Скрытая деревня была уничтожена. К небу поднимались столбы дыма, невидимые издалека из-за высоких деревьев. Ни одного целого дома. Деревню выжгли до основания.
— Что здесь произошло? — Киба ошеломленно обводил взглядом обгорелые скелеты зданий.
Вопрос был риторический, но все же…
Команда приблизилась, осматривая руины, но стараясь не подходить слишком близко. Никому из них не хватало опыта, чтобы читать следы боя. Киба был следопытом, но не АНБУ и не мог по разрушениям легко определять, кто, как и с кем здесь сражался. Следы от взрывных печатей, воткнутые в древо иглы и сюрикены, расположение трупов — все это ничего не говорило следопыту.
— Их атаковали. И, ослабленные болезнью, они не были способны сопротивляться, — предположила Сакура. — Попробуй определить, как давно был бой.
Киба кивнул, и приблизился к пепелищу. Он осторожно осматривал обожженное дерево, стараясь игнорировать лежащие рядом закопченные тела. Судя по расположению стен, это был дом одной семьи, небольшой, но наверняка уютный. Подтверждая свои догадки, Киба нашел глазами тело, предположительно, женщины в комнате. Тело мужчины лежало у дома, разорванное на две части. Сложнее оказалось найти третье тело. Ребенок спрятался в шкафу и был погребен под обожженными обломками.
Сакура прошла дальше, выискивая дом старосты и местную академию. Но не нашла ни того, ни другого. В центре деревни нашлись две глубокие воронки. Нападавшие пришли сюда просто затем, чтобы все сравнять с землей.
— Сакура-сан! — позвал ее Рок Ли.
Парень стоял в стороне и ближе к краю деревни, на краю еще одной воронки. Харуно подошла и заглянула внутрь. Сердце пропустило удар, грудь перехватило судорогой, и она не смогла сделать вздох.
— О… Боги…
На дне воронки, в центре, на фигуре креста из обожженных досок были развешаны сгоревшие тела. Тела, искаженные агонией, с открытыми в застывшем крике ртами, даже после смерти пытающиеся вырваться из огненного ада, в который их поместил чей-то извращенный разум. Здесь висело почти полсотни человек. Судя по размерам тел, подростков, почти детей. Ученики академии и будущие следопыты, они были здесь.
— Они… — Сакура села на колени, — они были живы, когда их сжигали. Они были живы!
К ним подбежал и Киба вместе с Анеко. Собака заскулила, прячась за спиной хозяина, да и сам он был ошеломлен.
— Я знаю, кто это сделал, — сказал Ли. — Я уже встречался с… этим. Тен-Тен, ее тоже… Она… Я знаю, кто это.
Сакура, все еще пытаясь заставить себя что-то сделать, закрыла глаза. В нос все так же лез смрад от тел, но она пыталась подумать о чем-то другом. О чем-то светлом. Выходило плохо.
— Мы здесь ничем… ничего не сделаем. Нужно отойти подальше. Чтобы не пропустить приход Чираку… Но подальше отсюда.
Но ее будто не слышали.
— В этом должен быть смысл, — словно говорил сам с собой, произнес Ли. — Нельзя убивать так без всякого смысла. Это не должно быть так…
Он прыгнул в воронку и попытался снять одно из тел. Прогоревшая плоть разваливалась в его руках, падая на прожженную землю.
— Ли! Не надо, Ли! — крикнула ему Сакура.
Но парень упрямо пытался стащить одно тело за другим, постоянно что-то проговаривая шепотом.
— Так нельзя! Это неправильно! Нельзя убивать так!
Он стащил тела с высоты досягаемости и попытался разломать обгоревшее дерево.
— Ли!
Ирьенин все же нашла в себе силы встать и спуститься к напарнику. Девушка положила руку ему на плечо, но он лишь оттолкнул ее:
— Нельзя оставлять их так!
Тогда Сакура рванула сильнее, дополнительно вдарив по лицу Ли сжатой в кулак второй рукой. Рок отлетел назад, врезавшись в землю спиной. Но все равно упрямо поднялся.
— Нельзя… так… оставлять… нельзя…
Второй удар откинул его еще дальше, но он вновь начал подниматься на ноги. Киба, кое-как пришедший в себя, ошеломленно смотрел на напарников, но не знал, что делать.
— Ли! Стой!
Третий удар заставил генина вылететь из ямы, задев спиной край и подняв в воздух облака пыли.
— Хватит! Хватит, я сказала! — уже кричала Сакура.
Парень продолжал что-то бубнить, но больше не вставал.
— Должен быть смысл! Я не верю, что они умерли бессмысленно!
Ирьенин вышла из воронки, бросив хмурый взгляд на Ли.
— Они умерли так, чтобы их нашли. Чтобы напугать. Свести с ума. Киба! Бери его и выходим. Хочу очутиться там, где не почувствую этого запаха.
Кинолог, получивший понятный приказ, торопливо подошел к напарнику и забросил его на плечо. Анеко держалась у его ног. Взрослая собака повидала многое, но оставалась собакой. И здесь ей было очень страшно. И, в отличие от людей, она не могла это скрыть. Не могла задавить страх, загнать на самую глубину разума, спрятавшись за цинизмом и хладнокровием.
