одошедших почти вплотную к берегу. Несколько сотен метров — это ничто.
На кораблях первой линии, небольших транспортных суденышках, налегли на весла. Да, на кораблях стояли техники фуиндзютсу на суйтон, позволяющие на короткое время, пока не кончатся накопители, ускоряться. И эти техники уже работали. Но тренированные команды не желали сидеть без дела, налегая на весла, заметно прибавляя ход своих корабликов. Десант тронулся к берегу.
Команда синоби в крепости, уже понимая, что их ждет, попыталась использовать сигнальную печать. Но тонкая струя воды, выпущенная одним из крейсеров Мизу, срезала башню маяка, как острый клинок срезает бамбуковый ствол. Маяк рассыпался, и камни его начали падать прямо в крепость. Синоби бросились врассыпную, под защиту полых стен, но юхеи отойти не успели. Людей заваливало камнями, спаслись лишь те, кого синоби успели оттолкнуть под защиту стен. Руганью подгоняя команды пушек, дзёнин бросил свиток одному из подчиненных, и тот все же активировал его. Вспышка света взлетела в небо и с громким хлопком взорвалась, подавая сигнал. А по стенам крепости уже поднималась штурмовая команда из пяти синоби Кири в балахонистых камуфлированных синими пятнами костюмах.
Пушки крепости открыли огонь, и один из снарядов пробил один из десантных кораблей Мизу. Но команда, отодвинув погибших и раненых, лишь сильнее налегла на весла. А затем на берегу раздался грохот от стрельбы противокорабельной артиллерии. Команды на замаскированных позициях нацелили орудия и открыли огонь. Но с кораблей можно было увидеть только облака порохового дыма, поднимавшегося над лесистыми холмами рядом с городом, и услышать грохот. Тяжелые мощные пушки били практически прямой наводкой, но все равно не могли обеспечить абсолютную точность. Один из пяти снарядов упал в воду. Два снаряда врезались в крейсер Мизу, и два мощных взрыва поставили на корабле жирный крест. Один из взрывов полностью уничтожил надстройку, раскидывая во все стороны куски раскаленного металла и горящего дерева, а заодно и тела команды. Второй снаряд разорвался под башней, вывернув ее и сбросив через борт в воду. С натужным металлическим скрежетом у корабля оторвало нос, и остатки команды бросились спасаться с быстро уходящего под воду судна. Еще один снаряд шаркнул по защищенному фуиндзютсу бронированному борту дредноута, оставив лишь длинную царапину. Последний снаряд рухнул на один из десантных корабликов. От удара кораблик разворотило, разбрасывая во все стороны обломки дерева и людей, но снаряд не взорвался.
Башня дредноута развернулась и выстрелила в ответ. Наводчик знал, куда целиться. Водная струя, снося маскирующие позицию деревья, обрушилась на команду орудия, и уже этого было бы достаточно. Но вместе с водой до позиции долетели три взведенных снаряда, один из которых потоком воды затолкало в закопанный под землю пороховой склад. Мощный взрыв, выкорчевывающий ближайшие деревья, встряхнул холм. Второй дредноут, шедший чуть позади справа, выстрелил по другой позиции. Всего один снаряд, подорвавший оставшееся без команды орудие. Огонь поддержали и крейсера, но они били не так уверенно с такой дистанции.
В крепости заканчивался бой. Последний из коноховцев отступил к позиции орудия. Второе орудие уже было уничтожено, юхеи убиты. Вломившийся вслед за ним синоби Кири броском куная убил одного из обслуги орудия и выстрелил водной техникой в Коноховца. Дзёнин не стал защищаться, ответив броском сюрикенов. Его грудь пробило водой, но он лишь шагнул к пороховому запасу и прицепил к бочке пару оставшихся взрывных печатей. Синоби Кири, которому сюрикены поранили лицо, отвернулся и не видел ловушки, а ворвавшиеся за ним двое напарников не успели ничего понять, глядя в улыбающееся лицо коноховца. Взрыв оборвал жизни всех.
Первыми к берегу неслись три судна, не походившие на десантные. Крупнее, крепче, да и шли быстрее. Ударившие с берега малые пушки и метательные орудия не наносили этим кораблям ущерба. Пушечные снаряды отскакивали от щучьего носа корабликов. Снаряды остальных орудий бессильно бились о броню. Три корабля подошли на двести метров к берегу и замерли. Техники, заключенные в них, пришли в движение, заработали, выпуская чакру. По воде от бортов кораблей пошла мелкая рябь.
Последние моряки уже убежали с причалов, их место занимали спешно выстраивавшиеся отряды юхеев. Прямого обстрела они не боялись, в порту было пришвартовано много кораблей, закрывавших обзор и мешавших наведению, так они думали. К тому же само устройство порта служило защитой. Все пологие спуски спешно баррикадировались, причалы перекрывались, а выложенная камнем береговая мостовая возвышалась над водой почти в двух метрах. Все это должно было превратить любой штурм в самоубийство. Подгоняемые матерными командами, юхеи выстраивали привычную и отработанную линию защиты. У них еще был шанс удержать противника на воде. Так они считали.
