Я люблю. Люблю до дрожи, до трясучки, до спазмов, что способны срывать мясо с ребер, если не будет ее. Она нужна мне, как воздух.
Выдохнул, приводя стучащие о кости черепа мысли в порядок, ну или хотя бы в ровную очередь.
Моя. Моя девочка…
Да какие тут мысли, если у меня уже слюна обожания по губам бежит, и ни о чем кроме нее думать не могу, как сумасшедший, вдыхая персики которыми пропитался салон! Я теперь без этих персиков ничто, грязь под ногами.
- Малыш, просыпайся, мы приехали. – Отстегнул ее ремень и вновь взял на руки. Такая крошка.
Она сонно обняла меня, но потом все же попросила поставить на ноги, и я отпустил, пока она, пряча носик в полы капюшона ждала, когда я закрою машину. Уже в квартире вынырнула из сапог, не позволив их снять, сбросила теплую куртку, будто дышать нечем, и побрела в спальню, на ходу избавляясь от вещей.
Комбинезон от горнолыжного костюма…. Свитер… Тонкий лифчик отлетел и тряпочкой упал на пол, и голое тело исчезло в темноте спальни.
Побрел за ней, шатаясь, на ходу избавляясь от одежды, чувствуя, что сейчас мне нужно ее обнять, нужно вдохнуть голое тело и полностью ощупать ее ладонями.
- Хочешь чего-нибудь? – Лег в постель, подгребая к себе сладкое, желанное тело, утыкаясь носом в макушку. – Может чаю? Мороженое?
- Хочу. Сладкого. – Напущенная сонливость слетела с нее одеялом и, перевернувшись в моих объятиях, воспользовавшись растерянностью, забралась наверх, придавливая ладошками меня в грудь. – Тебя. Любить тебя хочу, доктор. Сильно, чтобы ты увидел, понял.
Опустилась, склоняясь к лицу, и сладким дыханием обожгла краешек губ. Опустил руки на ее бедра, которые она тут же поймала и прижала сильнее, жажда того, что у меня было в избытке.
Я любил ее в ту ночь, любил до мурашек, медленно, на пределе вторгаясь членом в желанное тело, проникая вглубь. Она просила ускориться, двигалась навстречу, но я не мог. Мне надо было не так, хотелось долго, по крупинкам, по кусочкам собирать этот образ, запечатывая его в голове клеймом.
Я ее. Она моя.
Все понятно и просто.
Целовал все ее тело, вылизал каждую ямочку, каждую трещинку, нашел каждую родинку. Не давал ей себя трогать, откинул руки наверх и придавил ладонью, пробуя каждый сосок на вкус, по очереди, втягивал, кусал, казалось, разрываясь от нежности и похоти одновременно. Сминал ее кожу, не в силах остановится и вновь и вновь толкался членом во влажное лоно. Помаленьку, чертовски медленно, растягивая и без того готовые принять меня стеночки.
Она уже кричала. Извивалась вся, выкручивалась, пытаясь выбраться и судя по огромным зрачкам, порвать меня своей страстью, наказывая за ожидания. Слизывал ее пот, сцеловывал дыхание, мечтая вгрызться в нежную кожу, сходя с ума от животных инстинктов. Но мое тело, не желало меня слушать и продолжало медленно брать ее, не торопясь, намеренно затравливая себя медлительностью.
- Или ты меня сейчас же возьмешь или я отомщу вам доктор! – Вскрикнула и выгнулась дугой от того как чувствительно сжал сосок зубами. – Отомщу!
У самого яйца звенели, но судя потому как бешено сверкали ее глаза, сам виноват. Довел. Но нет, я не закончил, потерпит, а потом пусть мстит сколько душе угодно.
- Я буду готов. – Сказал, опускаясь между разведенных моими же бедрами ног, прижимаясь, наконец, к сочащейся киске с розовыми припухшими губками. Такими манящими, что, не удержавшись, припал к ним губами и девчонку, мою девочку, подбросило.
- А-а-ааанто-о-оон…. – Протянула мое имя, рассыпаясь, вздрагивая, со стоном, закатывая глаза и впиваясь в отросшие волосы пальчиками, придавливая ближе к себе. Но ближе уже нельзя, я и так от тесноты и удовольствия на грани того, чтобы кончить.
Одно движение и я спущу, просто от того что ласкал ее.
- Ты мне за все ответишь. – Мстительно прошептала, сбрасывая мои руки с себя и забираясь наверх, с горящими глазами сжимая мой член до искр из глаз. – Не смей кончать раньше времени, доктор.
Перекинула через меня ногу и уселась лицом к лицу, наблюдая с легкой, издевательской улыбкой как меня плющит от ощущений, как она быстро насаживается на мой вздыбленный член.
- Ооо… Да… - Прижалась ко мне бедрами и повела ими, позволяя понять что он полностью в ней, в моей женщине, которая сочилась соками, сладкими, которые я готов был пить раз за разом, и подтянулась вверх, сжимая меня бедрами. – Мой доктор плохо себя вел. Очень плохо.
- Что же я сделал? – Хотел коснуться ее, но она действительно решила мстить и, перехватив мои ладони на полпути, покачала пальчиком:
- Не трогать, доктор. Только когда я разрешу.
Маленькая командирша.
Она раскачивалась сперва медленно, потом все быстрее и быстрее, под конец звонко шлепая попкой о мои бедра, ласкала себя руками, прикрывая глаза и постанывала, так и не разрешив мне себя касаться.
Пальцами впивался в одеяло, сминая ни в чем не повинную ткань, рычал и матерился под ее издевательским взглядом, понимая, что на грани. Тело гудело и просило разрядки, кончить в нее, пометить мою женщину собой.
