— Сука! Ты сломала мне рог! — завизжала Наама и отбежала, прикрывая голову.
— И сломаю второй, если еще раз сунешься ко мне, — пригрозила я, тяжело дыша и потрясая кулаком с зажатым в нем рогом.
Я поближе присмотрелась к тому, что держала в руке и воскликнула:
— Ах ты, обманщица! Он же ненастоящий! Один кривой, а другой вообще липовый!
Полностью черные глаза Наамы с ненавистью взирали на меня.
— Так бы и смотрел на это зрелище часами, — раздался насмешливый голос.
Я подняла голову. На ближайшей скале стоял Бастиан и одному небу было известно, как давно он там находится. Мелькнула паническая мысль о телеге со спрятавшимися там хранителями, но повар все еще валялся без сознания, а кроме него никто не мог рассказать Бастиану о побеге пленников.
Бастиан стремительной искрой соскочил со скалы, а я невольно залюбовалась его огромными крыльями, такими черными, что они, казалось, поглощали свет.
— Девочка, твое место в моей комнате, около камина, помнишь? — издевательски бросил он, обращаясь ко мне.
— Эта дрянь пыталась сбежать! — Наама была близка к истерике. — Бастиан, я летела от Хабарила и увидела ее в повозке! Наказание за побег — смерть!
— Не помню, чтобы посылал тебя в погоню, Наама. Я сам разберусь со своими пленниками!
Наама зашипела.
— Почему ты опять защищаешь ее? Она сбежала, заставила Нура помогать ей, напала на меня! Отдай мне эту сучку и я…
— И лишишься еще и хвоста! — храбро крикнула я, совсем не испытывая этой самой храбрости. С Наамой я бы справилась, но вот Бастиан внушал мне страх. И какие-то непонятные мне самой желания. Но прежде всего страх.
Наама, взвизгнув, метнулась ко мне и, вцепившись в мои волосы, с новым приливом сил, укусила меня в плечо. В следующую секунду подоспевший Бастиан оторвал ее от меня и отшвырнул в сторону.
— Убирайся отсюда, сейчас же! Бестолковая демоница, ты не понимаешь, что наделала!
Я не поняла, что произошло дальше, потому что по всему телу разлилась непонятная истома, ощущение было такое, словно все внутри стало ватным и невесомым, окружающий мир закружился в каком-то буйном танце и я, глупо хихикнув, упала в объятия Бастиана.
[1] лат. От судьбы не уйти.
[2] с лат. Без надежды надеюсь.
[3] Растение. То же, что борщевик.
Глава 11
Безумный водоворот из света, звуков и запахов наконец обрел очертания и стал Бастианом, который нес меня на руках, крепко прижав к груди. Его сердце глухо стучало около моего уха.
— Ты такой горячий, — поморщившись, я попыталась отстраниться.
Он, не отвечая, крепче прижал меня.
— Расскажу всем, что меня носил на руках сам виконт, — пробормотала я, обвивая руками его шею и утыкаясь в нее носом.
Бастиан вздрогнул.
— Черт бы побрал эту Нааму! Надо было давно отослать ее! Как ты выбралась? — Это относилось уже ко мне.
— Тебя ждет сюрприиииз, — протянула я, попытавшись подмигнуть, но ничего не получилось. Тело больше не слушалось меня.
Бастиан пинком распахнул двери в свою комнату.
— Девчонка, бездна тебя побери, с тобой не соскучишься, — проворчал он, заметив на полу прикованного Кристофера и мгновенно оценив ситуацию.
Тот сидел мрачный, потирая голову.
— Виконт, простите, она меня обманула, ударила и… и… и больше я ничего не помню!
Я захихикала. Мне было так легко и хорошо, как никогда в жизни, и все казалось ужасно смешным.
— Что это с ней?
— Яд демона, — коротко бросил Бастиан, аккуратно укладывая меня на свою огромную кровать.
— Ее укусил демон?
— Как видишь.
— Она умрет?
— Хватит трепаться, живо найди Уфира.
Кандалы звякнули и освобожденный Кристофер, шатаясь, отправился выполнять приказ.
— Уфир, Уфир, Уфир, — бормотала я, и с каждым разом имя казалось мне все смешнее.
Рядом возник Бастиан с наполненным какой-то вязкой темной жидкостью кубком.
— Давай-ка, девочка, выпей это, — он придвинул кубок к моим губам.
Я послушно сделала глоток и закашлялась.
— Что это за гадость?
— Слюна грифона и еще кое-какие… м-м-м… вещества. Помогает при отравлении.
— Глупости, я отлично себя чувствую!
— Это ненадолго.
Вслед за раздавшимся стуком в дверь вошел тощий высокий демон в старомодном сюртуке. В руке он держал лекарский чемоданчик. В глазу поблескивал монокль.
— Что тут у нас? — Уфир подошел ближе и брезгливо дотронулся до ворота моей рубашки, отогнув ее. — Укус демона смертелен для светлых. И противоядие есть только у светлых. Ты это знаешь не хуже меня, — бросил он Бастиану, завершив осмотр.
— Фу, какой некрасивый доктор, — я скривилась. — Пусть меня продолжает лечить вон тот красавчик, — я кивнула в сторону Бастиана.
Тот кашлянул, очевидно, пытаясь скрыть улыбку, а Уфир скривился, став еще неприятней.
— Но она не обычная светлая. Тёмные могут прикасаться к ней, она ничего не чувствует. Может, ее кровь растворит и яд демона?
