...Вопреки опасениям, дядя Нагисы помочь согласился:
- Не вопрос, Синдзи.
- Но, если из-за этого придётся сидеть по ночам, то лучше не надо...
- Не придётся, капитан. - остановил меня Сергей Фёдорович. - К тому же, мы перед тобой в необъятном долгу... Сделаю я для твоих девчушек кукол. И сестре, и подруге рыженькой.
- Ну, Аска для меня, как и Нагиса, прежде всего, друг. Хотя... Даже больше - они стали мне как сёстры. Пусть и вздорные, своенравные и непутёвые, но почти родные, свои. А за своих я любому глотку перегрызу.
Впрочем, что я говорю? Он не дурак и так в курсе того, как приходилось рисковать собой, спасая напарниц.
- Как и они за тебя, Синдзи. Кстати. - капитан, бросив взгляд в квартиру, резко переменил тему. - Кажется, кара небесная настигла нашего Дон Жуана - твоя рыжуня всё-таки его зацапала.
Да что же такое?! У всех вокруг меня одна только идея-фикс - "свести пару Синдзи Икари - Аска Лэнгли"! Engelhuren! Ещё месяц в таком духе и уже сам потащу Сорью за шкирку к бате с заявлениями на брак!
Но, лицезрение триумфа Аски мигом рассеяло всё недовольство: упрямая немка добилась своего - вытянула Рёдзи "в круг" и теперь, крепко охапив "жертву", с умильно-счастливой физиономией танцевала какой-то медляк. Смирившийся с такой непреодолимой стихийной силой, Кадзи мог только обворожительно улыбаться тесно прижавшейся к нему девушке. Время от времени он бросал на окружающих многозначительный взгляд, который однозначно расшифровывался: "кто-нибудь, ну пригласите же этого прекрасного и обворожительного монстра танцевать... или - меня!"
В глазах собратьев по полу читались плохо скрываемое злорадство и насмешка. Девичий контингент сообщества почему-то был подозрительно пассивен, хотя и вовсю пожирал Кадзи глазами, о чём-то щебеча и похихикивая. Интересно, Нагиса и здесь постаралась?
- Что, Син, упустил свою красавицу? - майор в обнимку с Рицко вывалилась (готовы уже, паршивки - вон как щёки горят!) к нам на балкон. - Прошляпил девчонку, будешь теперь от ревности локти грызть.
Замуж тебе подруга надо, и как можно скорее, пока всех подопечных в ЗАГС не загнала.
- Командир, и ты туда же! На хрена ревновать к Кадзи, если Аске с ним и так ничего не светит? Никуда она от меня не денется. Разумеется, если я захочу Сорью закадрить.
- Если он захочет закадрить! По уши в девочку втрескался, а всё строит из себя неприступного солдафона. - опекун не намеревалась отказываться от любимого дела. Мда, в тот день, когда Кацураги поступила на военную службу, Япония лишилась лучшей свахи за всю историю Страны восходящего солнца.
- Мисато, ты опять желаемое за действительное выдаешь!
- Ню-ню, товарищ капитан.
- Да-да, товарищ майор.
- Интересно, Синдзи, сегодня раз ты ограничишься одной Аской или, как тогда - станешь звать замуж всех девушек? - поддела меня Менгеле.
- Ну уж нет, пусть этим капитан Рёдзи развлекается. Я в этот раз рисковать не буду - вдруг действительно, кто-то согласится? И не одна, а несколько. Что я тогда буду делать.
Акаги с сокрушённым видом грустно вздохнула:
- Ну вот, я-то приготовилась сказать "да" когда ты снова предложишь мне выйти за тебя замуж.
Баскаков не удержался и хрюкнул в кулак:
- Поперхнулся, извините.
- Вот поэтому, я, сегодня не буду никому предлагать руку и сердце.
- Я что такая страшная? - возмутилась Рицко.
