Наконец, когда Идзуме уснула, Найт смог выбраться из-под одеяла и сесть у окна, глядя в темнеющее небо. Он задавал себе один просто вопрос: "как мне выбраться отсюда?".
Глава опубликована: 03.10.2017
** ГЛАВА 94
------------------------------------------------------------
— Группы собраны и готовы, — отчитался Саске. — Хотя я понятия не имею, к чему.
Пятая выразила некоторое непонимание:
— А Мико? Она же твоя подчиненная, а не его. Или нет?
Учиха пожал плечами:
— Моя. Слезно просила на нее не обижаться, но пока лучше хранить все в тайне, — он сделал неопределенный жест рукой. — И план слишком неоднозначный по ее словам. Лучше дождаться Шестого, чтобы он объяснил все детали.
Тсунаде хмыкнула:
— Знаю я, как он поясняет детали. Отделается общими словами, а дальше разбирайтесь сами.
— Ну, это эффективно, заставляет подчиненных думать самостоятельно, — встал на защиту учителя Саске.
— Уже успел опробовать? — хитро сверкнула глазами Тсунаде.
— И не раз, — подтвердил дзенин. — Курохаю не нужны исполнители. Ему нужны самостоятельные подчиненные.
Тсунаде покачала головой:
— Чтобы самому ничего не делать. Но я тебя поняла. Нас остается только ждать, хорошо хоть, недолго. Что ты знаешь о павлинах и учителе Като? Этом Оракуле.
Саске лишь пожал плечами:
— Почти ничего. Со слов самого Курохая, или Найта. Отшельники, живут в огромном жерле вроде как вулкана. Оракул мог читать мысли, но вроде как полноценным сеннином не был. Владеют непонятными техниками, долго живут. А к чему вопрос? Оракул же вроде как не вернулся. Или я снова чего-то не знаю?
— Шестой забрал с собой Ханаби. И сказал, что в Долине есть некто, кто может ему помочь. Я пытаюсь представить, кого он имел в…
Договорить Пятая не успела. Раздался настойчивый стук в дверь. И, не дожидаясь ответа, дверь открылась, а в кабинет влетела Сакура. Уже поравнявшись с бывшим напарником, улыбнулась:
— Сенсей… Саске. Я же не помешала, да?
Учиха хмыкнул, перевел взгляд на Тсунаде:
— Касательно вашего вопроса — гадать бесполезно, слишком мало нам известно. Я пока вернусь к семье. У Хитоми ненормально быстро развился шаринган, и Такара немного в панике.
Пятая кинула:
— Я зайду к вам вечером.
Безликий удалился, а Сакура, проводив его задумчивым взглядом, резко вспомнила о том, зачем вообще пришла.
— Я тут тоже в панике. Сенсей, мне никто ничего не говорит! Что с Кибой!? Он жив? Или все, можно траурное платье готовить? Пожалуйста, скажите, что он жив!
Тсунаде вздохнула:
— Мы не знаем. Тела не нашли, так что есть еще шанс.
Сакура нервно переступила с ноги на ногу, беспокойно сжала губы.
-А… А его кто-нибудь ищет?
Пятая тепло улыбнулась ученице. Несмотря на изменения, которые с ней произошли, ей все еще была не чужда доброта и забота.
— Шестой Хокаге пообещал лично занятья его поисками.
— Оу! — Сакура воодушевилась. — Пожалуй, это… Успокаивает. Немного. Наверное…
Она сделала глубокий вдох, помялась немного.
— В общем… Простите за вторжение… И можно я буду иногда спрашивать, нет ли новостей? Я не буду часто с этим надоедать. Правда. Постараюсь, да.
Тсунаде расслабленно откинулась на спинку, кивнув:
— Конечно. Я сама тебе сообщу, когда что-нибудь станет известно. Ты вернешься в госпиталь?
Куноити удивилась, будто это был неожиданный вопрос.
— А… Да, я, думаю, да. Если не погонят. Мне говорят, что я недостаточно вежлива с пациентами. Но… Да, пожалуй, лучше заняться делом. Будет меньше времени на всякие мысли, да.
Снова раздался стук в дверь, заставивший Тсунаде вздохнуть. Стоило Курохаю на пару дней исчезнуть, вся работа снова свалилась на нее.
— Я пойду, простите, что так резко ворвалась, сенсей. Все такое, — и попятилась к дверям.
Которые как раз открылись, и в кабинет зашел Узумаки, который Синдзи. Проходящая мимо него Сакура притормозила, присмотрелась к нему, сделала глубокий вдох носом, ловя запах, и улыбнулась:
— Узумаки-сан, ваш организм испытывает потребность в женском внимании. Даже завидно, иметь такое здоровье, несмотря на возраст, — она улыбнулась. — Но вы с этим не затягивайте. Воздержание, оно никому большой пользы не приносило. В остальном здоровье у вас отличное, прямо второе дыхание жизни чувствуется.
Синдзи прошелся по ней нечитаемым взглядом, кивнув:
— Учту.
Куноити, посчитав, что ее профессиональный долг выполнен, двинулась дальше и покинула кабинет. Несколько секунд смотрев на закрытую дверь, Синдзи развернулся к Тсунаде:
— Это она все по запаху поняла?
