться, потому что действительно не чувствовал себя для этого достаточно здоровым, то по-тихому придушил бы Сигурэ. Не насмерть, слегка, до состояния сговорчивости. А где-то в глубине ржал демон.
— Смиренно соглашаюсь, — кивнул я.
Соня повела нас в дом:
— Давайте покажу вам комнату.
Внутреннее убранство дома действительно требовало замены. Всё выглядело как-то… Старо. Неуютно, неудобно, неправильно. До нас здесь явно жили люди в возрасте. Прямо сильно в возрасте. А кровать в комнате и вовсе заставляла мысленно стонать.
— Глядя на это, я начинаю думать, что буду спать на полу, — тоскливо проворчал я.
Соня согласно кивнула:
— Да, выглядит плохо.
Старая, высокая кровать, заметно продавленная двумя телами. Да так продавленная, что никакие матрасы не спасут.
— На такой кровати никакого интима не получится, — добавила от себя Сигурэ.
Вот не могла она промолчать. У Сони проявились красные полосы на щеках, но удар она стойко выдержала. Целительница решила добить:
— Впрочем, молодости никакие преграды не помеха.
Я хмыкнул:
— Слышу большое знание дела.
— Ещё какое, — согласилась Сигурэ. — Хочешь пригласить для консультации?
Соня нахмурилась, но я её опередил.
— Ты себя даже целителем ещё не зарекомендовала, так что не беги вперёд кареты.
Услышав в моём голосе явное неудовольствие от компании Сигурэ, Соня успокоилась.
— Мы быстро. Ещё до темноты стол будет готов, — пообещала она и, чуть подумав, подошла и потянулась ко мне для поцелуя.
А я ей ответил. И мне ещё долго играть в эту игру. Лишняя мотивация быстрее разобраться с синим.
Девушка, наконец, ушла, оставив нас с Сигурэ наедине.
— Итак? — намекнул я на продолжение разговора.
— Давай руки. Хотя бы сделаю вид, что проверяла.
Минут пять мы сидели в тишине. Было у меня ощущение, что она напряжена и, если я начну давить, не расскажет ничего. Не могу сказать, на чём основанное, просто интуиция.
— То, что с вами случилось в Нижнем Городе, — Сигурэ заглянула в мои глаза. — Вы не рассказали правду.
Интересный заход. Белый Змей что-то нашёл? Следы воздействия Синего? У меня, или у Сони?
— Мы рассказали не всю правду, — поправил я. — Кое в чём я не уверен.
Сигурэ хмыкнула:
— Например, в том, что попали в лапы какой-то могущественной твари, посчитавшей, что выпустить вас лучше, чем убить, да?
Я напрягся. Если эта информация уйдёт…
— Не напрягайся так, — Сигурэ вздохнула. — Дядя не стал никому ничего говорить, и мне запретил. Он нашёл на тебе следы очень сложной целебной магии. Магии, разбудившей его исследовательский интерес.
Вот как. Дальше я понял и сам.
— Он хочет получить эти знания.
Сигурэ кивнула:
— Ага. Это точно не твари Нижнего Города. Среди них есть очень сильные, но не целители. Вы столкнулись с чем-то иным.
Я кивнул:
— Да. И я понятия не имею, что это. — на скептический взгляд Сигурэ, добавил. — Я серьёзно. Чем бы ни была эта тварь, это не демон. Мой собственный демонический спутник не смог разобраться, что это за существо. И не одарённый, вообще мало общего с людьми. Я бы сам хотел знать, что это такое.
Девушка посидела немного, после спокойно спросив:
— Врёшь?
Отрицательно качаю головой.
— Нет, абсолютно серьёзен.
— И как оно выглядело?
Я пожимаю плечами:
— Не могу сказать. Под страхом смерти от этой самой твари. Так что, если твой дядя хочет получить его секреты — добро пожаловать в Нижний Город.
— Нет, Като. К этой твари пойдёшь ты, — она скривилась. — И я.
Я удивился:
— А ты-то с чего?
Она хмыкнула:
— С того, что я — расходный материал. Дяде плевать на всё, кроме его исследований.
Сигурэ поморщилась и откинулась назад, сев на пол и опершись спиной на косяк двери. Повесила голову, будто смирившись со своей судьбой.
— Он пожертвует тобой, мной, да хоть всем городом, если поймёт, что получит взамен нечто столь же ценное.
А вот меня такая трактовка только подстегнула.
— Так, получается, у нас в каком-то смысле схожие цели. Я хочу эту тварь уничтожить, но буду совсем не против, если она попадёт на стол вивисектора. Но твоему дяде придётся кое-что дать мне взамен.
Сигурэ подняла голову, криво ухмыльнувшись.
— Держи карман шире.
— Придётся, придётся, — настоял я. — Против этой твари я был бессилен. Вообще. Ни надежды на самый крохотный шанс. И чтобы эту тварь достать мне нужно усиление. Он же разбирается в медицине. Только не говори, что у него нет методик усиления, способных дать мне преимущество? Пусть поделится, и я принесу ему тварь на блюдечке с голубой каёмочкой.
