— Они что… Собираются стрелять? — спросил кто-то.
Орудия за несколько секунд закрылись облачками дыма и с запозданием прилетели хлопки выстрелов. А ещё через пару секунд снаряды упали с недолётом в пару сотен метров и сильно правее.
— Да, они стреляют, — кивнул комендант.
Новый залп, снаряды падают ещё дальше. В этот раз страж пытался определить радиус разлёта снарядов. И он явно был больше, чем площадь внешней части форта.
— Рассчитывают нас прижать, чтобы проще было подкатить щиты… — предположил комендант.
Новый залп. Немного ближе. Ещё один. Ушёл дальше в сторону. Снова. Накрыли дорогу. Между залпами проходило почти по минуте. И раз от раза снаряды начинали падать всё ближе.
— После первой атаки с этими куклами я ждал чего-то большего, чем просто заваливать нас снарядами, — признался Франсуа. — И почему они стреляют все сразу? Разве для пристрелки недостаточно одного орудия?
Ещё одна пачка снарядов упала в какой-то сотне метров от стен. Разброс всё ещё был слишком большим, чтобы обстрел становился реально опасным для гарнизона. Скорее злым и неприятным.
— Не знаю, — пожал плечами Хейс. — Но я начинаю искать подвох. Их первая атака тоже выглядела идиотски.
Новый залп, и снаряды падают уже практически перед стенами.
— Пристрелялись, сволочи, — тихо ругнулся один из солдат.
— Сир, может убрать людей со стен? — спросил десятник.
— А куда? Под стены? А если снаряд во двор упадёт? — поморщился комендант. — Демоны! оставаться на позициях!
А сам покинул сторожку и спустился во двор. Там он начал разгонять солдат, праздно отдыхающих по плацу. Понятно, что сейчас палатки были переполнены, и спали в них по очереди, но комендант поднял всех и начал разгонять по укрытиям. Кого-то отправил в подземные помещения, кого-то внутрь башен.
Новая тучка снарядов ушла сильно в сторону, вновь не накрыв форт. Затем вторая ушла туда же. Страж напряжённо всматривался в скалы, пытаясь понять, за каким чёртом лоялисты могли туда стрелять. Затем прошёл на другую сторону сторожки и осмотрел склон по другую сторону предположив, что обстрел отвлекал их от обходного манёвра, но и там было спокойно и безжизненно.
Хейс вернулся в сторожку.
— Куда стреляют?
— Уже рядом, только в сторону уносит, сир, — доложил десятник.
А затем снаряды упали на форт. Несколько врезалось в стены и разорвалось снаружи. Какие-то улетели в скалы. Остальные упали справа и слева за стенами. И обстрел прекратился. Бойцы прильнули к окнам, Бронс и Хейс достали бинокли, присматриваясь к позиции артиллерии лоялистов. Увеличение не давало подробно рассмотреть, что именно там происходит, однако было видно, что расчёты активно уносят в сторону ящики с боеприпасами. А откуда-то из глубины лагеря к орудиям несли уже другие ящики, вместе с которыми шли одарённые. Через несколько минут лоялисты начали заряжать новые снаряды пушки. И к делу подключились одарённые.
— Они зачаровывают оружие… — произнёс Бронс.
— На что зачаровывают? — спросил Хейс.
— Сейчас узнаем.
Выстрелило первое орудие. Через пять секунд второе. Затем следующее с тем же промежутком.
А затем в стену врезался снаряд, взорвавшись так, будто был вдвое большего калибра. Разорвался следующий, в стороне. Ещё взрыв, снова в стену. Четвёртый взрыв, снова за стеной, но очень близко, сторожка дрогнула, с потолка посыпалась пыль.
— Поднять осадные щиты! — заорал Бронс.
Если такой снаряд упадёт на башню — форт останется без орудия. Но его приказ затерялся из-за нового взрыва. И страж продолжал кричать, пока над одной, а затем и над другой пушкой не сомкнулся купол защитного заклинания.
Хейс, оценив проблему, тоже начал колдовать. Не слишком быстро, но спокойно и уверенно он сплёл заклинание. Его щит не накрыл всю сторожку, защита появилась только по фронту и, частично, сверху.
Один за другим начали рваться снаряды, заставляя солдат вжиматься в парапет. Гремели взрывы. Не точные, но частые. По стенам пробежала дрожь. Бронс, чувствуя ладонью вибрацию камня, потерял уверенность в его прочности и несокрушимости. Очередной снаряд врезался прямо в щит, вспыхнув искрами.
Хейс нервно улыбнулся:
— А не так уж и страшно. Если так будет прилетать, я тут и пару часов смогу простоять.
Десятник рядом подхватил:
— Фейерверков много, а толку мало, сир?
— Ага. Лают, да не кусают, черти, — кивнул комендант. — Как на башнях?
Десятник выглянул в проём.
— Да по ним и не попали ещё, похоже. Сиди ровно, головы не высовывай! — тут же заорал он на одного из солдат.
Убедившись, что прямо сейчас обстрел не представлял какой-то серьёзной угрозы, Франсуа снова приник к биноклю, чтобы рассмотреть лоялистов. Пушки стреляли в прежнем режиме, или он не смог увидеть каких-то изменений с такого расстояния. Пара одарённых разгоняла пороховой дым, ещё пятеро зачаровывали снаряды.