- Нет-нет, что вы, Акаги-сан, вы очень красивая женщина! У вас красивое лицо и великолепная фигура, с которой легко дать фору любой девушке на этой вечеринке.
Нагисин дядя снова хрюкнул. Поперхнулся, видите ли, снова.
- Что?!! Значит, я для тебя уже не самая красивая?!! - теперь уже принялась возмущаться Мисато. - Ах ты, паршивец неверный! Ну-ка иди сюда, негодяй!
Бежать, Виктор, бежать и, как можно быстрее - с балкона в спасительный кавардак квартиры.
- Взво-одный, давай на брудершафт! - в руках МиниМи красовалось по бокалу, доверху заполненных чёрной искрящейся жидкостью.
- Это, что, кола? - эта пройдоха, воспользовавшись отсутствием дяди, опекуна и командира, запросто может нацедить туда домашнего коньячку.
- Ну да, кока-кола.
- Без коньяка?
- Не, ну ты уже охренел, а?!
Бурное возмущение Четвёртой только усилила мои подозрения, но бокал я всё же взял.
- Ладно, если что - во всём будет виновата коварная Нагиса.
- Теперь понятно, почему ты командиром стал. - обиженно надула губки Нагиса. - Ты ж не офицер, а ходячая подозрительность!
- А ещё я параноик, педант, солдафон и зануда! И-и... антибабник, вот!
- Пей уже! А то, прям, растрынделся, как Ильич на бэтээре. - девушка просунула свою руку под моей и подняла бокал. - За тебя, капитан!
- За твоё пятнадцатилетие, Нагиса!
Так и есть - привкус коньяка! Паршивка! Пусть и не особо сильный, но чувствуется. В консистенции, вполне достаточной для японского подростка-тинэйджера.
- Ну, как? - МиниМи заговорщицки наклоняется ко мне.
- Каору, зараза, разве можно так с прекрасным коньяком извращаться?
- Ну, изврат, конечно, зато больше шансов, что не застукают.
- Аферистка! - они с сестрой друг друга стоят.
- Молчи. - цепко схватив меня за шею свободной рукой, девушка... впилась в мои губы жадным поцелуем! "Бежать, Витя, бежать!" "Не убегать, не убегать!" - вот гад, Младший! Коньяк, разогнанный газировкой, с грохотом, звоном и гулом прокатился по парализованным шоком мозгам, руки-предатели сами обняли точёные плечи девушки. Уголком выпученного глаза замечаю силуэт блеск объектива айдовской камеры.
Капут!
- Горько! - гаркнули предатели Савеленко и Марченко.
Аллес капут!
- Горко! - подхватили предатели Шигеру, Макото, Рёдзи, Судзухара, Кенске и... Лэнгли!
Олухи царя небесного, знали бы вы что орёте?!!
- Что тут за вопли? - со стороны балконной двери уже приближалась Кацураги с начальницей научного в кильватере.
Verdammte Scheisse, а мы ведь так и торчим обнимая друг друга!
- Синдзи, МиниМи, что тут за... ...?!! - смысл увиденной сцены дошёл таки до сознания майора. - Ах вы ж, паршивцы такие! Улучили, хитрюги, момент, когда ни меня, ни Рицко рядом не было и давай зажиматься-целоваться! Аска, ты-то куда смотришь?! У тебя суженого уводят, а ты...!
Видимо, мне на роду написано претерпеть сполна от женщин из рода Кацураги. Причём, стараются от души что старшая, что младшая...
На мгновение все замолкают и с любопытством таращатся на нашу парочку. Только доносится бормотание Кенске:
- Венец моей репортёрской карьеры! Самый великий день в моей жизни! За это можно содрать сто-олько-о-о! - и не прекращает же снимать, гад такой! Сколько же он на этих поцелуе с обниманцами наварит, паппараци хренов?! Надо будет Вить, для успокоения души, свою долю потребовать.
