— Я понимаю, что это, возможно, не наше дело, — осторожно начал Женя. — И отвечать ты не обязан.
— Но ты хочешь знать, как будут действовать мои одноклассницы, ведь не просто же так они предпочли говорить со мной, а не с княжичем, — догадался я. — Ты об этом?
Лена улыбнулась, но комментировать не стала.
— Да, об этом, — подтвердил парень.
Я задумался, оценивая, стоит ли втягивать в разборку девушек. Плевать на благородство и рыцарские заморочки, передо мной задачи стоит куда более крутого порядка. Славяна может решить проблему быстро и радикально. Если я отыгрываю роль тёмного кардинала, то никаких проблем — использовать других, заставляя их выполнять грязную работу, звучит, как отличный план. Если же я играю вокруг своей личности, своего личного влияния и могущества, то ситуация полностью противоположна и привлекать кого-либо категорически нельзя. Точнее, не так, нельзя, чтобы за меня заступались. Красиво натравить кого-то, не связанного со мной лично, на Кирилловых было бы идеально. Но для этого надо сделать много лишних телодвижений, собрать компромат, найти слабости, врагов. Напряжно.
Была другая причина, по которой я не хотел привлекать девушек. Допустим, обращаемся мы, Мартены, через Славяну к безопасникам её семьи и просим ненавязчиво помочь. Учитывая, что в УгУпе Кирилловым помогают, Женя и Лена там ничего не добьются. Да, жандармы обязаны предоставить сведения, связанные напрямую с нападением на члена рода, но будут тормозить это дела всеми административными возможностями, пока не удостоверятся, что вычистили всё возможное и невозможное. Отказать Кудрявцевым не смогут, и там запросто выясниться, что убитый уголовник вообще никак не связан с грузовиком и убили его на другом конце города ещё до аварии. Ну а после потянут за ниточку и схватят за мягкое место Елисея. Да, но!
После этого Мартены будут обязаны Кудрявцевым. И смогут потребовать, чтобы в ритуале участвовали люди, удобные Кудрявцевым. Ядвигу, конечно, отправить погулять не посмеют, зато выставят меня, оставив роль организатора, и поставят ещё двух членов своего рода. И это нормально, адекватное стремление получить с любой возможности максимальную пользу. Но меня-то это не устраивает!
Стать волноломом, об который Елисей будет стучать лбом? Проще и сложнее одновременно. Надо думать, а я уже начал утомляться. Сначала отдых, преодолеть последствия истощения. Медитация точно, может быть, поспать.
Однако, как гласит пословица: хочешь рассмешить бога, расскажи ему о своих планах. В особняке меня уже ждали, аж три машины сразу. Меня первым делом отправили к доктору, не собираясь слушать возражения, но я возражать и не собирался.
В отдельной комнате меня встретила Вера, семейный врач. В этой жизни знакомы мы были мало, целительница лишь два года назад заняла свою должность. Там, в будущем, когда я закончил обучение и первичное развитие, так получилось, что Вере лечить было уже практически некого, нас, Мартенов, оставалось всё меньше. Не знаю, как именно она оказалась в моём подразделении, но прослужили мы бок о бок почти четыре года. Вера умерла, как бывает у врачей, вытаскивая с поля боя раненого. Тогда ей было сорок с чем-то. Сейчас едва исполнилось тридцать.
— Рассказывай, Дмитрий, что болит, — Вера одарила меня широкой улыбкой, какую там я никогда не видел.
Глава 30
Подмосковье. Поместье Барона Мартена
Октябрь 1982 года
Отпустила меня наша целительница не сразу. С состоянием здоровья всё было хорошо. Даже отлично. Именно это женщину и удивило, ибо здоровое молодое тело — это понятно, с чего бы мне быть больным. Однако я был не просто здоров, а эталонно здоров, да и титан работал. Так что стоило мне снять верхнюю одежду, как перед Верой предстал подготовленный спортсмен, а не подросток. Это часть действия титана. Сама физиология подросткового тела не отвечает идеальным пропорциям бойца, пусть в мелочах, когда все эти мелочи исчезают, спутать подростка и мужчину становится невозможно. Тем более женщине и медику. Поэтому я подвергся более вдумчивому осмотру, но придраться было не к чему. Я получил укрепляющие препараты и был отправлен к Светлане, временно оккупировавшей мой кабинет.
Ждала меня не только глава рода. В отдельном кресле, так, чтобы контролировать дверь и быть невидимым через окна, сидел мужчина лет сорока с небольшим. Плечи его закрывала кожаная куртка, в которой я с некоторым удивлением узнал бомбер. Голова стрижена по-армейски коротко, на лице трёхдневная щетина. Я понял, что это за человек, но в лицо его никогда не видел. Мой тёзка, Дмитрий Быков, нынешний глава СБ рода Мартен. Его отец, Сергей Быков, женат на Олесе Мартен, так что родственник. К сожалению, даже не знаю, когда Дмитрий погиб, но то, что погиб — это точно. Вот, познакомлюсь лично, уже испытываю к нему некоторое уважение, даже не учитывая его заслуги, о которых я знаю постфактум.
А ещё здесь находился Степан. Немного мрачный, но... Спасибо, что он, а не мама. Забота — это прекрасно, но я не выдержу слёз и сюсюканья.
— Эх... — я вздохнул, не найдясь что сказать.
— Проходи, будем думать, что делать, — Светлана кивнула на свободное место.
