– Видеть нас видели, но подслушать никак не могли.
– Как вас понять?
– В парикмахерской в тот момент было три клиентки, – ответил Джоргенс. – Но все три как раз сушили волосы, а сушилки так шумят, что клиентки не разобрали бы ни слова, даже если бы я кричал.
– А не было здесь еще и кого-нибудь из персонала?
– У меня, кроме жены, только одна помощница. Но сегодня у нее выходной.
– Сколько времени прошло между вашим разговором с женой и тем моментом, когда вы вышли из парикмахерской?
– Я сказал жене, что собираюсь в банк, часа в два, вскоре после того, как к кинотеатру прибыли пожарные машины. А вышел я примерно в половине третьего.
– И какую же сумму у вас украли?
– Семьсот двадцать долларов.
На том допрос и закончился. Полисмен спрятал записную книжку, поблагодарил Джоргенса за показания и удалился, покачивая головой, словно внушая себе, что такого ловкого вора не поймать.
Энциклопедия не вмешивался и не высказывал своего мнения по делу до тех пор, пока Брауны не сели за ужин. Шеф Браун сам поднял вопрос о нападении на парикмахера, едва доел грибной суп.
– Итак, – сказал он, – о том, что Джоргенс собирается в банк именно сегодня, знала только его жена. Заподозрить ее невозможно. Они прожили в мире и согласии тридцать лет.
– Миссис Джоргенс тут ни при чем, – объявил Энциклопедия.
– Знаю, что ни при чем, – отозвался шеф Браун. – Но кто же был нападавший?
– Не нападавший, а нападавшая, – уточнил Энциклопедия. – Одна из трех клиенток, которые сидели в парикмахерской.
– Исключено! – запротестовал шеф Браун. – Сушилки так шумят, что подслушать разговор Джоргенса с женой было просто невозможно.
– А они и не подслушивали, папа, – ответил Энциклопедия.
– Кто же тогда подслушал?
– Никто. Именно поэтому разобраться в преступлении проще простого.
– Лерой! – резко окликнула сына миссис Браун. – Разве это повод для шуток?
– Я не шучу, мама, – был ответ. – Папа должен сделать одно-единственное: выяснить, какая из трех клиенток…
ВЫЯСНИТЬ – ЧТО?
Два доллара одной бумажкой
Переступив порог детективного агентства «Браун», Самнер Финклфутер заорал:
– Долой бумажки в один доллар!
– Вот те на! – удивился Энциклопедия. – Что плохого они сделали тебе, Самнер?
– Не мне, – ответил Самнер, – а Томасу Джефферсону. Из-за этого я и переживаю.
Томас Джефферсон, третий президент Соединенных Штатов, был любимым героем Самнера. Однажды, когда отец заявил Самнеру, что тому не помешало бы измениться к лучшему, сын в ответ проглотил пять монеток по пять центов с профилем Джефферсона.
– Но какое отношение имеют бумажки в один доллар к Джефферсону?
– Они обрекли его на забвение, – заявил Самнер. – Каждому известно, что на бумажке в один доллар изображен Джордж Вашингтон. А многие ли знают, чей портрет на банкноте в два доллара?
– Портрет Джефферсона, – произнес Энциклопедия шепотом.
– Ну, у тебя и память! А спроси я в городе у кого угодно другого, никто не ответил бы, потому что такие банкноты фактически не ходят.[2]
Все пользуются только бумажками в один доллар. Я намерен это исправить.
– Что, собираешься написать своему конгрессмену?
– Каждому конгрессмену и каждому сенатору, сколько их есть в Вашингтоне. В таких делах надо действовать с размахом.
– Самнер, – заметил Энциклопедия с чувством, – Джефферсон мог бы гордиться тобой.
– Я ведь всего-то и хочу, чтоб выпускали больше двухдолларовых купюр. Что толку от бумажки в один доллар? На доллар нынче почти ничего и не купишь.
– Правда твоя, – согласился Энциклопедия. – Следовало бы мне поднять таксу на свои услуги…
– Ой, только не сегодня! – вскричал Самнер, кладя рядом с юным сыщиком 25 центов. – Хочу нанять тебя, чтобы ты помог мне собрать имена и адреса всех вашингтонских шишек.
Энциклопедия подумал-подумал, вернул Самнеру его монету и провозгласил:
– Помогу бесплатно! Я так или иначе собирался сегодня в библиотеку. Поищем эти имена там.
По пути в библиотеку, накручивая педали, Самнер изложил свою великую идею. Если бумажки в два доллара будут распространены так же широко, как однодолларовые, Томас Джефферсон будет проживать в Айдавилле в каждой кассе, в каждой сумочке, в каждом бумажнике!
В библиотечном зале Энциклопедия сразу направился к отделу справочной литературы и попросил том «Члены Конгресса США».
– Том выдан Джо Мансону, – ответила старший библиотекарь миссис Сил вере. – Получите, когда он вернет. Но из зала справочник выносить нельзя.
Джо Мансон сидел неподалеку за столиком в окружении книг. Искомый том был раскрыт перед ним, и Джо старательно выписывал какие-то сведения.
– Это война не на жизнь, а на смерть! – объявил Самнер вполголоса. – Джо – поклонник Улисса Симпсона Гранта, героя Гражданской войны и нашего восемнадцатого президента. Мечта Джо – переместить портрет Гранта с пятидесятидолларовых банкнот на однодолларовые!