Младший, а ты чего верещишь? С какого такого...? Нагису поцеловал?! Получил желанное, братишка, доволен?! Нет, целовать её приятно, очень приятно, я не отрицаю. Но ты ж пойми, что Мисато теперь роздыху не даст, пока под алтарь не загонит!
И, тут Майя неожиданно робко спрашивает:
- А, что значит "горко"?
- Русский свадебный тост. - лаконично пояснил невозмутимый как удав Баскаков, неведомо как нарисовавшийся в зале. Венский оперный! Теперь понятно, чья племянница Нагиса!
- Понятно. - озадаченно протянула Ферраро и, тут же, с детской непосредственностью поинтересовалась. - А, когда же, собственно сама свадьба?
Юбер аллес капут!
Я почувствовал, что багровею. С невероятной скоростью. Лицо и уши Синдзи Икари теперь не просто светят красным - они полыхают как красный сверхгигант.
- Ну вот, я же говорила, Синдзи, что сегодня ты обязательно кому-нибудь руку и сердце предложишь. - а это уже контрольный от Акаги.
- Ты гляди, какие хорошие обычаи существуют у немцев и русских! - ну и к чему это мой бравый командир клонит? - Поздравил с награждением-повышением - поцеловался, выпил - поцеловался! Ты, Син, парень не промах, умеешь случаем пользоваться.
Уга, а сейчас одна тридцатилетняя красавица этим же прецедентом воспользуется и станет поздравлять одного свежеиспечённого капитана. Заодно, заставив поревновать другого капитана. Вот же, блин, выпил на брудершафт!
Ну, МиниМи, ну, паршивка! Дождёшься от взводного подобной же ответочки! Впрочем, сейчас, самому надо аккуратно отбрехаться.
Как известно, лучший способ защиты - нападение:
- Мисато-сан! Я парень свободный. Кого хочу, того и целую! Захочу - всех девушек здесь перецелую. От Айюми до Акаги включительно! И, кто мне откажет?
- Надо же, как приятно, когда тебя в таком возрасте называют девушкой! - самодовольно усмехнулась Акаги. - Ты сегодня решил меня порадовать, Синзи?
- Ну как же не оценить красоту такой видной женщины, Акаги-сан. Всегда к вашим услугам.
Реакция её подруги вполне предсказуема:
- Синдзи!!! Негодяй, решил, всё-таки, бросить меня?!! К Рицко слинять задумал, паршивец?!!
Любуясь возмущенной до предела Мисато (эх, хороша чертовка!), краем глаза замечаю внимательный взгляд Ичигавы. Похоже, подружка О'Хары восприняла мой пассаж о свободе выбора объектов для поцелуев как прямое разрешение к действию. Тем, более что повод имеется, как минимум, в количестве двух. Тут уже и без телепатии понятно, что у неё на уме. Очи чёрные, очи жгучие, очи страстные и прекрасные. Как боюсь я вас! А, ещё Лэнгли смотрит, только, странно как-то: на меня - задумчиво, на остальных девушек и женщин - возмущённо. Неужто, взревновала? При живом-то Кадзи...!
Впрочем, учитывая, что девушкам подобного склада характера присуще собственническое отношение ко всем из своего окружения представителям противоположного пола в её "охотничьих угодьях и сфере влияния", то... Особенно, если вспомнить, как они с Нагисой кипятились, когда я при переезде на Ичигаву засматривался. То, вполне вероятно что таки да - ревнуеть. С другой стороны, Лэнгли в принципе то по фигу, с кем я... Scheisse, от попытки разобраться в этих вывертах женской психологии у любого крыша поедет. Поэтому, остаётся одно - бежать, Витя, бежать! Огородами и задворкам, пока эти прекрасные живоглоты меня как кролика не... Только, куда? "На балкон" - подбросил мысль Младший. Ну и как долго я там один пробуду? Впрочем, передышка на пару минут тоже не помешает.