О самочувствии никто не поинтересовался, но а кто должен был? Настолько близких, чтобы заботиться о моём психологическом состоянии, здесь нет, а что я здоров и так все знают. Я прошёл до бара и плеснул себе немного вина.
— Простите, нервы.
Возражений не последовало. И только когда я сел в кресло, Светлана обратилась к безопаснику.
— Дмитрий. Введи нас в курс дела.
Однако мужчина отрицательно покачал головой.
— Пусть лучше наш герой начнёт. Дима, повтори нам дословно содержание твоих разговоров с Кирилловым и Бабушкиным. А уже потом я дам расклад, что и как.
Беру несколько секунд на размышления и начинаю рассказ. Меня не перебивали, слушали внимательно. Светлана и Дмитрий эмоций не демонстрировали, только Степан удивлялся в некоторых местах. Пересказ много времени не занял, тем более что я свои выводы и размышления умолчал.
— Как оцениваешь свои шансы в дуэли против Елисея? — первым делом спросил Быков.
Я поморщился. Если не сдерживаться — зашибу его без проблем. Но! Дуэль будет публичной, а значит, продемонстрируй я заклинания и приёмы, появившиеся уже во время войны, ко мне будет уйма вопросов, вполне закономерных. Первым делом ко мне придут ребята из Магического Контроля, проверять, и не изучаю ли я какие-нибудь запретные техники. И от них ещё отбрехаться можно, хотя и сложно, но дальше эстафета перейдёт старшим семьям, а такое счастье мне сейчас совсем не нужно. Поэтому остаются только приёмы, доступные современному ученику лицея, и чисто на них шансы мои...
— Пятьдесят на пятьдесят. Если не уложу сразу — проиграю.
Мне ещё хотя бы ранг, чтобы открыть основную магию, но чего нет, того нет. Знать-то я магию знаю, но физически не могу сложить структуру сложнее начальной магии.
— Понятно, — не знаю, как интерпретировал мой ответ Дмитрий, но после моего щита, спасшего жизнь Руслану, мом способности постоять за себя сомнению не подвергались, и на том спасибо. — Тогда ты всё сделал правильно. Предлагаю не возиться и послать к Елисею ликвидатора.
Светлана и Степан возмутились, а я солидарен с тёзкой. Самое простое решение проблемы.
— Мы говорим о княжеском роде, Дмитрий! — напомнила глава рода.
Тот поморщился, отмахнувшись.
— Да какие из них князья? Баронами были, баронами и остались. На месте главы СБ у них щенок, и он там сидит формально. В реальности всё тащит на себе Бабушкин. Этот филин имеет личное дворянство и ищет лучшего будущего для своей дочери. Партия с младшим братом Елисея для девочки — дорога в свет. Но если мы прикопаем княжича, Бабушкин поймёт, то Кирилловы сдулись и делать на них ставку нет смысла. Сам парень — дурак, сложной целью не станет.
Ликвидатор, правильный, не убивает напрямую, а подстраивает несчастный случай. Естественно, тому же Бабушкину будет понятно, что Елисея убили, но доказать жандарм ничего не сможет. А другие княжеские рода с большой вероятностью предпочтут закрыть глаза и сделать вид, что ничего не произошло. Я вздохнул.
— Не думал, что скажу такое, но я против. Елисей — кретин, но убивать его за это... Не убивать же собаку за то, что она обоссала колесо машины.
Понятно, что Елисей лично и весь род Кириллов заслужили ответный удар. Но какой? Просто убить придурка, это как-то... Прямолинейно? Лишено изящности? Мне нужен был план получше, более изощрённый. Мой тёзка хмыкнул.
— Оставим, как запасной вариант. Твоих подруг, как я понимаю...
Киваю:
— Да, не вмешиваем. Они — только в самом крайнем случае.
— Тогда что ты хочешь? — спросила у меня Светлана.
Я неопределённо покрутил рукой.
— Что-то хитрое, изящное. Сейчас мы можем только бить в ответ, а это несколько не то. В то же время заставить Кирилловых прогнуться, заставить сделать то, что нам нужно, мы не можем, не хватает рычагов влияния...
Дмитрий нахмурился, но кивнул:
— Я, кажется, понимаю, чего ты хочешь. Это будет сложнее.
Развожу руками, показывая, что сам это понимаю. Светлана меня поддержала:
— Дима прав. Надо найти их уязвимость.
Глава СБ вздохнул, понимая, что на него повесили дополнительную работу.
— Раз так, то мы делаем вид, что сидим и ничего не предпринимаем, — заключил глава СБ. — Дадим Диме телохранителя, пока Руслан лечится. На серьёзную акцию у них не хватит наглости и ресурсов, а с мелочью справитесь.
Степан нахмурился:
— Это авария — мелочь?
— Мелочь, — спокойно подтвердил Дмитрий. — С которой легко справится подготовленный телохранитель. Дома и в лицее Дима недосягаем. А я пока найду на них что-нибудь.
С лицеем всё понятно, атаковать там — самоубийство для всего рода. Потому что все, чьи дети учатся в лицее, зададутся вопросом: «а что будет, если убийцы случайно заденут нашего ребёнка?» Это надо быть совершенно безумным кретином, чтобы на такое пойти. Пока все разборки проходят между учениками лицея — на это закроют глаза, подрастающему поколению нужно уметь себя поставить и за себя постоять, но любая атака извне вызовет жёсткую реакцию.