Сам губернатор был в отъезде по каким-то своим делам, но, видимо, получил тревожную информацию и мчался домой, а мне пока пришлось ждать. И это раздражало, потому что, во-первых, мы с Вайорикой уже могли продолжить преследование, а во-вторых, меня не покидало чувство тревоги. Что-то произошло, но я не мог понять, что.
В до этого тихом особняке началось оживление. Не шум, гам и тарарам, конечно, большинство жильцов мирно спали. Заметить группу людей, что шли ко мне по коридору, было несложно, да и ждал я их, чего уж там.
Вошли в гостевую комнату, где меня просили подождать, пять человек. Двое — просто охрана, они остались стоять в дверях. Князь Яшин, уже не такой взвинченный. И двое, мужчина и женщина. Мужчина — явно сам князь Валентинов, женщина в деловом костюме — непонятно, но она вооружена и имеет армейскую выправку.
— Барон, спасибо за ожидание. Князь Валентинов, Андрей Михайлович. С Константином Павловичем вы уже знакомы, — указал на Яшина. — А это баронесса Северова, Ольга Тимофеевна, отвечает за мою безопасность.
— Просто Ольга, — попросила женщина.
— Барон Мартен, Дмитрий, — пожимаю протянутую руку.
Валентинов — мужчина крепкий, в прошлом, похоже, военный. Пусть не прямо боевой офицер, но что-то такое в нём есть.
— Я наслышан о ваших подвигах, Дмитрий, — продолжил князь, — и с большим уважением отношусь к дворянам, готовым рисковать жизнью на благо страны. Но, демоны вас задери, что произошло этой ночью?
Князья расселись на креслах, Ольга осталась стоять. Я тоже присел, спросив:
— Князя Волконского оповестили?
Андрей перевёл взгляд на свою подчинённую, та кивнула.
— Да, его помощник принял наш звонок. Сам князь покинул особняк незадолго до звонка.
Я напрягся. Чувство тревоги, и Владимир, который собирался ждать новостей, но куда-то сорвался. Надо быстрее заканчивать здесь и выяснять, что там в Москве происходит.
— Понятно. Ситуация такова. Дело в одной молодой дворянке, ставшей участницей непонятного дурно пахнущего дела. Сразу уточню, речь идёт не о безобидных шалостях, это косвенно касается восстания.
Мои собеседники, и без того напряжённые, подобрались ещё больше. А в глазах Валентинова так и вовсе отражалась усиленная работа мысли. Если произошедшее здесь, в Перми, как-то связано с восстанием, а он посодействует хорошему делу — это политические очки.
— Конкретные имена и события я раскрывать, простите, не могу, чтобы не вводить в заблуждение. У меня самого сейчас вопросов больше, чем ответов.
— Понимаю, — принял такое объяснение губернатор.
— Всё, что я могу сказать — девушку зовут Катерина Острогова. Не знаю, является она умышленным активным участником каких-то противозаконных действий, случайным участником, втянутым в эти дела, или вообще жертвой. Девушка то ли ускользнула, то ли была похищена из-под нашего надзора. Я шёл по её следу в том числе для выяснения обстоятельств и подробностей. Когда я оказался на месте, на ногах стояло шесть злоумышленников, остальные лежали на полу без сознания. По обрывкам разговора я понял, что бессознательных собираются убить, либо как-то навредить. Вмешался и был сразу атакован, хотя и предлагал сначала попробовать договориться без боя, — выдал вполне честную картину событий.
Губернатор со своей главой охраны переглянулись, оценивали ситуацию. Яшин же поспешил укорить меня:
— Вам следовало, барон, обратиться ко мне за содействием, я бы не отказал!
Киваю:
— Я рассматривал такую возможность, но всё же не собирался устраивать в черте города разборки боевых магов. Столь ожесточённое сопротивление не предполагалось, мне пришлось приложить усилия, чтобы разрушения были минимальными.
Князь хотел ещё возразить, но сдержался.
— Да, и я благодарен вам за это, барон.
— Я правильно поняла? — обратила на себя моё внимание Ольга. — Девушка, которую вы искали, сумела ускользнуть?
Киваю:
— Верно. Они применяли артефакты, меняющие внешность. Я принял за неё другого человека.
— И что собираешься делать дальше? — спросил губернатор, случайно ли, намеренно ли перейдя на ты.
Отрицательно качаю головой:
— Пока — ничего. Мне нужно связаться с князем Волконским и обговорить дальнейшие действия.
— У меня есть вопросы о людях, с которыми вы дрались, барон. Можете ответить? — спросила Ольга.
Можно было и отказать, но ни к чему ссориться с хорошими, на первый взгляд, людьми.
— Да, слушаю.
— Вам известно, что это за люди? Кому подчиняются и вообще с кем работают?
Отрицательно качаю головой:
— Вообще никакой информации. Узнать это — одна из стоящих передо мной задач.
— Даже предположений нет? — чуть прищурилась женщина.
Развожу руками.
— Даже предположений. Как я и сказал, у меня всё ещё больше вопросов, чем ответов.
Не скажу, что ответ её устроил, но настаивать Ольга не стала.
— Как вы оцениваете их навыки?
Вздохнул. Вопрос непростой.
