— Сказали же тебе — не надо платы. — Рымжанов обернулся назад и улыбнулся. — Далеко путь держишь?
— До знака.
— А потом? — не отставал Тимур.
Сталкер промолчал, словно не услышал вопроса. Он некоторое время отрешенно смотрел через стекло на обочину дороги, потом словно вспомнил что-то и повернулся к Вадиму.
— Машина у вас хорошая, жалко ее, — произнес он, проведя пальцами по стеклу рядом с собой.
— Конечно, хорошая, последняя разработка УАЗа. Теперь ни у кого язык не повернется его «козлом» называть, — ответила Клава.
— А чего жалко? — включился в разговор Гера. — Клава хорошо водит, в кювет не улетим.
— Вы одни пошли. Это неправильно, — угрюмо продолжил попутчик. — Зона не любит чужаков. Нельзя так.
— Да нам ничего и не надо. — Малахов, не оборачиваясь, включился в разговор. — Мы просто приехали посмотреть. Мы официальная комиссия, должны отчет об общей обстановке в Зоне написать.
— Ну-ну, — скептически протянул сталкер. — Пишите. Все пишут. Так скоро про Зону и книжки начнут писать.
— Угу, — улыбнулся Герман. — Игрушку сделают. Кубики — сложи Зону.
В какое-то мгновение показалось, что машина попала в плотный туман, взявшийся невесть откуда. Но полоса тумана оказалась очень узкой. И уже через несколько секунд внедорожник катил по шоссе, освещенном восходящим солнцем. Вокруг зеленел весенний лес, и небо очистилось от тяжелых туч до пронзительной синевы. От леса ощутимо пахло цветущей липой.
— Добро пожаловать в Зону, — произнес Сухой, увидев удивление на лицах его попутчиков. — Зона встречает каждого по-своему. Вам повезло, она вас приняла. Пока. Считайте, это аванс.
— А что, могла и прихлопнуть? — поинтересовался Тельбиз. — Ляп ладошкой по крыше, и все? Кишочки по асфальтику?
— Я с вами ехал, значит, не могла прихлопнуть, — отрезал сталкер.
— А ты можешь Зоной управлять? — удивился Малахов.
— Зоной управлять нельзя, ее чувствовать надо. — В голосе Сухого не было никакой патетики.
Дорога поворачивала направо, оставляя чуть в стороне железнодорожную колею.
— Вон, слева, — продолжил сталкер, — уже и не скажешь, что это было Рыжим лесом, вон как заросло. Прям хоть на прогулку иди. Только войти туда просто, а вот выйти… Тут пикники лучше на обочинах разбивать. А еще лучше не заходить дальше осевой.
— Фон большой? — спросил Гера и сразу же продолжил: — Не так страшен фон, как его боятся.
— Фон — игрушки, — согласился Сухой. — Только под тем фоном такие зверушки бегают…
— А наружу выходят? — Тимур очень заинтересовался. — Увидеть можно?
— Кто их видел, уже ничего не расскажет, — мрачно сообщил сталкер. — А вот уже и знак виднеется. Тормозните, да?
Машина как раз подъезжала к перекрестку, растянутому на манер Андреевского креста. Уходящая налево дорога опять шла параллельно рельсам, пересекающим полусгнивший трубопровод, а на развилке, у самого перекрестка, возвышался величественный бетонный знак города. Конструкция была похожа на вытянутую наковальню, на которую взгромоздились облезлые бетонные буквы, складывающиеся в слово «ПРИПЯТЬ». Возле этого сооружения и остановился «Патриот».
— Так не приехали еще, — удивился Гера. — Чего выскакивать?
— Да, мы же дальше едем, может, до места довезем? — согласился с Герой Малахов.
— Дальше мне на машине нельзя, — отрезал сталкер.
— А нам можно? — удивился Малахов.
Сухой не ответил, распахнул заднюю дверь, соскочил на асфальт и, обойдя машину, постучал в окно, за которым сидел Тимур. Тот открыл дверь. Сталкер молча взял свой карабин и, помедлив, сказал:
— Вы свой выбор сделали, вам и решать. Все, что я могу посоветовать, — возвращайтесь, если получится. А не хотите, так я все равно не смогу объяснить, что и как. Прощайте, спасибо, что подбросили.
Он опустил руку в карман своего необъятного дождевика и протянул сжатую ладонь Тимуру. На колени упал кругляшок «стальки».
— Да брось ты! Не дури! — Тимур попытался вернуть «стальку», но Сухой по-детски убрал руки за спину.
— Нельзя не платить за помощь. — Сталкер повернулся и медленно зашагал в сторону знака.
— Черт-те что. — Малахову очень не понравились слова Сухого. — Интересно, он в проводники так набивался или?… — Клава — активируй локаторы.
Клава, сохранявшая всю дорогу молчание, набрала комбинацию на пульте, расположенном на подлокотнике слева, и вернула кокпиту машины предыдущий вид. На экране локатора была спокойная картинка. Метка сталкера двигалась к гигантскому указателю «ПРИПЯТЬ», лес за железнодорожным полотном на экране локатора выглядел темной однородной массой без каких-либо отклонений.
— Ну что, дальше по плану? — Клава повернулась к Малахову, готовая пустить машину в путь.
Тихо, но настойчиво пискнул зуммер тревоги — с севера, примерно оттуда, где должна была находиться библиотека, курсом прямо на внедорожник неспешно летели два боевых вертолета. Малахов не успел сказать ни слова, как Гера скупо сообщил:
— Мы попали в захват системы «воздух-земля», время до поражения тридцать секунд.
