Харон, как умел, описал положение форта и его конструкцию. Затем по просьбе всё того же Дальцова перечислил, сколько боеприпасов было доставлено в форт, сколько провизии. Напрягать память особо не пришлось, некромант предполагал, что последуют такие вопросы.
— Не густо, — вздохнул Дальцов, давая общую оценку. — Удачное положение — это хорошо. Но несколько специалистов по работе с землёй за неделю сделают окружающие скалы более чем проходимыми для атакующих. Орудия установлены на башнях, их уничтожение — вопрос времени. Да, лобовым штурмом взять форт не получится, лоялисты просто не смогут добиться достаточного превосходства в живой силе, но… Я бы дал не больше двух недель, если генерал Хорвер торопится, и трёх с половиной, если постарается сохранить солдат.
— Получается, — взял слово Лок. — Мы готовим не деблокаду форта, а операцию по выдёргиванию Минакуро?
— Когда форт окружён войсками лоялистов? — с сомнением спросил Россен. — даже если получится ночью забросить туда наездницу на грифоне, день дать на отдых, а следующей ночью рвануть обратно… наездницы лоялистов нагонят. Они точно патрулируют ближайшие окрестности.
— Попробовать уйти за границу? — тут же предложила Боярская.
Харон отрицательно покачал головой:
— Соседи и так очень нервно смотрят в нашу сторону. Они даже в беженцев сначала стреляют, а потом начинают разбираться. Идея интересная, но я не считаю её удачной в текущей ситуации, — дипломатично отмёл он инициативу одарённой.
Женщина кивнула, принимая ответ.
— Значит, надо занять наездниц, — продолжил развивать идею Лок. — Пусть грифонов у Конрада больше, чем у нас, но не бесконечно много.
— Да, можно попробовать, — согласился Дальцов. — Потребуется хорошая координация действий, но такой план видится мне вполне выполнимым. Даже сможем вытащить оттуда наследников.
Начало новое обсуждение. Здесь Харон уже принимал куда более активное участие, координация и поиск уязвимостей у противника был частью его работы. Некромант отлично изображал бурную деятельность и инициативность, но на деле… Мысленно смеялся.
Он, вероятно, не даст этому плану сработать. Некромантов устраивали прорывы и демоны. Пока устраивали. Главное — были силы, способные спуститься в Нижний Город и заткнуть дыру раз и навсегда, если потребуется. Но время ещё не пришло.
На самом деле Харона сейчас беспокоил совсем не Ржавый Пик, не демоны и даже не армии лоялистов. У некроманта появилась новая причина для… тревоги, пожалуй.
Когда Минакуро принесли в Совет результаты своего расследования деятельности Като за время его жизни в качестве члена рода, в истории осталось очень много тёмных пятен. Харон озадачил нескольких подчинённых закрыть эти пятна, выяснить все подробности дела.
Результатов не было.
То есть некоторые результаты были, но совсем не те, которых ожидал Харон. Влияние Члена Совета было намного выше влияния рода Минакуро, удалось накопать намного больше. Выявили связь Розалье Бронса и Като. То, что Бронс совсем не такой кретин, каким иногда кажется, все заинтересованные люди знали. Их связь вполне вписывалась в обычную рутину интриг Верхнего Города. С желанием Бронса очистить Средний Город тоже всё было понятно. Но! Найти всех юстициариев, участвовавших в ночных рейдах, было несложно, вопрос времени. Про то, что Като и некие наёмники использовали банду Корня, как прикрытие для той же зачистки Харон уже знал. Однако он считал, что под наёмниками скрываются всё те же юстициарии. Но нет, это действительно были некие неизвестные наёмники. Этим же якобы наёмникам ушло оружие, подпольно созданное на кустарном производстве Грохиров.
И вот здесь успехи закончились. Куда ушло оружие — неизвестно. Куда делись инженеры, оружие собиравшие — неизвестно. На заводе Минакуро-Грохиров трудятся новые люди. Кто-то очень качественно подчистил все следы. А главное — наёмники просто исчезли. Растворились. Как будто никаких наёмников и не было. Подчинённые Харона были очень настойчивыми и внимательными, но не нашли НИ ОДНОГО одарённого, участвовавшего в ночных рейдах вместе с людьми Корня, или под видом людей Корня. Ни единого. Ничего, ни имён, ни прозвищ, никаких контактов. Пустота.
Харон внезапно осознал, что в его городе существует группа одарённых, неизвестного числа и силы, способная действовать у всех под носом, незамеченными, и исчезать без следа при первом признаке угрозы. Сейчас подчинённые некроманта проверяли, одного за другим, всех известных наёмников и просто безродных одарённых, пытаясь найти хоть что-нибудь. Потому что эти непонятные наёмники не могли быть заезжими. Поверить, что кто-то может так свободно заезжать в город, а потом незаметно его покидать… И не жалкий десяток человек, а как минимум сотня судя по масштабу действий. Это было совсем плохо.
И, едва закончилось заседания Совета, Харон спросил у своей помощницы именно об этом:
— Есть какие-нибудь результаты по нашему делу?
Грэта отрицательно качнула головой:
— Ничего, сир.