— Не имеет значения, будь она хоть верховным хранителем. Сейчас у нее состояние эйфории, оно продлится пару часов, не дольше, а потом мучительная агония.
— Сделай хоть что-нибудь! Ты же лучший лекарь Мира Теней! — Бастиан повысил голос.
— Я лекарь, а не волшебник. А вот это, — костистый палец указал на меня, — к утру будет трупом. Не узнаю тебя, Бастиан, это всего лишь светлая девка, зачем она тебе?
— Не мне, — задумчиво ответил Бастиан, — Великой Матери.
Уфир, сильно удивленный, приподнял тонкие брови.
— Я был бы рад оказать услугу Великой Матери, но здесь я бессилен. Если у тебя в замке не припрятан кто-то из целителей Второго Неба, советую убрать это с кровати, — обронив напоследок сие напутствие, Уфир откланялся.
Всклокоченная голова Кристофера появилась в двери какое-то время спустя.
— Виконт, пленники… их нет… Камеры пусты, а на месте охраны только кучи стекла! — не скрывая радости, выпалил он.
Бастиан отмахнулся от этой новости и исчез за дверью библиотеки. Я сползла с кровати и, хватаясь за стены, побрела за ним. Следующие два часа прошли словно в тумане: Бастиан лихорадочно листал какие-то книги, отбрасывая на пол ненужные, несколько раз относил меня обратно в кровать, откуда я все равно сбегала, выслушал несколько песен и просмотрел несколько танцев в моем исполнении (мне казалось, что у меня восхитительный голос и грация), и продолжал отпаивать вонючей микстурой, хотя я, отбрыкиваясь, пару раз вышибла кубок у него из рук.
Наконец, обессиленная, я рухнула на кровать. Беспричинное веселье отступило, по телу прокатился озноб и меня затрясло. Внутренности скрутило тупой болью, а сфокусировать зрение становилось все труднее.
— Я умираю, да? — прошептала я. Все случившееся до этого происходило словно не со мной. — Это все твоя дурацкая микстура.
Бастиан сел рядом и, подумав, кивнул. А в глазах была… жалость?
«Вряд ли, — отстраненно подумала я. — С чего бы ему меня жалеть?»
— Пожалуйста, мне так холодно, — я протянула к нему руку.
В следующий миг я оказалась в кольце его горячих рук, крепко прижатая к груди.
— Хабарил был прав. Ты прохладная… И пахнешь солнцем, — глухо пробормотал Бастиан мне в волосы. — А я так давно не чувствовал его лучей на коже.
Он говорил еще что-то, но я не слушала. Одна назойливая мысль крутилась в голове среди калейдоскопа образов и неясных видений. И мне уже казалось, что это не Бастиан обнимает меня, а нежные руки Элая ласково гладят мою спину, волосы, лицо. Два образа слились в один. Я легко коснулась пальцами лица Бастиана. Он вздрогнул, но не убрал мою руку.
— В каждом есть свет, просто в одних он явен, а в других скрыт, — вспомнила я слова Варлаама, подняв голову и встретившись взглядом с внимательными зелеными глазами.
Он, словно боясь обжечь, нежно накрыл своей рукой мою.
— Во мне он давно погас, светлая малышка.
— Свет, что внутри, нельзя погасить, можно лишь… — Мысль ускользала, казалась уже неважной, как и все остальное. Стало жаль тратить драгоценное дыхание на слова. Я закрыла глаза.
— Нет, ты не умрешь, еще слишком рано, а ты моя единственная надежда. Слишком рано. — Решительный голос Бастиана и то, как он еще крепче прижал меня к себе, стало последним воспоминанием перед отправлением во тьму.
— Ами! — взволнованный голос Элая вывел меня из забытья. Я распахнула глаза и увидела его счастливое улыбающееся лицо.
— А я-то думала ты любуешься Водопадом с Мисс Большая Грудь, — хрипло проговорила я. Казалось, что легкие забиты песком. Во рту ощущался привкус какой-то дряни.
— С кем? — Элай нахмурился и быстро прижал ладонь к моему влажному лбу. — Ты еще бредишь?
— Не обращай внимания. Наверное, в Мире Теней я подцепила ехидство.
— Мир Теней?!
— А где ты думаешь я была? Уж явно не на параде в честь награждения Варлаама. Кстати, его нашли?
Элай отрицательно покачал головой и нахмурился.
— Как ты? — просто спросил он. Внимательный взгляд блуждал по моему лицу.
Я прислушалась к себе.
— Чувствую себя… слабой… Как новорожденный хомячок.
Элай не оценил мой юмор, он даже не улыбнулся.
— Как ты оказалась в Мире Теней? Попала в плен к темным?
— Не совсем. Вообще-то я полезла туда по своей воле, — я виновато пожала плечами и попыталась сесть. Тело ломило так, словно меня по очереди отпинали все слуги Бастиана, а Наама была их предводителем.
Глаза у Элая расширились от ужаса. Только сейчас я заметила, что он заметно похудел, а под всегда такими живыми глазами залегли черные тени. Элай провел рукой по спутанным пепельным волосам.
— Ты когда последний раз отдыхал? — подозрительно спросила я.
— Какая разница, — отмахнулся он, — не переводи разговор. Что случилось, Ами? Капитан Маврикий допрашивал меня, Вели, всех, кто тебя знает. Он считает, что это ты пыталась призвать Астарту. А после твоего исчезновения лишь убедился в этой мысли. Я чуть с ума не сошел, когда ко мне прилетела Велизара и рассказала обо всем: ты пропала, тебя разыскивает все воинство Пятого Неба, даже Реги