— Женщины. И почему вы всегда задаете такие вопросы в самый неподходящий для этого момент?
Ино чуть плотнее прижалась к нему спиной, с улыбкой ответив:
— Потому что вы, мужчины, неохотно посвящаете нас в свои планы. А в такой момент вы наиболее беззащитны перед нашими чарами. И ты обещал…
— Что у меня не будет от тебя тайн. Да, я помню.
Като отстранился и обошел стол, остановившись рядом с лисенком.
— С чего бы начать, — он протянул левую руку и начал почесывать Рэйко между ушами. — Начну с самого простого. Что такое торговый клан?
Ино наклонила голову на бок, прищурившись:
— Это проверка моих знаний?
— Нет. Просто ответь.
Несмотря на улыбчивое выражение лица, тон Като был абсолютно серьезен.
— Клан, большая часть членов которого занимается торговлей.
Сеннин покачал головой:
— Нет, не совсем. Это клан, большая часть деятельности которого сосредоточена на получении прибыли из торговли. К примеру, в клане Сарутоби далеко не все занимались конкретно торговлей, но даже синоби клана много времени проводили за тем, чтобы принести пользу на этом поприще. Однако Хирузен, долгое время носивший шляпу каге, не слишком занимался этим, — Като ухмыльнулся. — Нет, в меру знаний и ума он предпринимал некоторые действия, но в основном это были… способы обогащения в короткий срок. Никаких долгосрочных планов он не строил, что меня несколько удивило.
Ино развернула кресло к столу и уселась в него, понимая, что лекция не будет короткой.
— А в торговых кланах построение долгосрочных планов в порядке вещей?
— Да. И нет, — Като пожал плечами. — То, что они называют долгосрочной перспективой — максимум десять лет.
Ино пожала плечами:
— Ну… Мир нестабилен, и все такое, как можно загадывать на такой долгий срок?
Като рассмеялся, вполне себе искренне.
— Ино, милая, оглянись. Пять Великих Стран существуют с момента их создания. Границы малых стран не меняются, меняются только названия и лица правителей. Этот мир застыл в одной позе и не меняется веками. Если в этой войне Акацки задавят, то мир без всяких изменений просуществует еще и до следующей войны.
— То есть ты предлагаешь строить более долгосрочные планы? — девушка ухмыльнулась. — А кто мне говорил, что понятия не имеет, переживет следующую миссию или нет? А?
— Я и говорил. И оказался почти прав.
Като отошел от стола и сделал круг по комнате, рассуждая на ходу.
— Если говорить не о конкретных людях, а об обстановке в целом, то ситуация меняется мало. Производятся, по большей части, одни и те же товары, только торгуют ими разные кланы. Даже Сарутоби, хоть и славятся продаваемым ими табаком, сами его не производили никогда. Они его брали у подчиненного клана.
Ино качнула головой:
— Не понимаю, в чем разница между "производили сами" и "брали у тех, кто производил для них"?
— А в том, что клану всегда было плевать на процесс. Идет и идет. Проблемы — ткнуть подчиненных, чтобы решили проблемы.
Ино хмыкнула:
— Като, дорогой. Думаешь, Сарутоби могли бы чему-нибудь научить тех, кто выращивал этот табак? Сарутоби были торговцами, ими и остались, с твоих собственных слов. А те поколениями выращивали табак, и сами знаю, как это лучше делать, и как развивать свое дело.
Като пожал плечами:
— Отчасти верно. Но на пользу эта изоляция все равно не идет. Половина тех, кого я притащил сюда, были никакими местечковыми торгашами. У них не было будущего, только зацикленное навечно настоящее. Никто даже не пытался… Не задумывался о том, что сделать нечто большее. Ну…
Он развел руками, как бы признаваясь в некоторой ошибке:
— Кое-кто все же пытался. Но, достигнув первого успеха, останавливались и не развивали его. Была такая деревня ремесленников. Недолго просуществовала.
— Но ты задумал нечто большее, — подвела итог девушка.
— Да! Да…
Он покачал головой, насмешливо улыбаясь при этом:
— Слушай, тебе действительно все это интересно?
Ино кивнула:
— Интересно. Я хочу тебя понять. Иноджин еще спит?
Като чуть напрягся, кивнув:
— Да, спит. И я не стану тебя меньше любить, если ты не вникаешь во все скучные подробности того, что я придумываю.
— Очень мило с твоей стороны, любимый, — вернула насмешливую ухмылку Ино. — Ты остановился на том, что придумал нечто большее.
Он смотрел ей в глаза, она отвечала ему тем же ровным взглядом. Фенек открыл один глаз, посмотрел на хозяйку, затем на хозяина. Умилительно зевнул. Като подошел ближе к столу и снова почесал зверька за ушами.
— Ты не смогла понять, что именно я создавал, потому что я пока ничего не создавал. Я лишь… проверял разные отдельные элементы. Проверял и наблюдал, способна ли махина, которую я представил в своей голове, вообще существовать. Кое-что уже внедрил на практике.
