[413], кажется, явилось кульминационным моментом этого этапа северокавказской истории, хотя народное сопротивление завоевателями продолжалось и потом[414].
В 30–40-е годы XIII в. власти монгольских феодалов уже со стороны Ирана было подчинено в основном и Закавказье, сначала в результате походов полководцев великого хана, а затем в 50-е годы этого века окончательно, во время западного похода основателя Хулагуидского улуса внука Чингис-хана Хулагу-хана[415].
Как известно, русские княжества вынуждены были признать власть Золотой Орды и обязались платить тяжелую дань, выставлять воинские контингенты в татарское войско[416] и т. д.
В этом плане положение стран Кавказа и Закавказья не было одинаковым. Северокавказские земли непосредственно подчинились золотоордынским ханам. Большая часть Армении и Азербайджан также вошли в состав Монгольской империи, а затем Хулагуидского улуса. А вот Грузинское царство в урезанных границах оказалось в положении, сходном с положением русских княжеств: превратилось в вассальное государство со всеми вытекающими отсюда последствиями. Собственно говоря, в 50-е годы XIII в. единого Грузинского государства и не было, так как сильнейший монгольский хан Батый утвердил двух грузинских царей, и вся дальнейшая политика монгольских властителей была направлена на углубление феодальной раздробленности Закавказья.
Серьезные различия были между русско-золотоордынскими и кавказско-монгольскими отношениями в XIII в. Первоначально Закавказье вместе с Северным Кавказом должны были стать частью Улуса Джучиева (Золотой Орды). Пока был жив Батый так оно и было. Известно, что этот первый золотоордынский владыка был одно время фактическим главой Монгольской империи. От его воли и желаний зависело назначение великого хана. Через ставку Батыя ехали в Каракорум послы из стран Европы и западной Азии. Но после смерти Батыя началась борьба между ханами Золотой Орды и Хулагуидского улуса, основанного в 50-е годы XIII в. другим внуком Чингис-хана Хулагу, которому курултай монгольских феодалов еще при жизни Бату поручил покорить Иран, арабские страны и Малую Азию. Центром Хулагуидского государства стал Иран, но ставка хана находилась в Иранском Азербайджане[417]. Вся вторая половина XIII в. — период кровопролитных войн между Хулагуидами и Джучидами за Закавказье. В Закавказье и Иран вторгались то войска золотоордынских владык, то, наоборот, хулагуидские орды через Дербенд выходили на просторы Северного Кавказа. Обе стороны нещадно грабили страны, на территории которых проходили военные действия, а войска завоевателей существовали за счет местного населения.
К концу XIII в. положение более или менее определилось. Закавказье осталось у Хулагуидов, а Северный Кавказ окончательно попал под власть Золотой Орды. Граница между владениями двух улусов не была точно размежевана, но на практике приблизительно совпадала с современными рубежами РСФСР и Закавказских республик, с некоторой разницей преимущественно в восточной части, где Дербент» с частью южного Дагестана подчинялись Хулагуидам.
Оценивая положение Кавказа под властью монгольских ханов, нельзя не отметить различия между Хулагуидским государством и Золотой Ордой. В последней твердо удерживались старомонгольские кочевые традиции. Опорой джучидов всегда была степь и кочевники, прежде всего кыпчаки, составлявшие основное население Золотой Орды[418]. Ранее существовавшие или вновь основанные города, а также очаги оседлого населения районов, непосредственно входивших в Золотую Орду, играли подчиненную роль. Более того, основанные при золотоордынских ханах города Поволжья (оба Сарая и др.) были в значительной мере искусственными образованиями, обязанными своим возникновением воле правителей, а также положению на выгодных в ту пору транзитных торговых путях[419].
Центр Хулагуидов Иран являл иную картину. Здесь острова кочевого мира перемежались с оазисами районов древних оседлых цивилизаций, хотя надо сказать, что именно с XIII в. процент кочевого населения, значительно пополнившегося уже в итоге сельджукских завоеваний XI в., значительно вырос. Это относится и к областям коренного Ирана и к Закавказью, особенно к Армении, Азербайджану, Карабаху[420]. Хулагуиды в пику враждебным им Джучидам долго не принимали ислама, который исповедовало большинство населения. Ирана, Ирака и других стран. Но при Газан-хане (1295–1304) ислам стал государственной религией и в державе Хулагуидов. Тот же Газан-хан провел ряд важных реформ[421], приведших к сближению монгольской знати с иранской, отчасти закавказской, а также к расширению социальной опоры ильханов[422].
