— Господи, Федотова, у тебя как всегда пусто в холодильнике, — произносит Даня, захлопывая дверцу.
— Прости, Воронов, я не думала, что ты голоден. Сейчас закажу пиццу.
Делаем заказ из трех видов пиццы, занимаем места у большого плазменного телевизора на диване в гостиной и включаем слезливую мелодраму под названием «Если только…». Семейная пара, где муж героини вечно занят работой. Героиня погибает, а главный герой переосмысливает свою жизнь только тогда, когда случается несчастье. Ему дается еще один шанс все исправить, и он проживает день смерти своей жены заново.
Сопли, слезы, дрожащие губы. Почему в жизни не так красиво, как в фильмах? И почему она — настоящая любовь существует только на экранах?
Звонок в дверь прерывает мои страдания, и я бреду в прихожую по пиццу. Молодой парнишка-курьер рассказывает мне, что доставил всё согласно заказу — сырную, с паприкой и «Маргариту». Даня расплачивается за доставку и тут же открывает одну коробку, где от пиццы еще идет жар.
Мы возвращаемся к просмотру фильма. Даня снимает футболку, оголяя точеные мышцы, широкие плечи и смуглую кожу, которая не нуждается в загаре даже зимой. Я склоняю ему голову на плечо и пускаю скупую слезу на финальных титрах. В следующий раз надо смотреть комедии… Слеза капает на грудь Даниила, скатывается ниже, к животу и медленно скользит по кубикам пресса. Останавливается, когда встречается с преградой в виде спортивных штанов серого цвета и впитывается в плотную ткань, оставляя следы. Наркомания какая-то. Мотаю головой, чтобы прийти в себя и понимаю, что меня начинает тошнить.
Поднимаюсь с дивана и бегу в санузел, где меня нещадно полощет. Пицца, как и пиво, оказывается в центральной канализации, перед глазами мутнеет, в висках сильно пульсирует. Что за хрень…? Точно пицца была несвежей. Я поняла это по странному привкусу малосольных огурцов.
Когда блевать больше нечем, я с трудом поднимаюсь на колени и умываю лицо ледяной водой. Внешний вид отвратительный — круги под глазами, бледное лицо, как у моли. Надо бы пропить витамины. Возможно, у меня понижен гемоглобин или хроническая усталость дает о себе знать. Возьму себе отпуск в ноябре. Нет, в октябре! И махну на Мальдивы.
Когда возвращаюсь, Даня обескураженно смотрит на меня.
— Все хорошо, Ди? На тебе лица нет.
— Это все твоя «Маргарита». Терпеть ее не могу…
Голова кружится, перед глазами всё плывет, я опираюсь рукой о стену, чтобы удержать равновесие. Прикрываю глаза и чувствую, как Даня подхватывает меня на руки и несет в спальню. Укладывает в постель, заботливо накрывает одеялом и включает ночник.
— Я вызову врача, — твердо заявляет он.
— Нет! Это просто мигрень. Мне нужно отлежаться, — как могу, протестую.
Даня ложится рядом, и я утыкаюсь лицом ему в грудь.
— Кажется, я нашла себе постоянного мужчину, Воронов. Мы встречаемся чуть больше недели. Он милый, спокойный. Наверное, я дам ему… на следующей неделе.
— Хах, я рад за тебя, Федотова. Когда расстанешься — сразу же звони.
— Обязательно, Воронов. Всенепременно, — бормочу себе под нос и чувствую, как проваливаюсь в глубокий затяжной сон.
Глава 6
Мне снится сон во время которого я плаваю в лазурном океане. Вода прозрачная, чистая, теплая. Я не могу заставить себя выйти из океана, потому что мне настолько комфортно и легко, что хочется превратиться в русалку и жить здесь вечно. Маленькие рыбки щекочут тело, не боятся меня. Подплывают ближе, и я любуюсь ими — разноцветные, с полосами, маленькие и большие.
Долго не могу проснуться и открываю глаза, когда на стрелках часов показывает полдень. Надо же — давно я так долго не спала. По квартире разносится приятный аромат свежезаваренного кофе и чего-то съедобного. Даня хозяйничает, наверное.
Нам надо было родиться наоборот — мне парнем, ему девушкой, потому что в отличие от меня Даня обожает кулинарию и не терпит неряшества. Кое-как поднимаюсь с постели, чувствуя, что голова до сих пор болит, словно в мой мозг вонзают сотни длинных иголок. Касаюсь пальцами виска, нервно массирую и, придерживаясь за стеночку бреду на кухню.
Даня стоит у плиты в одном переднике и черных боксерах. Ну вылитый актер порнофильмов! Я не без интереса рассматриваю его широкую спину, узкие бедра и мускулистые икры. Внизу живота сладко ноет — секса не было ровно неделю, а без него я превращаюсь в голодную дикую кошку, которая готова наброситься на первого встречного самца. Именно для такого случая и нужен добрый верный друг.
— Что ты там приготовил? — подхожу ближе, поднимаю крышку сковороды, вдыхаю запах глазуньи с луком и чувствую, как меня начинает снова тошнить. — Твою мать…
Крышка падает на стол, я закрываю рот рукой и бегу в санузел, где рву желчью. Долго и неприятно, до покалываний в желудке и боли в горле. Может быть мне стоит поехать в инфекционную больницу? Вдруг у меня сальмонелла или ротовирус? Но как же работа… Долго умываю лицо, интенсивно чищу зубы, избавляясь от неприятного привкуса оставленного после рвоты, и наконец-то выхожу в прихожую, где тут же натыкаюсь на Даниила. Он стоит, сложив руки на груди, и испепеляет меня взглядом.