Им пришлось довольно долго идти против ветра, чтобы смрад остался позади и больше не преследовал их зловонным дыханием шинигами. Ли, получивший еще одну профилактическую оплеуху и затем понюхав едкую гадость, подсунутую Сакурой, немного пришел в себя. Киба все еще выглядел каким-то потерянным, механически разводил огонь, глядя перед собой. Анеко пыталась растормошить хозяина, тыкалась носом в его руку, но он просто сидел перед костром и смотрел в пламя.
Сакура перевела взгляд на Ли. Парень, справившись с помутнением, загорелся жаждой действия.
— Я… Я должен… Я…
— Рок Ли! Отойди вон туда, встань на руки и сделай пять сотен отжиманий! — приказала девушка, в этот момент чувствуя солидарность с Майто Гаем.
— Да! Конечно!
Через пару секунд парень в зеленом уже стоял на руках лицом к дереву и усердно выполнял отжимания, негромко отсчитывая вслух. Ирьенин устало выдохнула и перевела взгляд на второго своего напарника. Киба, кажется, даже не замечал того, что происходит вокруг. Сакура попыталась вспомнить способы быстро привести синоби в норму. Лучшим способом сейчас был шок. Нужно было чем-то шокировать парня, это заставит его мозги снова заработать. И один неплохой способ ей был известен. Но перед его использованием девушка присела рядом и покрутила рукой перед его лицом, проверяя, насколько глубоко в себя ушел кинолог.
— Киба. Киба!
Никакой реакции. Сакура ухмыльнулась:
— Тогда сам виноват.
Он взяла его за подбородок и развернула лицом к себе, без промедления поцеловав.
Киба удивился, но не понял, что происходит.
Киба понял, что его поцеловали, но все равно не понял, что происходит.
Киба понял, что происходит, и удивился куда сильнее.
На четвертой секунде он вскочил, отпрыгивая от костра. Рядом вскочила Анеко, удивленная не меньше хозяина.
— Ч… Что ты делаешь?!
Сакура спокойно вытерла губы и отстраненно пожала плечами:
— Практикуюсь. Пришел в себя?
Ли остановил упражнения и пытался посмотреть в сторону костра.
— Не отвлекайся, Ли!
— Есть! — гэнин тут же продолжил упражнения.
Киба все еще пытался осознать то, что произошло.
— Но… это…
— Пришел в себя, — констатировала Сакура. — Следи за окрестностями. Без вас с Анеко к нам будет слишком легко подобраться.
Следопыт помялся немного, но кивнул:
— Я… Да… Понял.
И они с собакой обошли ближайшие деревья, принюхиваясь и прислушиваясь. Сакура бросила Ли:
— После отжиманий пройдешь пятьсот шагов на руках.
— Есть!
И, заняв остальных, наконец, могла вернуться и к себе. Ни Киба, ни Ли не видели, как у нее дрожали руки, не понимали, как она сама испугалась, увидев разрушенную скрытую деревню. Им и не нужно было видеть. Сейчас она их капитан, а значит…
— Сакура! — окликнул ее Киба. — Я что-то слышу.
Девушка поймала себя на мысли, что хочет выругаться. Она тоже себя спокойно не чувствовала, а напарники только добавляли проблем.
— Что-то что?
Кинолог прислушался, но куда важнее, что в малейшие шорохи вслушивалась Анеко. Как бы хорош ни был Киба, как бы ни усиливал чакрой свой слух, собаку он все равно превзойти в этом не смог бы.
— Это кто-то. Анеко слышит человека. Всхлипы.
— Выживший? — вскочила ирьенин.
— Не знаю, вероятно.
— Ли! Закончишь потом, прикрой нас! — приказала она.
— Понял, — парень в зеленом за пару секунд оказался за спинами своих напарников, готовый броситься в бой.
И не скажешь, что только что истязал себя физическими упражнениями.
— Киба, веди.
Проводник достаточно уверенно повел всю команду через лес, стараясь идти не напрямик, а по таким местам, чтобы листва прикрывала синоби. Все трое были напряжены, увиденное только что зрелище пусть и было выбито другими мыслями, но все равно свербело.
Они приблизились к оврагу, и теперь всхлипы слышали уже все. Сакура жестом показала Кибе вопрос:
"Он один?"
Тот принюхался, прислушался и уверенно кивнул:
"Да".
Затем снова принюхался и удивленно прошептал:
— Сора?
Всхлипы в овраге резко прекратились. Сакура шагнула вперед, осторожно вступая на склон холма.
— Сора? — негромко спросила она. — Меня зовут Сакура. Я из Конохи.
Но ответа не последовало, овраг был все так же тих. Тогда по склону двинулся Киба:
— Эй, Сора. Это я, Киба. Мы с Анеко были у вас в храме, помнишь?
Из куста на противоположном берегу высунулась голова:
— Киба?
Послушник выглядел неплохо, если не считать усталого вида и потрепанной одежды. Да и его красные глаза намекали, что парень то ли плакал, то ли нечто подобное.
— Да, это я. А это наша команда. Ты в безопасности, — уже спокойнее высказался Киба.
Теперь не было необходимости рыскать по всем лесам вокруг — послушник нашелся сам.