Пятая медленно кивнула, испытывая некоторую профессиональную гордость за профильную ученицу:
— У нее обострение способностей. Чудо, что последствия смертельной техники проявляются именно так.
Узумаки хмыкнул каким-то своим мыслям, и все же дошел до стола и положил на него свиток.
— Это ключ. Мы обновили все печати, кое-что вообще с ноля написали. Потенциального противника ждет много неприятных сюрпризов. Да и всякие уроды, типа Орочимару, воспользоваться старыми проторенными дорожками не смогут.
Тсунаде выразила удивление:
— Правда? Вы быстро управились. Я помню, сколько времени на построение защиты ушло… Что, действительно второе дыхание почувствовал? — на последних словах Пятая улыбнулась.
И мужчина ответил ей гордым кивком:
— Именно так. Я встретил дочь, которую считал погибшей… Так что да. Работа мне в радость, тем более, вместе с ней.
— Дочь? И кто это?
Но он отрицательно покачал головой:
— Давай будем считать это маленькой тайной. Там долгая и сложная история, которая, к счастью, хорошо закончилась.
Тсунаде задумалась, припоминая, не ходит ли кто из ее подчиненных, в таком же приподнято-бодром настроении.
— Что? Мико? Но она же…
Синдзи вздохнул:
— Я же говорю, там долгая и сложная история. Да и не очень красивая, если по сути.
Женщина решила согласиться и не ворошить прошлое, взяв в руки печать-ключ.
— А что с замечанием Сакуры? Насколько я поняла, вы с Курохаем собирались возрождать клан Узумаки. Так что же ты уклоняешься от прямых обязанностей?
Синдзи хмыкнул, пожав плечами:
— Во-первых, я блюду моральный облик, не в пример всяким старым вуайеристам. А во-вторых, не тебе мне об этом говорить. Твой клан, между прочим, вообще только тобой и представлен. И что-то я не вижу стремления изменить эту ситуацию. Хотя тот самый старый вуайеристам постоянно появляется в Конохе, пусть и ненадолго.
Тсунаде поморщилась:
— Ты не знаешь, о чем говоришь.
— Так уж? В том, что ты достаточно здорова для этого, я не сомневаюсь, — Пятая бросила уничижительный взгляд на Узумаки, но после Курохая у него был к взглядам стойкий иммунитет. — И не забывай, что я старше тебя, и вашу с Джирайей историю не только знаю, но и видел собственными глазами.
Пятая хмыкнула:
— Тогда ты знаешь, почему я не хочу его видеть, — она вздохнула. — Почему я вообще с тобой об этом говорю?
Синдзи демонстративно поднял глаза в потолок, будто вспоминая или размышляя:
— Тебе не с кем об этом поговорить. Я задел за живое. И тебе слегка стыдно за откровенное замечание ученицы.
Тсунаде промолчала.
— Так я правильно понял? — продолжил Узумаки. — После того светловолосого парня… Как его? Дана? У тебя ни кого не было? Столько лет?
Пятая сложила руки в замок:
— Это, вообще-то, не твое дело.
Синдзи выразил удивление…
— А что? Курохай тебе не сказал?
Вопросительно изогнув бровь, Тсунаде чуть наклонила голову в сторону, явно не понимая, о чем речь.
— О чем?
— Ну, когда он меня откопал из-под земли, сдул пыль и поставил задачи, то предупредил, что точно будет воссоздавать клан Узумаки. Но и про посильное участие в восстановлении клана Сенджу говорил.
Пятая, кажется, хотела что-то сказать, но подавилась, когда поняла, о чем говорит Синдзи.
— Так что я не просто так высокий моральный облик поддерживаю. Соответствую высокой оказанной чести, так сказать.
У Пятой дрогнуло веко. Она поднялась, и под ее рукой начал тихо потрескивать стол. И, раньше, чем она успела что-то сказать, Синдзи поднял руки:
— Это шутка! Просто шутка. При всем моем уважении к тебе, Тсунаде, ты выглядишь так… — он замолчал, подбирая слова.
Женщина выпрямилась и сложила руки на груди, ожидая продолжения. Придя к какому-то выводу, Синдзи закончил:
— Как будто пытаешься выглядеть для этих детишек своей. Даже внешность вон поддерживаешь молодую. Я с Курохаем и его командой провел не так много времени, и сам делал вид, что за ними везде поспеваю. Но себя я не обманывал.
Тсунаде хмыкнула:
— Тебе не приходило в голову, что фамильярничать с Хокаге — плохая идея? Тем более глупые шутки шутить?
Узумаки развел руки в стороны, как бы извиняясь:
— Да мне поговорить не с кем, кроме дочери. Не с Наруто же болтать, упаси Рикудо.
Пятая все же немного расслабилась:
— Шутник биджев. Я была готова выставить тебя за дверь, если не пинком ускорения придать. А я ведь почти поверила, что ты всерьез все это с Шестым задумал.
Узумаки поморщился:
— Не, это даже для него перебор.
Куноити покачала головой:
— Погиб, исчез, воскрес, вернулся в Коноху, притащив с собой лояльного джинчурики и союзный договор, и назначил себя Хокаге, — и, пожав плечами, добавила, — Я бы не удивилась.
Синдзи оставалось лишь согласиться.
— Разрешите идти, Хокаге-сама?
— Иди, — куноити развернулась и подошла к окну, глядя на Коноху.