— Слушай, Федотова… У моего бати был похожий симптом — долго тянул, отказывался ехать в больницу, протестовал, а потом на МРТ обнаружили совсем неутешительный диагноз. Так что ты это… не откладывай посещения врача, ладно? Иначе я насильно тебя отвезу на прием.
— Сама разберусь, — рычу я и пробираюсь на кухню.
Несмотря на рвотные позывы, голод одолевает меня моментально. Спустя пять минут я без остатка съедаю все свою порцию и прошу добавки. Даня с легкой едва уловимой улыбкой смотрит на мое обжорство и выслушивает очередное нытье по поводу того, что теперь мне придется в течение недели отрабатывать лишние калории в тренажёрке.
А затем слышится звонок мобильного телефона. Даня берет свой Айфон в руки, отвечает и долго сосредоточенно о чем-то разговаривает. Судя по выражению его хмурого лица, звонит его бывшая, с которой он расстался два года назад. Она до сих пор не может отпустить Воронова из своего сердца.
Чисто по-женски мне ее немного жалко — принимает привычку и привязанность за серьезные чувства и до сих пор не может понять, что мужчины не любят прилипал. Но она дала возможность мне (ярой противнице браков и серьезных отношений) убедится в том, что я как обычно права. Пора выпускать сборник собственных размышлений о мужчинах и запускать новое течение в массы, где я буду учить несчастных брошенок как абстрагироваться от всей этой розовой ерунды.
— Мне пора, — произносит Даня, возвращаясь на кухню.
— До встречи, — прощаюсь, хотя совершенно не хочу его так рано отпускать, потому что чувствую острую нехватку секса в организме.
Ну и ладно. Думаю, что скоро Даня опять перекочует в роль просто друга, а не любовника, потому что, кажется, Андрей постепенно и уверено вклинивается в мою жизнь.
Глава 7
В офисе настолько душно, что не спасает даже мощный кондиционер, включенный на максимум. В голову лезут страшные мысли, которыми надоумил меня Даня. Что если он прав и у меня, к примеру, разрослась злокачественная опухоль в голове, а я ни сном, ни духом? Липкий страх окутывает тело, на глаза накатывают слезы… Мама дорогая, я еще жить хочу!
— Светочка, запиши меня на МРТ головы, — прошу помощницу и наливаю ледяную воду в стакан, чувствуя как перед глазами «ползут мошки». — Да что же это такое…
Я кратко пересказываю помощнице тревожные симптомы и залпом выпиваю воду. Руки дрожат от страха и паники. Я уже мысленно написала завещание на Воронова, маму и лучшую подругу Алину, где указала, что хоронить меня нужно в красном платье от Диор и с макияжем от Юрия Столярова.
— Диана Сергеевна… А может лучше к гинекологу? — спрашивает Светочка, замявшись.
Я давлюсь водой, и мелкие брызги попадают на рабочие бумаги и ноутбук.
— Это еще зачем? — мой голос хриплый, полон возмущения.
— Ну… Мне кажется, что вы беременны Диана Сергеевна. У моей сестры было похожее состояние, точь в точь как Вы описали… когда она ждала двойню.
— Что ты несешь, Света! Я заранее позаботилась о предохранении и это явно последний момент, о котором я подумаю. Узнай лучше, где принимает сейчас нотариус по фамилии Шапочкин. Говорят у него очередь на полгода вперед, а мне хотелось бы, чтобы после моей кончины все нажитое имущество досталось нужным людям…
— Типун Вам на язык, Диана Сергеевна!
Светочка осуждающе мотает своей белокурой головкой и испаряется за дверью кабинета. Открываю настежь окно, чтобы поймать глоток свежего летнего воздуха после дождя, но вместо этого вдыхаю запах смога, который идет с улицы. Захлопываю окно и нервно хожу по кабинету.
Рабочий день впервые в жизни тянется со скоростью улитки. Клиенты раздражают, отчеты не сходятся. Меня то и дело мучает обострившийся хронический цистит. Я бегаю по-маленькому и мечтаю о теплой мягкой постельке дома. Телефонный звонок от Андрея немного возвращает меня к жизни. Я устало смотрю на себя в зеркало и ужасаюсь собственному состоянию.
— Слушаю, — отвечаю, все еще не отрывая взгляда от зеркала.
— Здравствуй, Дина. Я только что прилетел в Москву и дико соскучился.
То как он коверкает мое имя, сейчас меня немного раздражает, и хотя я терпелива в таких делах, ломаю карандаш от злости на две ровные части.
— Я тоже соскучилась, Андрей, — выдавливаю из себя, хотя все эти телячьи нежности мне чужды.
Но, к сожалению, дежурные фразы для партнеров это норма, которую не обойти.
— Встретимся сегодня в «Марфино»?
— Да, конечно. Давай часов в семь, а то у меня дел по горло.
Андрей расчётливый — назначил встречу в ресторанно-гостиничном комплексе, наверняка надеясь на продолжение нашего вечера в комфортабельном номере люкс.