– Ему придется труднее, чем тебе, – заметил Энциклопедия, желая подбодрить Самнера.
– Грязная крыса! – возмутился тот. – Я обмолвился ему, что собираюсь к тебе за помощью. А он прямиком сюда и теперь продержит справочник до вечера. И его письма попадут в Вашингтон раньше, чем мои!
– А что ты можешь теперь поделать? Ждать, и все, – отозвался Энциклопедия.
– А вот и не все! Я его сейчас уделаю! Пусть-ка выдержит мой взгляд!..
И, усевшись за соседний стол, Самнер вытаращил глаза. Джо оторвался от книги, заметил старания Самнера и беспокойно заерзал. Энциклопедия не сомневался, что долго Джо этого не выдержит – сдастся и уйдет, и Самнер заполучит справочник в свое распоряжение. До той поры делать было все равно нечего. Подойдя к полкам с вывеской «Новые поступления. Выдаются на одну неделю», Энциклопедия выбрал себе три книжки и начал искать четвертую, но тут Самнер подбежал к нему с воплем:
– Джо припрятал мою двухдолларовую купюру!
– Шшш! – сердито зашипели взрослые посетители библиотеки. – Шшш!..
Чтобы разобраться, что случилось, Энциклопедия вытолкал Самнера из зала на улицу. Выяснилось вот что: Джо попросил Самнера одолжить ему двухдолларовку на пять минут. Он-де хочет скопировать ее серийный номер с целью доказать Конгрессу, что двухдолларовых купюр в обращении и то больше, чем пятидесятидолларовых.
– Я такой доверчивый, – сетовал Самнер, – я дал ему бумажку. Лучше бы я дал ему по зубам!..
Отдав недругу драгоценную двухдолларовку, Самнер решил сполоснуть горло. Но оказалось, что фонтанчик с питьевой водой, установленный в зале, не работает, и он отправился попить через улицу, на бензоколонку. Отсутствовал он всего минуту-другую, но когда вернулся, Джо уже ушел. На столе было пусто, лежал только том «Члены Конгресса США». Из-под справочника торчала записка:
«Самнер, я положил твою двухдолларовую купюру в серую книгу между страницами 157 и 158.
Спасибо. Джо».
Пришлось обратиться к библиотечному служителю Клайду Джонсу. Клайд сказал, что сразу после ухода Джо Мансона очистил стол, оставив только справочник: раскрытые книги полагалось убирать лишь после закрытия. Остальные тома, по словам Клайда, он сгрузил в тележку и вернул в хранилище. Да, была там и книга в сером переплете, он ее приметил, но убей, не запомнил, куда именно положил.
– Вот Джо и поквитался со мной за гляделки, – закончил Самнер с грустью. – Ну и скверную шутку он выкинул! Сколько в библиотеке книг в серых обложках – тысяча? десять тысяч? Сколько дней теперь уйдет на поиски двухдолларовой бумажки?
– Не волнуйся, – утешил его Энциклопедия. – Я покажу тебе, где она.
ГДЕ ЖЕ, ПО-ВАШЕМУ?
Ответы
Отсутствие улик – тоже улика
Энциклопедия не нашел ни вишневых косточек, ни черенков! Если бы Жучила «провел здесь весь день», жуя вишни, купленные в супермаркете, косточки и черенки остались бы на полу – куда ж им было деться?
Припертый к стенке, Жучила признал, что взял вишни из фруктового ларька Эбнера и съел почти все по дороге в сарай. Заодно пришлось признаться, что никто ларьку Эбнера не угрожал. «Услуги» по защите от нападения были лишь предлогом для того, чтобы брать у малыша все, что приглянется, бесплатно.
В присутствии Энциклопедии Жучила оплатил Эбнеру украденное за две недели. И больше никому не предлагал «защиту» от выдуманных угроз.
Жучила Мини – великий сыщик
Жучила заверял, что найти скрипку ему помогло странное поведение белки. Белка, утверждал он, пятилась вниз задом.
И это была явная ложь! Белки никогда не спускаются вниз, пятясь задом. Белки не кошки. Они спускаются с дерева головой вниз!
Когда Энциклопедия указал Жучиле на этот бесспорный факт, тому осталось только признаться, что он сам и украл скрипку. А затем ему пришлось не только отказаться от награды, но и вернуть Марио двадцать центов.
В тот же вечер Жучила закрыл свое детективное агентство навсегда.
Привидение, которое свистит
Совершенно очевидно, что Рокки выдумал «парня сс просстыней». Не мог этот парень «бросситьсся к кухонной ззадней двери и сскрытьсся» с украденной камерой.
Помните, что хотел сфотографировать Фабиус? Паутину, затянувшую всю нижнюю половину двери. Если бы «парень сс просстыней» действительно выбежал через кухонную дверь, паутина была бы порвана!
Тореадор
Мигель явно соврал, заверяя, что пес напал на Чарли из-за красных штанов. Нельзя натренировать собаку бросаться на красный цвет, и по очень простой причине: у собак нет цветного зрения! Так что пес Мигеля никак не мог различить, носил ли Чарли красные штаны или, скажем, желтые. Отсюда следует, что Мигель должен был дать собаке команду.