Однако эти реформы не могли спасти Хулагуидское государство от ослабления и распада, который в основных чертах завершился в 30–40-е годы XIV в. Этому способствовала непрерывная борьба покоренных народов за независимость. Уже во второй половине XIII в. имели место волнения в Аране[423] и особенно в Грузии, где произошла несколько крупных восстаний, которые хотя и закончились поражением, тем не менее, подтачивали власть ильханов.
Грузия вернула независимость в конце 20 — начале 30-х годов XIV в.[424] Вскоре возродилось государство ширваншахов[425]. В Армении государственность восстановить не удалось. Одна из причин состояла в том, что на территории, населенной армянами, расселилось особенно много тюрок-кочевников, сгонявших коренное население с его земель. При этом постепенно была уничтожена значительная часть крупных и средних армянских феодалов[426], владения которых переходили к тюркским и курдским ханам.
Золотая Орда казалась более стабильным государственным образованием именно потому, что она объединяла кочевников, которым в самой Орде не противостояло так сильно коренное население со своими политическими, экономическими и культурными традициями. Но и Орда с середины XIV в. вступила в полосу постепенного упадка и разложения. Главным противником ордынских властителей стали русские княжества. Но после монгольского погрома Русь оказалась разделенной. Значительная часть древнерусских земель попала под власть Великого княжества Литовского и Польши. Здесь шли процессы этнического размежевания: на базе древнерусской народности и определенных местных особенностей формировались три новых народности — русская (великорусская), украинская и белорусская. Отделенные государственными границами три братских народа тем не менее продолжали сознавать свое единство, проявляя его по отношению к главному противнику — Золотой Орде. Поэтому всякие попытки, например, литовских князей заключить активный союз с Ордой против Московского княжества оказывались безуспешными.
Героическая борьба русского народа против Золотой Орды достигла своего кульминационного этапа, как известно, в битве на Куликовом поле в 1380 г. Мамаю еще удалось привести на поле сражения не только полчища кочевников, но и дружины многих вассалов, в том числе и воинов северокавказских владетелей. Поражение ордынского темника отбросило от него добровольных и тем более подневольных союзников, какими были, например, адыгские феодалы. Покинутый всеми Мамай нашел бесславный конец на юте своих владений.
К сожалению, в дошедших до нас закавказских или иранских источниках Куликовская битва не получила отражения. Объяснить это можно двумя причинами. Во-первых, от местной армянской и грузинской историографии той поры мы располагаем лишь скудными фрагментами. Почти не сохранилось и документальных материалов, армянские и грузинские летописи скупы на информацию даже о своих странах. В XIV–XV вв. на территории Закавказья не было создано крупных летописных памятников, подобных предшествующим столетиям. Армянские и грузинские летописи XIV–XV вв. сравнительно невелики по размеру и объему информации[427]. Во-вторых, основное внимание в странах Передней Азии уже с 80-х годов XIV в. уделялось походам Тимура, который подчинил сначала восточный Иран, а затем стал совершать походы и на запад. К тому же никаких местных архивов этой эпохи в странах Закавказья не сохранилось, а на Северном Кавказе письменности не существовало вообще, не было и историографии. События той поры нашли отражение только в устном эпосе местных народов или в преданиях, записанных много времени спустя (для Дагестана). Но и здесь походы Тимура оттеснили в народной памяти большинство предшествующих событий.
Немаловажную роль, очевидно, сыграли и дальнейшие события, развернувшиеся на просторах Восточной Европы после Куликовской битвы. Разгромленный Мамай, ставший ненужным золотоордынской знати, был, как известно, смещен ханом заволжской орды[428] Тохтамышем. Последнего же выпестовал и утвердил на престоле Тимур, оказавший Тохтамышу помощь и в объединении обеих частей Улуса Джучиева[429].
Тимур, которому Тохтамыш был обязан всем, рассчитывал иметь в лице последнего верного вассала. Он хотел возродить империю Чингис-хана в более обширных размерах и еще более могущественную. Став во главе объединенной Золотой Орды, Тохтамыш, выражая интересы ее феодалов, вступил в конфликт со своим благодетелем. Дело было, разумеется, вовсе не в личной неблагодарности Тохтамыша, а в старом антагонизме знати Джучиева Улуса с феодалами других монгольских государств (Чагатайского и Хулагуидского), подчиненных Тимуру. Поэтому Тохтамыш стал претендовать на Хорезм и Закавказье, как некогда претендовали на эти территории преемники Батыя.