— А кто следит за теми, кто следит?
Бинго. Данзо не был дураком, и отлично понимал, что не будет жить вечно. И понимал, что ему на смену кто-то придет. И оставил страховку. Доверенное лицо, информацию о котором он сам же и стер. Вот только с выбором лица, почему-то ошибся, и Хеза начала работать и против Конохи. Это странно, ведь в кадрах он, обычно, не ошибался. Не настолько.
— Я буду менять структуру селения. Такие утечки станут просто невозможными.
Морино со мной не согласился:
— Будут другие.
— А это уже твоя работа, и тех, кто придет после тебя. Борьба будет всегда — это неизбежно.
Ибики покачал головой:
— Это так. Но не хотелось бы больше допускать таких провалов.
— Будем работать. Из тех, кто действовал осознанно, удастся что-то выжать?
Дознаватель отрицательно покачал головой:
— Сомневаюсь. Связь практически односторонняя. В лучшем случае сможем сливать дезинформацию, но не больше.
Хоть что-то.
— Я не видел Футабе. Она на миссии?
Ибики, думавший о другом, не сразу переключился на мой вопрос.
— Футабе? Да. Она взяла миссию с напарницей.
— Напарницей? — не помню, чтобы у нее были напарники.
После того, что случилось с ее командой, Футабе больше, чем на одну миссию, команду не собирала, насколько я знал.
— Да. Сакура Харуно. Они уже давно ушли, но Футабе предупредила, что у нее какое-то большое дело. У меня мало самостоятельных работников, так что я стараюсь поощрять такие инициативы.
Его право, да и это в целом правильный подход. В его отделе так точно. Инициативник может случайно заметить то, что упустят другие, просматривая сведения, как рутину. А вот то, что две куноити шатаются неведомо где…
— Она шлет отчеты?
Морино кивнул:
— Да, не регулярно, но присылает.
Сакура — медик. Медик со слегка тронувшейся крышей. Тронувшейся на идее отомстить. И они вместе с Футабе исчезли из селения. И Оракул как раз сообщила мне о том, что убийца Кибы умер. Если бы мог, горестно вздохнул бы.
— Ибики, ты — идиот.
Такой характеристики он от меня не ожидал и несколько озадачился. Но тут же, похоже, прокрутил в голове все, что касалось Футабе и Сакуры, и сделал некоторые выводы.
— Ты же не думаешь, что они вдвоем… — дошло до него.
— Именно это они и сделали. Накажешь, когда вернутся. Если вернутся.
Морино нахмурился. Я не то, чтобы его винил в этом. Он, и не он один, сейчас и без того загружен работой. Следить за собственными подчиненными, да еще и за наиболее самостоятельными и адекватными у него просто нет времени. Но мы оба знаем, что если девушки погибнут, все эти оправдания не будут стоить ничего.
Мы покинули ведомство дознавателей и должны были вернуться в резиденцию. Работы для меня, наверное, уже набежало. Однако зашевелилась Оракул.
"Пепел"
— Да?
Павлин ответила не сразу.
"У меня плохие новости"
Мы остановились. Плохие новости. И снова плохие новости.
— Говори.
"То, что я заметила, это смерти двух связанных с тобой людей. Одного я не знаю. Второй — Учиха Саске"
Тсуме пошатнулась и облокотилась на стену, а Куромару вжался в пол и начал протяжно скулить. На то, чтобы подавить вспышку, ушло несколько секунд. Но все равно осталось какое-то чувство пустоты. И не внутри, а вообще.
— Что случилось? — спросила Тсуме, переводя дыхание.
— Учиха погиб.
Куноити удивилась:
— Это точно?
У меня тоже был такой вопрос. И Оракул ответила:
"Я сожалею, но да. Там было что-то странное, будто он сражался за жизнь, но… Я уверена. И сожалею"
— Да. Да…
Как я недавно узнал, именно Саске пришел к Ино, чтобы сообщить о моей смерти. Похоже, пришло время вернуть ему долг. Жалею, что не могу нажраться. Но все же сдвинулся с места и пошел. В этом мире у меня не было друзей. Не было тех, с кем я мог расслабиться и выпить вечерком, просто посидеть и поговорить, поговорить ни о чем. Есть только единомышленники. Но и они кончаются.
Такара вместе с детьми жила под постоянно защитой безликих. Выделили им место на одной из баз, все же одна семья — это не целый клан. Да и столько надежных синоби рядом — это хорошая защита. Нда, защита ей в ближайшее время очень нужна. И не только защита. Безликих из дежурной охраны я отогнал жестом и постучал в дверь, отрезающую жилой блок от остальных помещений. Звуки сквозь дверь практически не просачивались, но я ощущал вибрации сквозь стены, поэтому видел, как девушка сняла с колен старшую, Хитоми, и посадила ее диван, а сама пошла к двери. Открыла, удивившись неожиданным гостям.
— Хокаге-сама?
По моему лицу на ничего не могла прочитать. Заку имел физиономию менее выразительную, чем кирпич. Но Такара все поняла по Тсуме. Череда эмоций, удивление, неверие, осознание и еще большее неверие. Она перевела на меня вопросительный взгляд уже начавших слезиться глаз.
— Саске погиб, я только что узнал.
Остальное было ожидаемым. Боль и слезы. Ино некогда испытала эти же чувства. Боль и слезы.
— Тсуме, найди Шикамару, сообщи ему о Саске и перенеси… Нет, только передай новость.