И это было плохо. Очень плохо. Потому что всегда есть кто-то, кто проговориться. Всегда есть кто-то, кто что-то забудет. Упустит какую-нибудь деталь. Харон прекрасно знал, что проще поверить, что его подчинённые — некомпетентные кретины, чем в группу наёмников, скрывших все следы своего существования. Но сейчас он имел то, что имел.
Некромант вернулся к мысли, что остался всего один человек, точно контактировавший с этими наёмниками.
Минакуро Като.
Глава 9
Утром лагерь лоялистов пришёл в движение. Дисциплинированно, без спешки, но и без промедления, начали развёртываться отряды, выстраиваясь в боевые порядки на безопасном отдалении. Не увидеть в этом подготовку к атаке было попросту невозможно. Оставалось только понять, что именно будет делать противник.
Комендант находился в сторожке, нервно теребя трубку. Утро выдалось более холодным, чем обычно, даже влажный камень покрылся инеем. Во дворе солдаты спешно, десяток за десятком уходили внутрь, на кухню, завтракать, пока остальные занимали позиции. Расчёты орудий ели прямо на своих местах. Рядом с ними уже находилось по стражу, способному ставить осадный щит.
Никто не бахвалился, неслышно было шуток, которыми солдаты прятали мандраж. Потеря полусотни человек первым же штурмом ударила по морали гарнизона. И Хейс всё думал над словами, какими смог бы подбодрить своих людей. Но никак не находил их. А то, что приходило на ум, казалось наивным и неуместным сейчас.
В сторожку зашёл Бронс. Страж обзавёлся винтовкой и парой сумок под порох и патроны. Его подчинённые, комендант это отметили и сделали то же самое. Франсуа подошёл к окну, чтобы посмотреть, очевидно, на лоялистов.
— Щиты готовы. Даже сталью обшили.
Хейс кивнул.
— Да. Будут под их прикрытием пушки подводить. Коля, командир правого орудия, уверен, что три холма займут. Они лучше всего подходят, и артиллеристы лоялистов не могут этого не понимать.
— Какие холмы? — Бронс окинул взглядом подножие скал.
Он в этом не понимал ничего, и маленькие холмики, разбросанные внизу, казались ему одинаковыми. Хейс встал рядом и, указывая рукой направление, начал давать ориентиры.
— Вон тот, с кустами сиреневыми на левой стороне. Там почва слишком рыхлая, водянистая, даже лёгкую пушку будет уводить, а выкапывать после каждого выстрела из грязи — сомнительная забава. А вот сразу за этим горка, да, ближе к нам, она отлично подходит. А ещё вон тот…
Комендант показал три позиции, все три метрах в шестистах.
— Довольно близко, — оценил Франсуа.
— Это как посмотреть. Вообще-то, они и оттуда, где сейчас стоят, к нам могут снаряд забросить попробовать, — ответил Хейс. — Да только стрелять будут сильно вверх. Коля говорит, это занятие малоперспективное. Он что-то рассказывал про разность температур, что там внизу теплее, воздух поднимается, создаёт искажение. Дистанцию и угол возвышение на глаз определить сложно. Надо долго пристреливаться. А пристреливаться надо тем, чем стрелять собираешься. На каждый снаряд своя пристрелка, вес-то разный, да и геометрия.
Страж кивнул, самые основы он понимал.
— Вот, — продолжил Хейс. Офицер был рад заполнить ожидание каким-нибудь разговором. — То ветром снаряд снесёт, то ещё что. В общем, надо раз десять пальнуть, чтобы понять, куда ты там примерно попадаешь. Дать поправку. Снова раз десять пальнуть. А ведь ещё сообразить надо, что корректировать. Угол возвышения менять, или заряд больше класть? Или вовсе прицел куда-нибудь в сторону уводит? А сотню снарядов выбрасывать, только чтобы примерно по нам пристреляться, и это без всякой гарантии, что попадания станут стабильными… Нет, лучше попытаться подвести на дистанцию, с которой можно нормально целиться. Так, во всяком случае, Коля считает.
Комендант всё же убрал трубку, глядя, как распределяются внизу солдаты, которые будут катать щиты. До атаки оставалось совсем немного.
— А наши могут попытаться по ним попасть? Прямо по лагерю? — спросил Бронс.
Не из желания действительно пальнуть, просто любопытствовал.
— Не. Пушки у нас уже не новые, Коля опасается заряд увеличивать, стволы-то…
Раздался протяжный вой горна. За ним последовал бой барабанов. Недолгий. Вперёд выехал всадник, генерал, обращающий речь к своим подчинённым. Он что-то говорил, но с такого расстояния нечего было и думать разобрать слова.
— Готовятся к решительному штурму? — спросил Бронс.
— Возможно, — кивнул комендант. — Позволю себя малодушно надеяться, что они просто нас так пугают, что сейчас пойдут решительным штурмом.
Армия разразилась слитным воплем одобрения. Что именно они там все вместе орали было не разобрать, но орали точно все.
— Это их хитрая тактика? — натянуто улыбнулся Франсуа, — Орать так громко, чтобы нам скала на голову скатилась?
Вокруг раздались такие же вымученные смешки.
— Если так… То пусть хоть весь день орут, — согласился комендант.
Крики стихли. Генерал поехал обратно к своей палатке, а несколько рот вышли к переносным щитам и стоящим неподалёку пушкам. Все орудия развернули для стрельбы.