— Здесь двояко. Личная подготовка на уровне среднего дворянина на гражданской должности. То есть не особо высокая. Коллективная работа вообще отвратительная, взаимодействие около нулевое. Они больше полагались на множество качественных артефактов.
— Очень… Странный подход, — усомнилась Ольга.
Киваю.
— О да, ещё какой.
Ольга задумалась, признав:
— В свете вышесказанного у меня пока нет вопросов. Спасибо за сотрудничество.
Губернатор поднялся, а с ним и мы все.
— Дмитрий, я предоставлю вам комнату, где вас не побеспокоят. Телефон с закрытой линией связи там есть. Даю слово, ваши разговоры не будут подслушаны.
Я мысленно ударил себя по лицу. Вот же! И не откажешься, князь слово дал, ставить его честность под сомнение — оскорблять. А оскорблять его пока не за что, да и не хочется. Вроде и не поговорили ничего, а производит Андрей хорошее впечатление. Ладно, ничего крамольного мы с Владимиром вроде обсуждать не должны.
— Спасибо вам, князь.
Через десяток минут я был в гостевой спальне. Бросил взгляд на большую кровать, хмыкнул, понимая, что сон мне пока не светит, и подошёл к телефону. Ответил мне помощник Виктора, порадовавший меня, что князь дома и через минуту нас свяжут.
«Дима», — голос Волконского был спокоен.
Слишком спокоен, я бы сказал.
— Владимир. Ничего не случилось?
Короткая пауза, вздох князя.
«Случилось. Сейчас всё хорошо, так что не нужно срываться с места и бежать на самолёт», — порадовал Владимир.
— Так. А теперь по делу! — требую.
«Слава отправилась на ночную прогулку…»
Только при озвучивании имени я напрягся.
«… и заехала в тир, пострелять. Туда же явилась… Кхм. Персона, чьи публичные действия мы не так давно пытались проанализировать и выработать какую-то стратегию поведения», — опасаясь прослушки иносказательно ответил Владимир.
Он о… принцессе Анастасии?
— Настя? — уточняю.
«Угадал», — мрачно подтвердил Волконский.
— Какого демона она делала… В Москве? В каком-то случайном тире?
«Вероятно — искала, как нам испортить жизнь. У неё получилось».
Мой кулак сжимается.
— Скажи, что произошло, иначе я вернусь и разобью тебе лицо.
«Настя расстреляла Славу. Довела до известного тебе предела и дала возможность вернуться. Люда заметила. Всё было не так, как у тебя. Начала звонить, мне в том числе. А уже я бросился искать. Слава, впрочем, сама позвонила и нашлась. Сейчас она у меня, отдыхает. Перепугалась, но приходит в себя. Просила передать, что в норме, тебе не нужно всё бросать и рваться сюда».
— Это я сам решу.
Потому что желание сорваться и сделать какую-нибудь глупость, о которой мы все потом пожалеем, у меня было. Ещё какое желание.
«Она в норме, Дима. Не надо. Остынь, — настоял князь. — Давай лучше по твоему делу. Что там происходит, раз мне звонят аж от губернатора?»
Хочет меня отвлечь, понятное дело. Закрываю глаза, сосредотачиваюсь. Да, надо успокоиться. Вдох, выдох. Волконский не торопит.
— Слушай…
Сжато пересказываю случившееся, опуская Вайорику, сам поймёт. Совсем кратко упоминаю произошедшее после боя.
«Час от часу не легче, — оценил Владимир. — Какие предварительные выводы? У тебя было время над этим подумать».
Мысли перескакивают на Славу, но я заставляю себя думать о деле.
— Да, есть в этой истории один парадокс. Уровень подготовки у этих ребят не особо высок. Чисто чему дома научили, не более. Слаженности нет. Они не проходили подготовки у профессиональных военных или чего-то аналогичного. При этом артефактов на каждом в отдельности столько, что можно нанять отряд не самых кислых наёмников. Артефакты с излишней сложностью, со встроенным уничтожением при потере хозяина, понимаешь?
«Деньги на артефакты есть. Либо есть возможность их изготавливать без наценок, платя только за материал. Но нет возможности взять наёмников. Это…» — Волконский замолчал, задумавшись.
— Ребята, у которых настолько отвратительная репутация, что наёмники с ними не работают? — предположил я.
«Нет, даже при отвратительной репутации можно найти исполнителей. Уж тех, кто будет тренировать и обучать — запросто, неважно, куда ты потом эти навыки применишь. При достаточных деньгах всё решаемо», — отмёл мою идею Волконский.
— Тогда, возможно, дело в жесточайшей конспирации? Они ведь готовы были что-то сделать с Катей и прочими просто потому, что те привлекли к себе внимание.
«Почему не сделали сразу?» — напомнил о несоответствии князь.
— Совещались.
«Даже так… Личность их установили?»
— Нет. Ночь же, пока поднимут людей, пока проведут исследования. Хоть городской голова и обещал максимально стимулировать подчинённых, здесь всё же не Москва и тем более не Петроград.
«Да, многого ждать не стоит. Попробуй всё же продолжить поиски. Слишком много вопросов эти неизвестные вызывают. Я зайду со своей стороны. Если у них такое количество артефактов — где-то они артефакты взяли», — заключил князь.