Мне нужно подумать. И нужно работать. Потому что, только победив, я смогу остановить эту череду смертей. Я обязан победить, или сделать все возможное для победы. Найти и уничтожить всех, Рассвет, Культ. Найти и уничтожить, всех до единого. Только так, иначе все эти смерти были напрасны.
— Я буду у себя. Один.
Оракул права, все больше людей связаны со мной, все больше людей от меня зависит. Вот только радости осознание этого факта не приносит. Только груз ответственности. И дело не в альтруизме, не в возвышенных чувствах и всей этой тупой дребедени. Дело в людях, которые мне подчинялись. Это — личное. Для меня все это — личное.
Но в кабинете меня ждала Хеза, сидевшая на том самом месте, которое облюбовала утром. Я вошел прямо сквозь дверь, что ее ничуть не удивило.
— Твой аналитик, конечно, молодец, — улыбнулась куноити. — Но ему нужно учиться работать с людьми. Я еще пару раз загляну в вашу академию через денек-другой. Проверю, как они справляются, и проблема решена.
Сначала хотелось ее просто прогнать, конечно. Но я не сопляк, чтобы раскисать от плохих новостей. Даже таких. Нет, сложности только подстегивают меня к действию. Подошел к куноити и без предупреждения схватил ее за шею, а затем не сильно приложил спиной к стене. Хеза схватилась за мою искусственную руку и пыталась поддерживать свое тело, чтобы стальные пальцы не давили на горло, однако не сопротивлялась.
— Ты просчитала обстановку в кабинете с первого взгляда. Составила оценку Тсуме за пару секунд. Решила не самый простой административный вопрос за несколько часов. Ты не могла не знать, к чему приведет передача информации Инахо.
Играть мимикой, когда твое горло удерживает очень сильная рука, совсем не просто. Поэтому Хеза сумела лишь изобразить спокойное согласие.
— Да, и мы оба это понимали с самого начала. Я не знала, что этот Инудзука так важен. Да и знала бы — это тогда не имело значения. И я отлично знала, что ты это поймешь. Но я хочу жить, Курохай. А ты единственный, кто не пришьет меня просто так, под настроение. Всяких психов вокруг хватает, но ты не такой.
Я надавил сильнее, достаточно, чтобы ей стало тяжело дышать.
— Данзо сам создал ту часть твоей сети, что работала в Конохе. А затем сам затер все следы. Потому что хотел, чтобы ты не зависела от Конохи. Чтобы наблюдала за тем, кто придет ему на смену. Но ты предала селение. А он никогда не ошибается в подборе кадров.
Я еще раз ударил ее об стену.
— Кто ты такая? Или отвечаешь на мой вопрос, или умрешь прямо сейчас.
Хеза несколько долгих секунд смотрела в мои глаза, затем попыталась криво улыбнуться.
— Какой же ты… быстрый… Я думала, тебе потребуется время… Чтобы понять…
Я надавил сильнее, зная, что уже ограничил доступ крови в мозг.
— Я скажу… — с трудом даже не сказала, просипела Хеза.
Но я лишь немного ослабил давление, чтобы она сумела вздохнуть.
— Говори.
— Меня зовут… Шимура Тиемэ. Я — дочь Данзо.
Правда, как всегда, оказалась тривиальной. Старик просто вывел дочь из своей игры. Защитил, насколько сумел.
— Значит, у тебя еще больше причин вредить мне или Конохе, чем я думал.
Она поморщилась:
— Да не буду я тебе мстить за него… Я знаю, что тогда произошло… Все ты правильно сделал… Пожалуйста… Отпусти…
Она хорошая актриса, и умеет давить на эмоции. Очень неплохо демонстрирует, что задыхается. Только я могу видеть… Впрочем, она действительно начала задыхаться. Я отпустил ее шею, отчего Хеза тут же съехала на пол, пытаясь отдышаться. Вот только я тут же выпустил лезвия и приложил острой кромкой к ее горлу.
— Вы неплохо все просчитали. Данзо уходит, ему на смену приходит кто-то другой. А ты всегда сможешь вернуться в Коноху и предложить свои услуги. Дальше будет быстрый взлет по карьерной лестнице и, если потребуется, смещение конкурента.
Хеза нашла силы улыбнуться:
— Ты такой же параноик, как и он.
— Нет. Я просто знаю, каким параноиком был твой отец.
— Твоя правда, — она попыталась посмотреть мне в лицо, но ее затылок уже был прижат к стене, а лезвия не оставляли свободы движения. — Слушай. Ты правильно заметил, я быстро изучаю людей. Многое и так лежит на поверхности. Например, у этой Тсуме.
Чуть надавливаю и двигаю рукой, оставляя тонкий порез:
— Не зазнавайся.
Но ее это не останавливает.
— Я все равно на самой грани это самого лезвия, которые ты приставил к моему горлу. Дай сказать. Эта Тсуме, она думает, что такому крутому тебе не нужны глупые красивые дурочки. Что тебе нужна женщина, с которой можно просто помолчать. Ну, знаешь, весь этот бред про эмоциональную связь, про то, что при настоящем взаимопонимании не надо ни о чем говорить, и слова вообще излишни. Но это все фантазии, которыми некоторые даже большие девочки любят себя баловать. Я знаю, уверена. Тебе не утешение и поддержка нужны, это чушь. Тебе нужен конкурент. Умный, как ты сам, и хитрый. Такой, с которым можно спорить, обсуждать, работать. Конкурент и партнер в делах. Не нужна тебе любящая жена и мать для детишек, не нужен домашний очаг. Поэтому ты злой такой. Тебе поговорить не с кем. Есть о чем, но не с кем. Тебе нужен равный.