Очередной выстрел с берега достиг цели. Тяжелый снаряд упал в кормовую часть крейсера, грохнул взрыв. Корабль начал заваливаться на борт, но выскочивший с палубы синоби использовал технику, и судно замерло. Второй уничтоженный крейсер уже погружался под воду, терять и третий командование Мизу не желало. В бою участвовало всего два дредноута и десять крейсеров. Остальное — десант. Но если первые три позиции противника подавить удалось сразу, две еще продолжали обстрел.
На пути выстрела дредноута встал Хьюга. Он прыгнул навстречу струе воды, уже в воздухе начиная вращение.
— Хаккешо Кайтен!
Вода сносила деревья, раскидывала их. Но врезавшись в защитную технику Хьюга, будто врезалась в непреодолимую стену. Отбиваемая вращением, вода хлынула в сторону, всюду летели брызги. И, когда напарникам синоби и обслуге орудия уже показалось, что атака отбита, в потоке воды прилетел снаряд. Взрыв оглушил, вода полетела во все стороны, еще стоявшие рядом деревья попадали. И вместе с остатками воды из пламени взрыва вылетело тело синоби клана Хьюга.
Его напарник тут же сложил печати и положил ладони за землю. Его голос затерялся в гуле еще одной струи, ушедшей правее позиции, грохоте падающих деревьев и взрыве снаряда. Но перед ним выросла каменная стена. Второй синоби подгонял обслугу, чтобы она сделала еще один выстрел.
Они уже закончили наведение, когда в стену врезалась повторная атака дредноута. В этот раз брызги воды хлынули вверх, а не в сторону, и на обслугу упал теплый дождь. Синоби использовал технику повторно, укрепляя стену, но врезавшийся в нее снаряд все равно был сильнее. Взрывом синоби отбросило, но лишь ранило. Грохнуло орудие, отправляя тяжелый снаряд в сторону моря. Коноховец подхватил раненого напарника и побежал вместе с обслугой. Еще одного выстрела позиция все равно не переживет. Через несколько секунд точное попадание подтвердило это.
Мелкая рябь от трех кораблей достигла берега. Вода вспенилась. А затем задрожали пришвартованные корабли. Вода, минуту назад дававшая им надежную опору, резко перестала их держать. И корабли один за другим быстро пошли ко дну. Они не тонули, не опрокидывались на борт. Они просто погружались под воду, оставляя наверху только торчавшие мачты. Зато вода у берега наоборот дрогнула и пошла вверх. Водная гладь сровнялась с камнем мостовой и замерла так. Рябь исчезла.
Где-то за холмами с закрытых позиций ударила береговая мортирная артиллерия второго ряда, бившая навесом. Но десантные корабли, подходившие к берегу всего на сотню метров, останавливались. Солдаты выпрыгивали из них прямо на воду. И техника, несколькими минутами ранее потопившая корабли в порту и поднявшая уровень воды, не давала солдатам утонуть. Они, будто синоби, спокойно стояли на поверхности. Юхеи Мизу высыпались на измененную техникой водную гладь и рассыпчатым строем побежали к берегу. Десятки кораблей высыпали сотни солдат. А снаряды второй оборонительной линии просто бессильно падали в воду.
Синоби Кири, бежавшие среди первых рядом, остановились и сложили печати. Часть из них применила технику тумана, накрывая ряды защитников города. А другая часть вызывала водных клонов, по одному, по два, по три, тут же бросившихся в атаку. Клоны первыми ворвались в ряды дезориентированных туманом защитников. Поддерживающие юхеев коноховцы атаковали клонов, но из тумана на берег обрушился уже десант. Солдаты Мизу, десятки раз отрабатывавшие бой в тумане, теснили юхеев Огня. А немногочисленных коноховцев взяли на себя синоби Кири. Сквозь пелену тумана прорывались крики, лязг металла. Где-то вспыхивало пламя. Но защитники отступали. Шаг за шагом, они все дальше уходили на покрытые туманом улицы города. Непривыкшие к таким условиям юхеи Огня дрогнули. Им казалось, что вокруг них только туман и враги. Каждому небольшому отряду, оторванному от остальных, казалось, что остались только они, и больше никого нет. Подкрепления, которые должны были подходить из города, терялись в тумане и казались незначительными, незаметными.
В оперативно созданном втором штабе собралось несколько офицеров юхеев и два дзёнина Конохи. Только что прибывший в город Нара, глядя на развернутую на столе карту без отметок, хмыкнул. Информации не было. Отряды один за другим уходили к берегу, но обратной связи не было. Информацию о том, что происходит в порту, давали только возвращающиеся раненые коноховцы.
— Капитан, — Нара обратился к офицеру, оставшемуся за старшего. — Прикажите сооружать баррикады на выходах из порта. Они высадились, с этим мы уже ничего не сделаем, не своими силами. Но мы не должны позволить им ворваться в город, пока не придет подкрепление.
Молодому капитану ничего не оставалось, кроме как ответить согласием. Синоби Конохи отправились в порт передать оставшимся силам приказ об отступлении на новые позиции. Первая стадия боя за Азаяке прошла в пользу Мизу. Но это был не единственный прибрежный город, подвергшийся нападению.
Глава опубликована: 14.04.2016
** ГЛАВА 53