И судя по глазам девушки, кое-что Белый Змей сделать точно был способен. Что-то пришло даже ей на ум, а уж сам гений, блин, от медицины точно найдёт чем меня порадовать.
Глава 4
Тифи привела с собой Алексаса и смогла где-то отыскать Анко. Меня отстранили от всех подготовительных мероприятий, оставив сидеть на скамейке и наслаждаться прохладой уходящего дня. Оборотни, имевшие большой опыт охоты, а также готовки на природе, взялись за мясо. Алексас обещал сделать что-то убийственно вкусное, так что Соня занималась только овощами и прочими закусками. Серж притащил несколько бутылок, но я в эту сторону даже не смотрел. Всё равно пройдёт мимо меня. Пить нам никто запрещать никто и не думал. Понятия совершеннолетия в этом мире не было, а по возрасту самым младшим был… я. Иронично, знаю.
Развлекательная программа на этот раз была без моего сольного выступления. Соня приволокла из дома нечто странное, семиструнное, дальнего родственника гитары и контрабаса. И как оказалось, она умеет даже очень недурно играть. Как-то само получилось, что этот вечер был наполнен музыкой и песнями, на вдумчивые разговоры никого не тянуло. Идти по стопам прочих путешественников по иным мирам и петь чужие песни я не стал. Даже не буду пытаться переводить известные мне тексты на местный язык, тем более в стихосложении я совершенно не силён. Те, что пела Соня, хорошо звучали здесь, но при попытке в уме перевести на русский терялась всякая рифма и получался поэтичный, но совершенно не звучащий текст.
Алексас не соврал, мясо было великолепным. А Серж тайком угостил меня вином, и тоже не прогадал. Какое-то сухое белое вино, отлично подходящее к приготовленному на огне мясу. Но я послушно пил сок, за которым и пошёл в дом, опустошив графин. Соня было хотела подняться и сходить вместо меня, но я остановил её:
— Всё в порядке, я не совсем беспомощен. К тому же тебе ходить запрещено, — я подмигнул девушке, — Ты на инструменте!
— Принесу овощи, — поднялась Олимпия, собирая с расстеленного на земле покрывала тарелки. — И присмотрю за ним.
На кухне царил страшный бардак. Нам ещё долго обживаться здесь, кажется, завтра Соню ждёт большая уборка. Да, можно вызвать слуг, и они всё сделают, но… Ей хочется быть хозяйкой в доме. А у хозяйки все вещи лежат именно так, как она этого хочет. И, сделай уборку кто-то другой, ей всё равно придётся всё перекладывать. А я мало чем смогу ей помочь. Мне лучше, чем вчера, но всё ещё далеко до понятия «здоров». Вон, хожу с тростью.
Мы зашли на кухню, и я поставил графин на стол, присев на его край и наблюдая, как Оли наполняет тарелки.
— Спасибо, — поблагодарил я. — Мне будет намного проще действовать, если буду уверен, что Соня под присмотром.
— Она дорога тебе, — ответила Оли не оборачиваясь.
— Не безразлична, — не стал я отрицать. — Как и ты.
Оли замерла. Чувствует, что я не вру? Она обернулась и заглянула мне в глаза. Для неё всё началось с факта: я её не боюсь. А для меня с осознания простой истины. Она — боевая подруга. Та самая, что будет стоять за моей спиной, и, даже если я начну воевать со всем миром, то начнёт подавать патроны. Да ещё и рядом встанет, не постесняется пострелять вместе со мной. Это звучит наивно и глупо, но, чтобы понять весь смысл, всё значение, которое люди, вроде меня, вкладывают в эти слова, надо побывать на грани между жизнью и смертью. А лучше хорошо так за эту грань прогуляться и вернуться. С Олимпией у нас пока только взаимная симпатия, меньше чем с Соней. Вот только Оли я уже понимаю намного лучше и чувствую намного острее. Между нами намного больше общего.
— Как долго…
Завершить вопрос я не дал, шагнув вперёд и поцеловав девушку. Для некоторых вопросов пока не настало время. После этого поцелуя, первого между нами, и потому немного неловкого, я отстранился.
— Подожди, пожалуйста. Мне очень стыдно за обман. Но я не могу просчитать последствий, если расскажу ей правду.
Оли кивнула:
— Хорошо. Подожду. И… — она кивнула куда-то в сторону комнат. — Принесла твои вещи.
— Спасибо, — я коротко поцеловал девушку ещё раз, закрепляя эффект.
После чего мы оба вернулись к компании.
Остаток вечера прошёл спокойно. Серж ухаживал за Анко, но та, насколько я мог понять, не была сражена наповал его чарами. Впрочем, и от ухаживаний не отказывалась. Все наелись, особо много не пили, буду думать, что из солидарности со мной, а когда закончились угощения, стали расходиться. Было это сильно после заката, так что уборку волевым решением оставили на завтра. Вообщ