А вот щиты пришли в движение. Лоялисты не торопились, двигались без особой спешки. Не по дороге, а напрямую.
— Они щиты катят. Или скорее несут. В первом ряду только десять, во втором ещё семь.
Если обычно подобный щит катился, три на полтора метра, на нескольких колёсах, то здесь он сдвигался вперёд на десяток или два шагов, после чего останавливался.
— Не позавидуешь им. Целый километр в гору эту дуру тягать… — высказался десятник.
— Зато, когда дотащат — не позавидуешь уже нам, — отозвался один из солдат, в возрасте мужик с обветренным лицом.
— Не дотащат, — отозвался другой, тоже немолодой, бородатый, — наши пушки не дадут.
Очередной снаряд разорвался где-то справа, близко, казалось, что на самой стене. В сторожку залетела поднятая взрывом пыль, в ушах звенело. Рядом кашляли солдаты, десятник высунулся туда. Страж, сосредоточившись, создал заклинание и очистил воздух, выгнав поднятую пыль наружу.
— Нормально, — доложил вернувшийся десятник, — между зубьев разорвало, никого не задело.
Снаряд врезался в магический щит, и вновь лишь искры.
— Франсуа, — обратился комендант к стражу. — Думай, что делать со щитами. Я тут слегка занят, не могу внимание распылять.
Бронс покачал головой:
— Ну ты нашёл, командир, специалиста по решению тактических задач. А что с пушками?
— Пушек две, этих много. Да и знают они о пушках. Значит — какой-то козырь припасли. Не знаю уж, туза в рукаве, или что там…
В щит врезался снаряд, прервав речь Хейса.
— Короче, думай. Даже если Харон там что-то подготовил, ну, рванёт оно раз. Всех не остановит. Задача у тебя теперь такая, страж, что-нибудь придумать.
Бронс поморщился.
— Знать бы ещё, как её…
И замолчал. Франсуа не знал, намекал на это Хейс, или это сам страж об этом подумал. Однако вспомнил Бронс о заключённом. Просто потому, что одержимый не был так ограничен в использовании магии. Ему не придётся несколько часов восстанавливаться после нескольких заклинаний, а значит, он способен обрушить на атакующих что-нибудь мощное. Вот только для этого его потребуется выпустить.
— Я об этом пожалею, — прошипел Франсуа.
— Не знаю, о чём ты, но по мне так лучше жить и немножко сожалеть, чем быть мёртвым, — ответил Хейс.
Страж решился.
— Сейчас вернусь.
Пробежка от ворот до входа в подземелье могла быть опасной, но пока снаряды во двор не залетали. Поэтому страж, испытал лёгкий подъём адреналина, когда один из снарядов грохнул где-то выше по склону, но на этом и всё.
Подземная часть форта вообще почти не замечала взрывов. Гулкие удары казались далёкими, заглушёнными толщей камня. Здесь одарённый вновь почувствовал себя в безопасности. До камеры дошёл уже спокойным, хотя и быстрым шагом.
Като, как и до этого, сидел на полу с закрытыми глазами, обыденно проигнорировав появление гостя. Бронс, успевший сформулировать вопрос, пока шёл по коридору, нисколько не замешкался.
— Нужна твоя помощь.
Не открывая глаза, заключённый поднял руки, указывая на оковы.
— Даже не будешь спрашивать — в чём именно?
— Вряд ли ты приглашаешь меня поучаствовать в разузнанной оргии и помочь тебе с удовлетворением роты на всё готовых девиц, — хмыкнул Като. — Но вообще меня радует, что ты выбрал второй из двух вариантов.
Страж вынул ключи и уже готов был открыть замки, но замер.
— Каких вариантов?
— Вы могли повести себя, как идиоты, дотянуть до последнего и выпустить меня только в самый критический момент. Получилась бы отличная драматическая сцена, когда ты осознаёшь, что тот, кого ты считаешь врагом, становится тебе лучшим другом, но жизней бы за это было заплачено…
Франсуа снял замки с рук Като. Тот сразу улыбнулся, удовлетворённо потягиваясь. Пусть подавители и действовали на него слабее, чем на обычных одарённых, но всё равно приятными не были.
— А второй вариант — воспользоваться твоей помощью сразу, а не ломаться, как девственница перед первой брачной ночью?
Минакуро поднялся, встряхнувшись.
— Типа того, — кивнул он. — Показывай, кто вас там обидел. Сейчас папочка всё разрулит.
Страж закатил глаза, но махнул на мелкие выходки рукой. У Като не было причин уважать чувства окружающих, лишь бы помог, и то хорошо. Они покинули камеру. Бронс коротко проинструктировал дежурных, и к выходу они шли уже вчетвером.
Остановились в воротах. Вокруг стояли опустевшие палатки, личный состав несколько сократился, и места занимал меньше. Рядом с фортом продолжали рваться снаряды. Бронсу даже показалось, что лоялисты стали бить точнее. Он уже хотел сказать, что внутрь снаряды не попадут, но не успел.
Като вышел вперёд и поднял руку. Секунда, и над ним появилась полусфера осадного щита. С такой лёгкостью созданного, с какой сам Бронс зажигал заклинание света по вечерам.
— Снаряды не падают во двор… — всё же сообщил страж и хотел добавить про позицию орудий и траекторию.
Но Като было на это плевать:
— Ты хочешь поручиться за это и поймать жопой случайный осколок? Я — нет.