Она изменила темп, ускоряясь, погладила свою грудь, сжав сосок и выгнулась, громко втягивая воздух.
- Сейчас, Антон… - Прохрипела и сама открыла мне доступ и дала разрешение.
Я вбивался не долго, чувствуя членом, как сжимаются ее мышцы, как кончает моя девочка, проваливаясь под волны оргазма, и не мог остановиться, вколачивался в стонущее тело, и не мог насытиться этим зрелищем.
Слабенькая, уставшая, она обмякла в моих руках позволяя любить себя, показать ей, как она мне нужна и как глубоко проникла в голову, мысли, сердце. Доверчивая и хрупкая она сама легла в мои лапы, отдав себя на поруки, и я брал.
Жадно вбирал один с ней воздух, не выходя, даже не думая о том, чтобы вытащить член.
Даже когда закончил, не вышел, чувствуя, что готов еще. Целовал ее затылок, мочку маленького ушка и шептал бессвязно, но очень доходчиво:
- Люблю тебя. Люблю тебя Ксюш. Всю, без остатка. Я ради тебя мир переверну. Люблю, люблю… - Ловил губами каждую точку, каждую крупинку ее шеи, придавливая к себе руками. – Будь со мной. Моей будь. Слышишь? Ксю-юш.
- Я согласна. Ты же мне сейчас предложение делаешь? – Кивнул ей в затылок, поражаясь тому, как выцепила из моего неконтролируемого потока главное.
- Да. Выйдешь за меня?
- А куда я денусь. – Хмыкнула, за что сразу захотелось шлепнуть ее по попке. – Я же люблю тебя. И ты отец нашего будущего ребенка. И даже если тест ошибся, после сегодняшнего я точно забеременею.
- Я повторю если нужно. – Успокоил ее, погладив острый, стоящий сосочек пальцами.
- Две минуты, доктор. – Улыбнулась, подхватывая мои пальцы и подкладывая ладошку себе под щеку. – Две минуты.
Глав 29
Тук… Тук… Тук…
Пластмассовая херовина медленно катается по ее животику, и кабинет УЗИ заполнился ровный стук маленького сердечка. Ксюша внимательно смотрела на экран, будто что-то видела, кроме серой непонятной мазни, а я смотрел на нее. Такую внимательную, полную нежности и переживаний.
Она думала, что переживает, но на самом деле я за двоих расплачивался. Она даже не представляла, какой пиздец был в моей голове, когда брал ее раз за разом, потому что у моей девочки сорвало крышу и даже мои сексуальные аппетиты меркли рядом с ее желание. Чаще, больше, глубже.
А у меня поджилки тряслись. Знаю же, что большой, боялся больно сделать или перестараться и все время прибывал в напряжении, так ни разу и ни потеряв контроль. Нет, не позволю себе. Пусть выкручивается, я придумаю как по-другому ее удовлетворить.
На самом деле, все оказалось проще – куриные наггетсы.
По чистой случайности я купил и лениво запихал в духовку, пока Ксюша вышла в вечернюю смену. Когда крошка пришла домой, ровных ходом маршируя к холодильнику, и учуяла запах дешевых куриных кусочков в панировке… все. Я не видел ее и не слышал, пока она не наелась, и теперь использовал это как оружие защиты.
Она мне чуть слово, я ей наггитсы. И все конфликты решались сами собой.
У нее прорезался командный голос. Звонкий такой, требовательный. Не знаю, из-за того, что она беременна или я просто от нее слюни пускал – даже не спорил. Сюда шкаф поставить, значит сюда. Полку? Без проблем. В зоопарк зимой? Да, конечно, только носочки надень.
Единственное в чем мы не приходили к согласию, так это ее работа, но тут победил я. Она уволилась на третьем месяце и, как и обещала, изводит меня звонками от скуки. Да пофиг. Переживу, главное, что тяжести свои перестала таскать и нервы трепать.
- Пол хотите узнать? – Спросила женщина, поправив очки на носу.
- Нет.
- Да. – Переглянулись, и Ксюша зажала пальцами уши, не споря:
- Только мне не говори.
- Почему?
- Пусть будет сюрприз. И вообще, тебе нужнее. Тебе же в магазин за всеми детскими штуками кататься. – Улыбнулась, и зажмурилась на всякий случай, чтобы по губам не прочитать случайно.
В принципе, она права.
Я, не помню как, заехав в гипермаркет на прошлой неделе, оказался в детском отделе и уже приглядел кроватку, пеленальный столик и новые обои. Вроде даже нейтральные, с какими-то оленями и облаками.
Врач посмотрела на меня, скосилась на затихшую Ксюшу и прошептала тихонько:
- У вас парень.
В груди что-то ухнуло.
Парень. Пацан. Мой.
Женщина улыбнулась, заметив, как разъехалось мое лицо в улыбке, и аккуратно собрала препарат бумажной салфеткой.
- Жду вас через два месяца, на последнее УЗИ. Все у вас хорошо, мамочка. Ребеночек здоров, все развивается хорошо, патологий нет. Плод здоровенький, наверное, это в папу.
- А в кого еще. – Мой колобочек с кряхтением поднялась со спины и села, свешивая ноги с кушетки.
Она стала такая кругленькая, я просто балдел.
С ее ростом и весом, беременность делала ее максимально забавной, особенно когда мой пузатый генерал начинал лютовать. Ну как на нее можно злиться?
Правда беспомощная стала совсем и частенько по этому поводу носом шмыгала. Месяц назад она еще могла с горем пополам дотянуться до босоножек, а сейчас даже близко нет. Даже не смотря на то, что они на резинке.