— Защиту в актив, — кратко скомандовал Вадим. — И не будем в дальнейшем про планы…
Но Клавдия уже включила все, что было предусмотрено протоколом. Мирный, обтекаемый багажник на крыше ожил. Крышка отъехала назад, обнажая стройный ряд реактивных снарядов. Казалось, система защиты действовала автономно. Словно стая бойцовых собак, фыркая от нетерпения, ракеты ринулись в небо. Несколько мгновений — и красные отметки на мониторе погасли. Только через лобовое стекло было видно, как за лесом на севере вспухают черные столбы дыма.
— Что это было? Местные решили с нами разобраться? — спросил Гера, пытаясь выяснить у навигационной системы хоть какие-то данные об уничтоженных вертолетах. — Это все? Или нас еще что-то ждет?
— Хрена, — прорычал Герман, — шестнадцать объектов, люди, пешие. Вооружение — легкое стрелковое, скорее всего «калаши», два гранатомета. Подходят из-за железки. Я бы на их месте засел в развалинах одноэтажного дома. О! Так и есть…
— Гера, кто это?
— Ничего хорошего от них ждать не стоит, они вели плотный радиообмен с теми «вертушками». Одна шайка-лейка.
— Уходим? — Тимур не сомневался, что ответ будет отрицательный.
— Так, Клава, Герман, откатите направо, к Саркофагу. Два километра, там выходите на связь. Мы с Тимуром прикроем отход и постараемся разобраться, чего им от нас надо, если получится. Вот, держи.
Малахов протянул девушке «зеленую сопилку».
— Вторая останется у нас. И следите, чтобы данные по этой пехоте нам на коммуникаторы передавались постоянно.
— Вадим, давай уйдем вместе, не рискуй, — попробовала Клава остановить начальника. — Наплюй на них. Они не успеют.
— Побежим сейчас — все время будем бегать, надо понять ситуацию. На фига тогда в разведку пошли? Откуда тут такие толпы народу? Уж если решили разведку делать, но надо ее делать, а не уклоняться. Пошли, Тимур.
Приказы не обсуждаются. Рымжанов, подхватив сумку с боезапасом, выскочил вслед за Малаховым.
— Туда, к знаку, — скомандовал Вадим.
В два счета перебежав шоссе и мягкую землю обочины, они пробрались к бетонному монстру. Конструкция из циклопических железобетонных букв была хорошей защитой и позволяла расположиться на двух уровнях. Уже возле знака Малахов подсознательно отметил, что Сухого не видно. А ведь он вышел буквально минуту назад. Спрятался, что ли?
— Кстати, где этот хренов сталкер, Сухой?
— Нет его, — передал Гера, всматриваясь в главный монитор. — Растворился.
— Дыхание у наступающих сбилось, скорее устали, чем волнуются, — доложил Тимур данные с монитора. Он уже устроился под мягким знаком слова «Припять» и выбирал наиболее выгодное положение для обзора. — Значит, бандиты. Нет специальной подготовки.
— Не факт. Сейчас у них такой спецназ, что и в бандиты не возьмут. Но главное, что это люди… Готов? — почти беззвучно, так, что сигнал был воспринят только через коммуникатор, спросил Малахов. — Готовь захват целей.
— Если они так и будут кучей переть — смогу захватить всех. — В голосе Тимура чувствовалось некоторое злорадство.
Он извлек из заплечника небольшую прямоугольную коробочку и пристроил ее так, чтобы ничто не закрывало обзор между ней и вероятным местом выхода противника. Через секунду на мониторе появилась отметка — локатор и система подсветки цели синхронизированы. Внутри невзрачной коробочки активировался мощный неодимовый лазер. Система развертки устремила его тонкий, незаметный для человека инфракрасный луч на затаившихся врагов. Развертка работала так, что на противнике появились отметки, которые сразу же захватила система управления огня на оружии Тимура и Малахова. Реактивные пули с самонаведением в толстых, непривычных на вид магазинах активировались. Бандиты были уверены, что находятся в полной безопасности, укрывшись кто за деревьями, кто в развалинах дома. Но система лазерного наведения, постоянно сканируя пространство, смогла найти незащищенное место у каждого из наступавших.
— Секунду, не спеши, вдруг это просто грибники какие-то, — предупредил Малахов. Хотя представить себе грибников с «калашами» он не смог.
— Анализ выдоха — адреналин повышен, психическое состояние — агрессия и страх. — Впрочем, Тимуру говорить и не надо было — Малахов тоже получал данные анализа.
— Гера — можешь меня вывести на ту частоту, на которой они вели радиообмен?
— Соединяю, — кратко ответил Тельбиз. В коммуникаторе Малахова послышалось сопение и тихая ругань.
— Это кто там крадется, чего надо?
После небольшой паузы в ответ послышалось:
— Хитер, сука! Ты чего сюда приперся? Тут чужим нет места! — Голос был хриплым, слова вылетали как собачий лай — резко и нервно.
— Ты бы представился, прежде чем рычать, — спокойно ответил Малахов.
— Кишки тебе выпущу сейчас — ты у меня быстро представишься. — Шутка понравилась говорившему, и он заржал, довольный своим остроумием. — Ты про Бузу слыхал? Так вот на его территорию заходить нельзя. Никогда и никому!