— Ты ходишь вокруг да около. Одним словом — что это будет? Что ты пытаешься создать?
Като пожал плечами:
— Такого слова не существует. Я хочу объединить торговцев и производителей. Связать их воедино, в единую цепочку. Распределить обязанности так, чтобы… Чтобы все было взаимосвязано.
— Ты хочешь создать что-то вроде… — Ино поморщилась, вспоминая услышанное когда-то мельком словосочетание, — союз торговцев?
Но Като отрицательно покачал головой:
— А вот здесь кроется самое главное. Дело не только в торговцах. Дело не в самом производстве и продаже товаров. Это просто… базовая основа. Плевать мне на деньги. Это должна быть работа, которая намертво свяжет тысячи людей. В одну единую организацию. От самого низа и до самого верха. От крестьянина, который вспахивает поле, или рудокопа, машущего киркой, через кузнеца, который будет ковать изделие, через моряков или тех, кто будет доставлять товар покупателю, и до торговца, который продаст этот товар. Всех. Все эти люди должны быть завязаны не в семьи, не в привязанные к земле кланы. Они должны быть частью одного целого механизма. Механизма, для которого развитие — естественное свойство. Взаимосвязанная система, объединяющая все слои общества. Ну, почти все.
Ино несколько секунд молчала, пытаясь понять, но покачала головой:
— Но… Я не понимаю, зачем тебе это, если не для получения прибыли…
Като кивнул, обошел стол и развернул кресло, чтобы оказаться с Ино лицом к лицу. Опираясь на подлокотники, он наклонился вперед.
— Я вот здесь скрыто двойное дно. То, что само по себе имеет определенную опасность. И если рассказать о моих планах… — он задумался, пожимая плечами, — не знаю, Рео, Хисо, Тсунаде… да любому, имеющему хоть какой-то политический вес…
Ино ухмыльнулась. Называть Дайме по имени — в духе Като. Он и при встрече не постесняется по имени обратиться.
— Так вот после этого те, кто не воспринимают меня всерьез, просто сочтут за шутку. А те, кто воспринимает — начнут массово писать заказы на мое устранение.
Ино скептически изогнула бровь.
— Что ты там такого задумал? Переворот совершить?
— В точку, — нагло улыбнулся Като.
Девушка качнула головой:
— Что? Ты собираешься…
— Нет, свергать власть я не собираюсь. Революции — это кровь, трупы, развал и вообще дело неблагородное. Нет. Все пройдет намного мягче. Я могу предложить другую форму государства. Другую власть. Никаких феодалов и коленопреклонения перед господами. Никакой передачи правления по наследству или через кланы. Нет.
Он выпрямился, отходя к окну. Уперев кулак в стекло, он упер в него лоб.
— Акацки, культисты… Да и не только они… Все они говорят, что наш мир — дерьмо. Извини за выражение. Но они в чем-то правы. Болото. Болото со стоялой водой. Все они хотят его разрушить, сломать, переделать. Но никто и не задумывается о том, чтобы предложить альтернативу. Другую систему. Мир, построенный по другим законам. Я… Я хочу найти чакре другое применение. Совершенно другое.
Он снова развернулся и уперся в стекло спиной.
— Сейчас очень мало синоби, буквально единицы, занимаются чем-то, помимо своей непосредственной деятельности. Ремеслом. Ирьенины, не единичные, а как массовое явление, появились совсем недавно, шутка ли, наша уважаемая Хокаге продвигала эту идею, а много ли ей?
Ино хмыкнула:
— Вот бы обо мне так в ее годы говорили.
— Я имею в виду в масштабах истории, — поморщился Като. — И я тебя всегда буду считать самой красивой девушкой, а затем и женщиной. Вполне честно и заслужено. Памятник закажу в полный рост. Два. Один обычный, а один с обнаженной фигурой. Поставлю в своем кабинете.
Ино скептически изогнула бровь:
— Чтобы на меня все пялились?
— Выберем целомудренную позу.
— Обнаженной? — скепсиса в ее голосе прибавилось.
— Бывают и такие, — пожал плечами Като, — пусть завидуют.
— И скульптору позволишь на меня пялиться?
— Найду женщину.
Ино хмыкнула:
— А вдруг мне понравится, как на меня будет смотреть женщина?
Като состроил задумчивую физиономию.
— Ладно, отставить обнаженную фигуру.
Но девушка подалась вперед:
— А вот и нет! Хочу свою копию в камне! Перед тем, как мы заведем еще детей, и я не растолстею.
Но Като покачал головой:
— Об этом я бы не волновался. Тебе не грозит.
— Растолстеть или детей? — в шутку уточнила Ино.
Но Като неожиданно стал серьезным.
— И то и другое. От меня, во всяком случае.
Радостное настроение как-то резко улетучилось.
— Като?
— Прости, не знал, как сказать. Но я больше не способен дать жизнь. За силу приходится много чем платить. И этим в том числе.
Ино несколько секунд пребывала в шоке, осторожно спросив: